Операция «Джеймс Бонд» - Татьяна Сотникова

Женин сбивчивый рассказ Венька слушал молча, нахмурившись. И только когда услышал, как его двойника «пробовали для кино», хмыкнул и крутнул головой.

– У Лени прям не мозги, а компьютер, – заметил он. – Ты же, если не стриженый, с кудряшками, то нисколько на меня не похож! Я твои фотографии позапрошлогодние видел – ничего общего. А он с ходу разглядел. Он вообще любого в ноль секунд просчитывает. Не зря же в Сергиев Посад с вами заезжал…

– При чем тут Сергиев Посад? – не понял Женя.

– Да при том, – объяснил Венька. – Сильно хорошим сумел твоей маме показаться. Шагу, мол, без молитвы ступить не может! С плохим-то она тебя навряд ли отпустила бы.

Женя подумал, что Венька, может быть, и прав. И все-таки ему не хотелось верить, что Алексей так расчетливо действовал со злым умыслом! Кто угодно – только не он. Скорее уж в злом умысле, в какой-то двойной игре можно было заподозрить Андрея… Даже наверняка Андрея! Или самого Сергея Стрелецкого. Ведь это же он был заказчиком обмена и обмана…

Даже когда Венька рассказал, что играет в Караваеве роль американца, – даже тогда Женя не мог понять, кем все это подстроено!

– Ладно, – подвел итог Венька. – Излагаю свою версию. Никаких, конечно, у меня с предками проблем не возникало. Придумали тоже! Да я их вообще не вижу сутками. Сергей занят выше крыши, а Маша… Ну, неважно. В общем, тоже все время ищет, чем бы без него себя занять. Им не до меня. Это они для тебя такую глупость выдумали. А мне сказали, что, мол, на работе у отца напряг, конкуренты донимают. Я же не маленький, понимаю, что в такой ситуации детей подальше надо держать, – совсем взрослым тоном добавил Венька.

– Но тогда, значит… – начал ошеломленный всеми этими новостями Женя.

– Ничего это еще не значит! – Венька перебил его так сердито, как будто Женя сказал ему что-то очень обидное. – Ничего, понял?! Думаешь, они тебя загримировали и за живца тут держат?

Именно это Женя и подумал. Но одновременно он подумал о том, как неприятно Веньке это понимать… Все-таки речь идет о его родителях.

– Знаешь что, – решительно сказал Венька, – возвращайся-ка ты домой. Вот прямо сейчас – давай дуй. Хватит, наигрались! А я пойду предкам объявлюсь.

– Ишь, какой ты быстрый! – съехидничал Женя. – «Прямо сейчас дуй!» А что с мамой моей будет, когда ты исчезнешь, а я как снег на голову свалюсь? Да еще на тебя похожий… Об этом ты не подумал?

Венька заметно смутился. Видно было: он хорошо представляет, что будет с Жениной мамой после таких событий, и ему стыдно, что он совсем об этом не подумал. Да ведь, увидев своего сына, как две капли воды похожего на мнимого американца Веньку, Геля разрыв сердца получит, не иначе!

– Ладно, – нехотя сказал Стрелецкий-младший, – обратный обмен пока придется отложить. Тем более я на мотоцикле приехал, должен вернуть. Ты ж и не доедешь небось до Караваева.

– А откуда ты мотоцикл взял? – заинтересовался Женя. – И как же ты сюда заехал, тут же вся дорога просматривается!

– А я и не заезжал, – усмехнулся Венька. – Сюда-то я пешком пришел, когда еще темно было. Что я, дурак, не знал, что здесь охрана? А мотоцикл еще до поворота в кустах спрятал. В общем, так, – знакомым командным тоном распорядился он, – пока оставляем все как есть. На два дня, не больше! Я возвращаюсь к твоим в Караваево и говорю, что обстоятельства переменились. Мне, мол, в Америку срочно надо.

– А почему? – спросил Женя. – Как ты им это объяснишь?

– Да по дороге придумаю что-нибудь, – махнул рукой Венька. – Они же у тебя, знаешь… слишком доверчивые.

Такое мнение о матери и Таське должно было бы показаться Жене обидным. Но Венька произнес эти слова каким-то странным тоном. Женя даже не понял, каким именно, но уж точно не таким, на который следует обижаться.

– Как они там? – спросил он. – Не скучают обо мне?

– Да ничего, – улыбнулся Венька. – Скучают, конечно. Геля каждый день о тебе говорит. И меня пирожками так закармливает, что уже джинсы не сходятся. А Тася по окрестностям водит. Знакомлюсь, короче… с местным населением.

– Ты поосторожнее там, – забеспокоился Женя. – У нас, знаешь, всякие есть. Ты здесь к таким не привык!

– Это кто у вас там «всякие»? Прицеп, что ли? – усмехнулся Венька. – Не учи ученого! Я-то, может, и не привык, да зато соображаю быстро. А Таська твоя рисует классно, – словно мимоходом заметил он. – И вообще… Хорошая девчонка. – Но тут же Венька тряхнул головой и сказал прежним тоном: – Значит, на ближайшие два дня определились. Ты прикидываешься шлангом, сидишь на даче. Я возвращаю мотоцикл, выдумываю легенду для Гели и приезжаю сюда. Только смотри, без самодеятельности тут, – добавил он.

Нет, все-таки Женя чувствовал себя каким-то второсортным, когда разговаривал с Венькой! Даже уроки Сергея Стрелецкого не помогали. Вот не захотел Венька сказать, где достал мотоцикл, и не сказал. И как он, кстати, вычислил, что Женя не в Америке, а на даче у его родителей? Тоже не сказал… И остается Жене только головой кивать, соглашаясь.

– Не дрейфь, – словно прочитав его мысли, вдруг улыбнулся Венька. – Все нормально будет, вот увидишь. А на Андрея ты зря думаешь. Не может он нам ничего плохого сделать!

«А кто может? – подумал Женя. – Алексей, что ли? Или сам Стрелецкий станет делать что-то плохое собственному сыну?»

Но улыбка у Веньки была точно такая же, как у его отца, – ясная, мгновенно меняющая все лицо, – и Женя оставил свои соображения при себе.

– Ладно, – вздохнул он. – Дождусь тебя. Ты поскорее только, а то мне тут как-то не очень…

– Понятно, – кивнул Венька. – Да я, может, прямо завтра и объявлюсь. Ты тут за Дусей пока приглядывай. Любопытная не в меру, шляется где попало, а тут собак, наверное, полно на дачах.

– Как же ты из рощи выйдешь? – спросил Женя. – Андрей наверняка заметит. Он, знаешь, только сюда меня одного и отпускает. Но все равно следит, чтобы я из «Детского сада» никуда не выходил.

– Да я же дождусь, пока ты домой вернешься, – как маленькому, растолковал Венька. – Раз ты дома, на фига Андрюхе следить, какой там пацан из рощицы выходит?

«В самом деле! – восхитился Женя. – А мне, как всегда, простые вещи в голову не приходят».

После встречи с Венькой он почувствовал себя намного веселее. Что ж, осталось потерпеть какие-нибудь сутки, не больше! А потом можно будет навсегда забыть это странное летнее происшествие.

Вот только Женя с удивлением понял, что не хочет все это забывать. Чем бы ни завершилась эта история – забывать он ее не хочет. А почему – непонятно!