Загадка домашнего привидения - Анна Устинова

— Боренька, пойдем пока на кухню, — ласково проговорила Нина Ивановна. — А Олежек сейчас придет.

— Нет. Он не сейчас. Он сейчас же пойдет вместе с нами, — стоял на своем отец. — Танька в конце концов может и подождать, пока мы поужинаем.

— Папа! — покраснел Олег.

— Ясненько, — хрюкнул на том конце провода Тимофей. — Значит, у тебя с Танькой роман?

— Ну… — замялся Олег.

— Марш ужинать! — последовало новое напоминание со стороны Бориса Олеговича.

— Тимофей, ты дома? — спросил Олег.

— Да.

— Какой еще Тимофей? — тут же вклинился Борис Олегович. — Вот, Нина, — посмотрел он на жену. — Сын нас уже обманывать стал. Как будто я глупый и не понимаю, что они с Танькой трепятся! Тимофея какого-то выдумал!

— У тебя, как я вижу, сегодня с предками полный напряг, — веселился на том конце провода Тимофей.

— Ладно. Пока, — спешно повесил трубку Олег.

— И вообще, я бы на твоем месте занимался не бессмысленным трепом по телефону, а делом, — продолжал Борис Олегович.

— Я и так занимаюсь, — ответил сын.

— Мало, — не согласился отец. — Ты в девятом классе. Пора уже думать о будущем.

Олег украдкой вздохнул. С родителями у него были прекрасные отношения. Но когда отец уставал или был голодным, то заводился с пол-оборота.

— И эти ваши расследования у меня вот тут, — провел ребром ладони по горлу Беляев-старший.

— Боренька! Посмотри, как ты раскраснелся, — охнула Нина Ивановна. — Перестань кричать.

— Я не кричу, а, между прочим, занимаюсь воспитанием сына, — отвечал Борис Олегович. — Сына, который отбился от рук, пока мы в поте лица своего обеспечиваем ему безбедное существование.

— Папа, ты хотел ужинать, — напомнил Олег.

— Естественно, хотел, — согласился Беляев-старший. — Еще в этой пробке торчали на Садовом кольце. Ездить вообще по Москве на машине становится в часы «пик» невозможно.

— Так мы есть-то идем или нет? — посмотрел удивленно Олег на родителей.

Борис Олегович покорно направился в кухню. Минут через двадцать он пришел в самое лучшее расположение духа. И принялся, как ни в чем не бывало, расспрашивать сына о школе и о четверых его друзьях, которых помнил с самого раннего детства.

— Чем вы теперь увлекаетесь-то? — допив чай, спросил папа.

Олег замялся. Он прекрасно понимал, что предок пытается выяснить, не расследуют ли они в очередной раз какую-нибудь тайну. В общем-то, история с Тимофеем пока, строго говоря, на расследование не тянула. Но Олег предпочитал на всякий случай родителей в известность о ней не ставить. Кто знает, во что это все выльется? А отец с матерью и без того напуганы их прошлыми делами.

— Ну что за возраст! — не дождавшись ответа на свой вопрос, возмутился отец. — Ты погляди, Нина! Я его спрашиваю, а он даже не слышит.

— Не приставай к ребенку, — вступилась Нина Ивановна за Олега. — Ты что, не видишь? Он еще не доел.

— Не доел, — немедленно согласился Олег.

— Вот видишь, — посмотрела на мужа Нина Ивановна.

Олег пытался выиграть время, однако изобрести какое-нибудь невинное увлечение ему пока не удавалось.

— Ты мне не ответил, — вновь обратился отец к Олегу. — Чем вы теперь увлекаетесь?

— В бассейн вот ездили, — брякнул тот первое, что пришло в голову.

— Это вы правильно, — одобрил Борис Олегович. — Мне в вашем возрасте тоже нравилось плавать.

— И нам нравится, — очень обрадовался Олег, что увел родителей от опасной темы.

— Когда компанией ходишь, то в бассейне вообще весело, — отметил Борис Олегович.

— Да, папа.

Тут Олега начал душить смех. Ему вспомнилась история с тараканами и мухами.

— Ты что? — удивились родители.

— Да так, — пытался взять себя в руки Олег.

Про Пашкова он предпочел не рассказывать. И, стремясь унять приступ хохота, решил подумать о чем-нибудь грустном. Но коварная память тут же подкинула Темыча в цветастой шапочке. Олег, хрюкнув, выбежал из-за стола.

— Есть больше не хочешь? — спросила вдогонку мать.

— Нет, — крикнул уже из коридора Олег. — Пойду уроки доделывать.

— Какой-то он у нас нервный стал, — произнес с озабоченным видом Борис Олегович. — То вообще нас словно не слышит. То смеется ни с того ни с сего.

— А нагрузка-то у них какая, — ответила Нина Ивановна. — Почти каждый день по восемь уроков. И еще эта группа повышенной математической сложности.

— В общем-то верно, — кивнул Беляев-старший.

— А ты еще на него постоянно кричишь, — укоряюще проговорила жена.

— Я был голодный, — виновато ответил Борис Олегович.

— А у Олежки возраст; сложный, — продолжала жена. — Старайся все-таки себя сдерживать, Боря. Кстати, и тебе лишний раз заводиться вредно для здоровья.

— Постараюсь сдерживаться, — пообещал муж.

Но Олег этой беседы не слышал. Тщательно затворив дверь в свою комнату, он набрал номер Тимофея. Ответил какой-то мужчина.

— Кто спрашивает Тимофея? — с подозрением произнес он.

— Знакомый, — на всякий случай не захотел называться Олег.

— Какой знакомый? — последовал новый вопрос собеседника.

— Олег, — волей-неволей ответил тот.

— Фамилия? — тут же потребовали на другом конце провода.

— Беляев.

— Одноклассник?

— Да не совсем, — объяснил Олег. — Просто знакомый.

— Сейчас узнаю, — ответил мужчина. «И чего он такой допрос мне устроил?» — подумал Олег.

Тимофея не было довольно долго. Олег слышал шаги.

Мужчина куда-то направился вместе с трубкой радиотелефона. Затем в трубке выключили микрофон. Видимо, человек докладывал родителям Тимофея, кто звонит их сыну. «Похоже, у них и впрямь что-то произошло, — пронеслось в голове у Олега. — Хотя в некоторых домах вообще такая подозрительность в порядке вещей». Но мальчику тут же вспомнилось, как в прошлый раз звонил Тимофею. Тогда ему вообще не задали ни единого вопроса. Нет, тут явно что-то не так.

Наконец Тимофей подошел.

— А-а, это ты, Олег. Уладил с предками?

— Нормально, — отозвался тот. — Что там у вас такое? — усмехнулся он. — Я думал, у меня свидетельство о рождении по телефону потребуют.

— Это папин охранник, — понизил голос Тимофей. — Ему взбучку сегодня устроили, вот теперь и старается. Предок думает, что охранник прохлопал…

— Что прохлопал? — насторожился Олег.