Невидимый папа - Дарья Доцук

– Это они! – оповещает Женька.

Мама довольна:

– О! Точно к двум! Какие молодцы! Люблю пунктуальных гостей!

– Идём, идём! – сообщает железной двери Славка. Чересчур по-хозяйки, на мой взгляд.

Я иду последняя. В голове совершенная путаница, не забыть бы, как меня зовут. Вот уж точно – выступление в Большом театре.

«Ну как можно бояться Нины Александровны?» – спрашиваю я себя.

Я же видела её на фотографиях – по сравнению с баскетболистом Филиппом она совсем крошечная и похожа на пухленькую фею Фауну из диснеевского мультика про Спящую красавицу. У неё круглое лицо и неуверенная улыбка. Сразу представляешь, как она возится в больнице с младенцами, сюсюкает, укутывает их, кормит из бутылочки, ну и делает всё, что нужно младенцам в первые часы жизни. Она и сама как ребёнок – такие у неё большие доверчивые глаза. Неудивительно, что Филипп так за неё переживает, я бы тоже переживала – кажется, её всякий может обидеть. И отец наш обидел, сильно обидел. Это я понимаю.

Мама распахивает дверь, и я вижу Филиппа. Он стоит на лестничной клетке один и прижимает к животу что-то укутанное в голубое кухонное полотенце.

Глядя на меня, он чуть ведёт подбородком. Это означает, что Нина Александровна не придёт. Но ведь она ещё вчера собиралась!

– Здравствуйте! – смущённо говорит Филипп.

Мы толпимся в тесном коридоре – все здороваются, знакомятся, Славка пожимает Филиппу руку и хвалит его рост.

– А Нина Александровна? – спрашивает мама, оглядывая пустую лестничную клетку.

– У неё не получится, срочно вызвали к пациентке… – Филипп смотрит на меня виновато, и я понимаю, что это не совсем правда. Видно, в последний момент Нина Александровна передумала.

– Ну ничего, ничего, в другой раз! – говорит мама и по голосу я слышу, что для неё это тоже некоторое облегчение.

– Ой! – Филипп спохватывается, вспомнив про нечто, спрятанное под голубым полотенцем. – Это мама вам пирог испекла. Грушевый.

Мама принимает из его рук пирог, заглядывает под полотенце и причмокивает:

– Ну какая красота! Передай маме большое спасибо! Ну, проходи, проходи!

Когда мы идём к столу, Женька наконец отрывается от Филиппа и посылает мне многозначительный взгляд. «Кажется, я влюбилась!» – говорят её глаза. Ну кто бы сомневался.

Мы рассаживаемся, и снова начинается суматоха: кому что положить, попробуйте то, попробуйте это, передайте винегрет. Слово за слово, и вот мама и Славка уже заваливают Филиппа вопросами о школе, баскетболе, выборе профессии и планах на будущее. Филипп хвалит мамины салаты, и мама, обрадовавшись, начинает рассказывать о правильном питании, микроэлементах, жирах, белках, углеводах и обо всём, чему её успел научить Славка.

Славка совсем освоился, вовсю поддакивает и рассказывает про свой полезный магазин.

Мы с Филиппом переглядываемся: непривычно и радостно оттого, что мы сидим за одним столом и никого это не приводит в ужас.

Когда возникает пауза, Филипп обращается к нам с Женькой:

– Ну что, какие планы на остаток каникул?

– Э-э… А! Вот хотели на «Три закона колдовства» сходить! – вспоминает обомлевшая на миг от такого внимания Женька.

– А меня возьмёте? – интересуется он.

– Конечно!

– Спасибо! А фильм про что?

– Про ведьм! – с большой охотой рассказывает Женька. – Там одну девушку обвиняют в колдовстве, начинается суд, и они всей деревней ходят то к судье, то к священнику и друг на друга доносят… Но на самом деле эта девушка не ведьма, а просто очень красивая, и все мужчины в этом городе от неё без ума. Исторический, в общем, фильм. И там такие костюмы! А, и ещё в трейлере…

Филипп слушает очень внимательно, кивает, задаёт вопросы про актёров и место действия. Он, оказывается, вообще много знает о Салемских ведьмах.

А я просто наблюдаю за всеми. Вот они, здесь, рядом – мама, которой надо поменьше беспокоиться, Славка, который боится меня больше, чем я его, мой старший брат Филипп, который хочет меня от всего защитить, и сестричка Кентервиль, которая понимает меня, как никто.

Конечно, с нами пока нет Нины Александровны, но есть её пирог. А пирог – это уже немало.