Монстры хитрее всех! - Гитти Данешвари

– Неведомого? Отчего это неведомого? Они сидят прямо здесь, – отчетливо пробормотала себе под нос Торалей.

Венера, Рошель и Робекка, побагровев, уставились на Торалей. Они ожидали, что другие, более рассудительные монстры выступят на их защиту. Но секунды шли, и вскоре подруги уразумели, что защиты не будет. Напротив, остальные присутствующие поддержали Торалей.

– Мне всегда казалось странным: как это так могло получиться, что они одни не попали под действие заклинания! – громко проворчала какая-то оборотень.

– Они устроили шептание, а потом завоевали доверие, прекратив его? Это все равно, что сочинить тест, а потом хвастаться, что сдал его на «отлично»! Чушь какая-то! – скептически воскликнула незнакомая вампирша и метнула в подруг угрожающий вгляд.

– Твой сон насчет того, чтобы прийти в школу au naturel [41], кажется почти приятным по сравнению с этим, – прошептала Рошель Венере и Робекке.

– Черт возьми, вы что, снова…

– Фрэнки! Дракулаура! Можно мне высказаться? – поинтересовалась Торалей, выходя к доске.

– Да, но не забывай, что мы ищем конструктивные способы помочь друг другу. Ключевое слово – «конструктивные», ясно тебе, Торалей? – отозвалась Фрэнки и села.

– Ага, конечно, Фрэнки, – бросила Торалей и переключила внимание на присутствующих. – Как все мы знаем, в настоящий момент Школа монстров переживает трудный период. А когда времена становятся трудными, монстры должны стать сильнее, умнее и коварнее.

– «Коварнее» – не лучшее предложение, особенно из уст Торалей, – пробормотала Рошель и Венере Робекка, а из ушей у нее начали вырываться небольшие клубы дыма.

– Иногда монстрам приходится защищаться, даже от себе подобных. Очевидно, что большинство монстров – хорошие, но мы не можем допустить, чтобы несколько тухлых яиц отравили жизнь всем, – продолжала Торалей.

– Чем дольше она говорит, тем хуже я себя чувствую, – негромко проговорила Рошель и приложила холодную гранитную руку ко лбу.

– И, учитывая вышесказанное, я предлагаю создать Комитет немонстровой деятельности, или КНД, в который школьники смогут сообщать о немонстровом поведении со стороны соучеников. Думаю, никто не станет против этого возражать – если, конечно, ему нечего скрывать, – договорила Торалей, глядя в упор на Робекку, Рошель и Венеру.

– Это жуть какая-то, просто жуть, – пробормотала Венера, шокированная предложением Торалей.

– Я не возражаю. Но, опять же, мне нечего скрывать – кроме названий моих продуктов по уходу за волосами. Это конфиденциальная информация, – произнесла Клодин и провела рукой по своим шелковистым локонам.

– Что происходит?! Я поверить не могу, что вы все, разумные монстры, принимаете предложение Торалей всерьез! При всем уважении к нашей кошке-оборотню, у нее чересчур пестрое прошлое, чтобы она выдвигала такие предложения, – выпалила Фрэнки. – Я понимаю, что все мы напуганы, и у нас есть на то основания. Но мы – Кусоловьи, у нас есть кодекс поведения! Мы верим в честность и сотрудничество! Мы не можем допустить, чтобы страх уничтожил наши ценности! А можете мне поверить – именно это и произойдет, если мы начнем шпионить друг за другом, докладывая о каждой увиденной или услышанной мелочи! Это неправильно!

– Ну, как хочешь, Фрэнки! – огрызнулась Торалей. – И кстати, я собиралась сообщить, что зеленый тебе не идет!

– На этом, пожалуй, я объявляю сегодняшнее совещание закрытым, – удрученно произнесла Фрэнки, рухнула на стул и спрятала лицо в ладонях.

При виде Робекки, Рошель и Венеры толпа монстров расступилась, словно воды Красного моря. Не желая даже случайно прикоснуться к кому-нибудь из подруг, монстры вжимали друг друга в стены, увешанные всякими приспособлениями.

– Кнопки-заклепки, только мы все уладили в Школе монстров – и вот уже сами сделались изгоями, – хмуро пробормотала Робекка.

– Не самое лучшее время, а? – отозвалась Венера и покачала головой, не в силах поверить в такое поведение окружающих.

– Я нахожу самым огорчительным то, что все, кроме Фрэнки, кинулись осуждать. И абсолютно никто даже не потрудился выяснить, кто такой этот анонимный источник Спектры и можно ли ему вообще доверять! – резко бросила Рошель.

Тут у них за спиной вспыхнула ссора Клео и Торалей.

– Фрэнки, я хочу, чтобы ты знала, что я собираюсь провести завтра собственное шоу талантов, без Торалей! Оно будет называться «Звезда гробниц», – самоуверенно заявила Клео.

– Ну, ты ведь понимаешь, что мое шоу будет в тысячу раз лучше твоего? – поддела соперницу Торалей.

– Девушки, шоу может быть только одно – «Фабрика зверств». И будет оно завтра, так что вам придется отыскать способ работать вместе, – объяснила Фрэнки, собрав все свое терпение.

Отойдя на достаточное расстояние, Рошель, Робекка и Венера переглянулись и вздохнули. Случившееся ошеломило их.

– Нам нужно выяснить, как мисс Подлётыш связана с этими посланиями, – сказала Венера. – Ради нас самих и ради всей школы.

– Когда они пригласили нас вступить в «Кусоловья», я думала, что это круто, а теперь жалею, что нас вообще туда позвали, – угрюмо произнесла Робекка.

– Надо сказать, это очень неприятно – когда к тебе относятся, как к врагу. Не то чтобы меня это очень удивило, правда… – сказала Рошель. Тут ее внимание привлекло какое-то хлюпанье.

– Девушки! Девушки! – позвала подруг директриса Бладгуд.

– Директриса Бладгуд, вы мокрее, чем мисс Сью Нами, – заметила Рошель.

– Погода просто гадская. Я вышла на улицу проверить, что там с одним троллем, который решил спать на дереве. У него сейчас в разгаре кризис самоопределения – я уверена, что он считает себя белкой. В обычных обстоятельствах я позволила бы ему сидеть там, сколько влезет, но при нынешних обстоятельствах нам нужны все имеющиеся тролли, – прощебетала директриса Бладгуд, облепленная насквозь мокрой одеждой. – А этот дождь просто ужасен! Не говоря уже о том, что в меня снова чуть не попала молния!

– Это было бы ужасно. Ваш синдром затуманенного сознания вернулся бы с новой силой, – задумчиво произнесла Рошель.

– О, не будем об этом. Молния дважды в одно место не бьет, – отозвалась директриса Бладгуд и покачала головой с таким видом, словно сообщила самую очевидную вещь на свете.

– Директриса, вы уже забыли, как я вам об этом говорила. Молния… – начала было Рошель, но ее перебила Венера:

– Ро, я сама. Директриса, ради всей школы – не выходите, пожалуйста, больше на улицу, пока гроза не пройдет окончательно!