Белые терема - Владимир Константинович Арро

Глава 8

Я свой район очень люблю. Красивый район. По крайней мере тут есть, где погулять.

Выйдешь в парк имени Ленина — и занимай любую скамейку.

Можешь в Зоосад пойти.

Тут же рядом Стереокино.

Если мне, к примеру, захотелось посмотреть на другие планеты, я покупаю билет и иду в Планетарий.

Если хочется покататься, к вашим услугам станция метро.

Но мы пошли совсем в другом направлении. Мы пошли на Сытный рынок, который расположен тут же недалеко.

Мы даже не на рынок пошли, а вдоль рынка, по рыночной площади. Там зоологический магазин.

Возле магазина стояло много людей. Все друг с другом о чем-то говорили и спорили. Прямо непонятно, о чем они каждый день так подолгу здесь говорят.

Мы послушали.

— Окуней? Не-ет!.. Окуней надо брать ниже мостика. За трансформаторной будкой. А возле парикмахерской какие же окуни!..

Это говорил один толстенький человек.

— Червячков дождевых свеженьких… Мотыля мелкого… — бормотали кругом.

Дубарев сказал:

— Давайте вечером с фонарем наловим выползков, а завтра принесем продавать.

У Дубарева всегда в мыслях — где бы добыть денег. До хорошего его это не доведет.

Вдруг один человек тронул меня за плечо и показал знаком, чтобы мы шли за ним.

Я подумал, что, если очень далеко, то мы не пойдем, нам ведь надо еще за сандалиями, а если близко, то отчего ж не сходить. Заодно спросим про черепаху.

Мы отошли на пять метров от магазина. Дядька остановился и уставился на нас.

Я спросил:

— Ну, что?

— Как что? — сказал дядька.

— Ой! — быстро сказал Козлик. — Что-то шевелится у вас на плече! На плечо вам кто-то залез!.. Скорей сбросьте!

И я увидел, что на плече у дядьки сидит маленькая белая мышь.

— Зачем сбрасывать, — сказал дядька. — Пусть себе сидит.

Козлик крикнул:

— Ой, еще одна!

И правда, из дядькиного кармана высунулась еще одна мышка, понюхала воздух и закарабкалась по пиджаку.

— Противные какие, — сказал Дубарев.

— Да ты что? — возмутился дядька.

Он поймал одну мышку и стал ее целовать.

— Видишь? — сказал он.

— Почем штука? — спросил я.

Дядька обиделся.

— А я их не продаю. Разве можно такую прелесть продавать? Правда, славные мышки?

— Славные, — сказали мы. — Мышки что надо.

— А посмотрите семечки как едят! — Дядька достал из кармана немного семечек. Мышки уселись у него на ладони и стали щелкать так ловко, что летела во все стороны скорлупа.

— Может, и вы хотите семечек? — спросил дядька.

Мы сказали, что, конечно, хотим.

Он полез в карман и сначала достал еще одну мышку.

— Где-то здесь у меня жареные семечки, — сказал он. — Мышки ведь не понимают, им все равно.

Он насыпал каждому из нас горсть.

Дубарев только положил в карман свои семечки, как они с треском просыпались на панель.

— Ничего, — сказал дядька. — В жизни все бывает.

И насыпал ему еще.

— А у вас что? — спросил он.

Я сказал:

— Черепаха.

И мы показали ему нашу Клаву.

— Вот только жаль, — сказал я, — мы не знаем, чем ее кормить.

— И повадок не знаем, — добавил Козлик, — и поведенья, ничего не знаем, кроме имени.

— А зачем же вы ее купили? — спросил дядька.

— Мы ее не покупали, — сказал Дубарев. — Она нам даром досталась. Она сирота.

Дядька поискал кого-то глазами в толпе. Потом он крикнул:

— Лука Адамыч! Подите сюда!

К нам подошел сухой старичок в синей тужурке.

— Вот тут с черепахой недоразумение.

Лука Адамович взял Клаву бережно в руки и поднес к самым глазам. Он что-то пошептал, и Клава стала медленно высовывать голову из панциря.

— Что, — спросил Лука Адамович, — хотите продать?

— Хотим, — сказал Дубарев.

Я его оттолкнул и сказал:

— Что вы, что вы! У нее хозяйка уехала. Нам ее нужно вернуть через месяц.

Лука Адамович поднял брови:

— Вон как. А сейчас куда?

— Не знаем, — сказал Козлик. — Я могу ее взять к себе, вы меня только научите, как за нею ухаживать.

— Вот что, — сказал Лука Адамович. — У меня уже есть две черепахи. Пусть и эта пока поживет у меня. А вы заходите. Посмотрите мой террариум.

— Нет, — сказал Козлик, — сейчас мы не можем. Мы идем покупать сандалии.

— А-а, это там, — сказал Лука Адамович. — Мимо бани.

— Мимо телефонной станции! — сказал дядька с мышками.

Мы попрощались, в последний раз посмотрели на Клаву и пошли.

Глава 9

Сразу, как только мы вошли в магазин, мы увидели красочный плакат: «Спасибо за покупку!»

Значит, мы попали в хороший магазин. В нем было много обуви и одежды. У всех отделов толпился народ.

Мы подошли к отделу «Детская обувь».

Козлик очень стеснялся. Поэтому я спросил:

— Скажите, пожалуйста, здесь продаются сандалии?

В очереди сказали:

— А вам какой размер?

Я спросил у Козлика:

— Какой тебе размер-то?

Он ответил:

— Не знаю… Тогда я сообразил:

— На одиннадцать лет!

— Такого размера не бывает, — сказала продавщица. — Становитесь в порядке очереди и будете примерять.

Мы встали в порядке очереди на примерку. Сначала Козлик, потом я, потом Дубарев. Три рубля Козлик отдал мне, и я держал их в кулаке.

Дубарев сейчас же стал напирать.

Я сказал ему:

— Не напирай, Дубарев!

Но ему там, сзади, видно, скучно было стоять.

Когда очередь стала подходить, к нам подбежала какая-то женщина с двумя сумками. Она оглядела всех и выбрала Козлика. Конечно, он был приличней всех: в галстуке и в очках.

— Мальчик, — сказала она, — не откажи в любезности, пойдем на минутку со мной.

Она увела Козлика куда-то в глубь магазина, а мы с Дубаревым остались стоять.

— Куда его увели-то? — спросил Дубарев.

Но откуда я знал.

— Ну, кому тут сандалии? — спросила продавщица. — Вам сандалии? Будете примерять?

— Будем, — сказал я.

— А ноги у вас чистые?

— Я купался только что, — сказал Дубарев. — У меня ноги чистые.

Я сказал:

— Да твои ножищи и не нужны!

— А на чью же ногу будете примерять? — спросила продавщица.

— Да нет этих ног сейчас! — сказал я. — Они на минуточку отошли.

— Ничего не понимаю, — сказала продавщица.

— Козлик! — закричал я на весь магазин. — Ты где?..

И откуда-то издалека послышалось:

— Я зде-есь!

— Сбегай, — сказал я Дубареву. — Поищи.

Дубарев ушел, а я остался держать сандалию. Она была хорошая, коричневая, с большой пряжкой, По-моему, как раз на одиннадцать лет.

Козлик с Дубаревым что-то долго не приходили. Справа от меня уже шла торговля, — продавщица обслуживала других людей.

Вдруг какая-то тетка надавила на меня сзади и спросила:

— У вас имеются сандалии тридцать четвертый размер?

— Нет, не имеется, — ответила продавщица.

— А это что? — спросила тетка