Башня желаний - Дарья Донцова

Куки всхлипнула.

– Я не дала за день до нашего ухода Зефирке шоколадный кекс. Она на него нацелилась, лапу протянула, а я быстрее оказалась. Цап вкуснятину. Зефируша стала просить укусить от маффина, а я не дала-а-а-а!

Мопсишка зарыдала. Боня погладил ее лапой по голове.

– Успокойся. Ты нехорошо поступила, но такая малость, как кекс, не могла вызвать змеищу.

– Ты не прав, – возразила Капитолина, – дело не в сладком, а в обстоятельствах. Дома кексов полно, Зефирка легко может пойти в столовую и взять хоть десять штук. Другой вопрос, надо ли ей это делать, учитывая, что рост Зефирушки совпадает с ее объемом талии. Другое дело, если б сестра с нами пошла, а у Куки обнаружился бы кекс, и та Зефирке от него откусить бы не дала. У нас при себе никаких продуктов нет, запасы утонули, очень нехорошо лакомиться в таком случае одной.

– Почему вы все время про жадность твердите? – спросила Катя.

– Разве ты сказку про Огненную змею жадности не читала? – изумилась Аретта. – Ее все наизусть знают.

– Катя из мира людей, – напомнил Боня, – а там наших книжек нет. Давным-давно, когда на Земле только-только появились Хранители, собаке Черри никак не удавалось накосить травы, чтобы покормить корову Чернушку, и та перестала давать молоко. Но раз нет молока, то нечего надеяться на вкусный творог, сметану, ряженку, кефир… Наступила зима. И Черри поняла, что им с коровой есть нечего. А у Эдгара, соседа Черри, было много-много сена, столько, что и девать некуда. Черри пошла к Эдгару и попросила:

– Дай мне немного сухой травы. Мы от голода с Чернушкой очень ослабели.

– Иди отсюда, – ответил пес. – Почему я должен с тобой делиться? Мне самому мало.

Черри заплакала и отправилась домой, но не успела она сделать пару шагов, как около дома Эдгара появилась Огненная змея и устроила пожар. И тогда все в Прекрасной Долине узнали, что жадность всегда вызывает огонь, который хочет сжечь все вокруг. Остановить его можно только с помощью доброты и любви. И тогда же мы узнали главное правило дружбы: если отнимешь у друга яблоко, то у тебя будет яблоко, но не будет друга.

– Почему нельзя отбирать яблоко? – не поняла Катя. – Чем оно такое особенное? А если, например, апельсин, банан, книгу, игрушку, конфету оттяпать?

– Яблоко – это собирательный образ, – вздохнула Капа. – Если хочешь, чтобы кто-то стал твоим другом или остался им, то нельзя у него ничего забирать силой: еду, деньги, вещи, любовь, работу, дом… Отнять-то можно все, перечислить это невозможно, поэтому говорят про яблоко. А второе правило звучит так: «Если у тебя есть одно яблоко, а друг голоден, всегда поделись с товарищем, даже если сам очень хочешь есть». И это опять не только про яблоки. Если будешь агрессивным и жадным, у тебя никогда не будет друзей. Вот о чем говорят правила настоящей дружбы.

– Дружба бывает не настоящей? – уточнила Катя.

Капитолина кивнула:

– Да. Корыстной. Когда с тобой общаются, чтобы что-то от тебя получить.

– А что случилось с Черри, Чернушкой и Эдгаром? – спросил Никита.

– Черри живет в соседней с нашей деревне, – ответила Капа, – ее все очень уважают, ведь она одна из первых Хранительниц. У Черри молочная ферма, у нее все вкусные продукты покупают. Чернушка главная в стаде. Животные никогда не умирают, мы просто тела меняем.

– А Эдгар? – поинтересовалась Катя.

Куки посмотрела на Аретту, та взглянула на Боню, последний уставился на Капитолину.

– Не хочется говорить о нем, – поморщилась мопсиха, – Эдгар не исправился, он стал еще жаднее и в конце концов чуть не погубил Прекрасную Долину. О том, как пришлось спасать нашу страну, рассказала в своей книге Фенечка. Кстати, она передала рукопись свой хозяйке, Фенюша бережет семью одной писательницы. Та была вынуждена выпустить повесть под своим именем, в мире людей собаки не могут заключить контракт с издательством^[1].

– Кроме Огненной змеи есть еще Удав зависти, – вздохнула Аретта, – жадность сжигает, зависть душит. Паук лжи! Он вруна в паутину затягивает.

– Жадность пробуждает Огненную змею, – вздрогнула Капитолина, – и мы сейчас этого монстра видим.

– Так что нам делать? – всхлипнула Куки.