Мокрое волшебство - Эдит Несбит

– Очень важно, – сказала принцесса Фрейя, – чтобы наши солдаты даже во время обеда оставались на своих местах – на случай тревоги. Позже я спущусь вниз и поддержу бодрость их духа.

– Конечно, дорогая, – согласилась принцесса Майя, – только будь осмотрительней. Никаких вылазок. Твои Омары ужасно храбрые. Но ты же знаешь, мама запретила тебе вылазки. Ах, война – это просто кошмар! В какое состояние придут реки, когда вода будет течь как попало, а ветры сорвутся с цепи и начнут вытворять все, что заблагорассудится? Просто страшно подумать. Понадобится целая вечность, чтобы это исправить.

(Ее опасения оказались обоснованными. В прошлом году так все и случилось – вы же помните, какое дождливое тогда выдалось лето).

– Да, дорогая, – ответила Фрейя, – но теперь я знаю, кто разбил небо, что очень, очень печально, поэтому давай не будем все время об этом вспоминать?

– Я не хотела, – сказала Майя, дружески улыбнулась детям и пошла подбадривать свой отряд Омаров.

– А теперь – что нам делать дальше? – спросил Фрэнсис, когда обед закончился.

– Мы ничего не можем сделать, только ждать новостей, – ответила принцесса. – Наши разведчики вскоре пришлют весточку. Надеюсь только, что Книжный Народец не нападет одновременно с Глубинным Народом. Всегда существует такая опасность.

– Но как эти люди смогут сюда проникнуть? – спросила Мавис.

– Через Золотые Ворота, – ответила принцесса. – Конечно, они ничего не смогли бы поделать, если бы мы не читали книги, в которых они описаны. Это самое худшее в образовании. Мы все такие начитанные, а чтение отпирает книги, и персонажи могут из них выйти, если кто-нибудь их позовет. Даже наши рыбы невыносимо начитаны… Здесь начитаны все, кроме морских свиней, милых созданий, которые никогда не умели читать. Вот почему именно морские свиньи охраняют Золотые Ворота.

– Если не читать книги – полезно, то мы почти ничего не читали, – сказала Мавис. – Мы ведь можем помочь охранять ворота?

– Это то, что нужно! – радостно воскликнула принцесса. – Вы обладаете единственным оружием, которое можно пустить в ход против персонажей или придумавших их авторов. Если вы честно скажете: «Я никогда о вас не слышал», – ваши слова превратятся в смертоносный меч, и он поразит противника в самое чувствительное место.

– В какое место? – поинтересовался Бернард.

– Их тщеславие, – объяснила принцесса Фрейя.

Итак, маленькая компания направилась к Золотым Воротам, путь к которым преграждал плотный ряд морских свиней. Из-за ворот беспрестанно неслись вопли, и на каждый вопль свиньи отвечали в один голос:

– Мы никогда о вас не слышали. Вы не можете войти. Вы не можете войти. Мы никогда о вас не слышали.

– Какой от нас здесь толк? – перекричал Бернард низкие голоса морских свиней. – Они кого угодно могут задержать!

– Да, – сказала принцесса, – но если Книжный Народец заглянет в ворота и увидит, что тут всего лишь морские свиньи, его уязвленное самолюбие исцелится, и он устремится вперед еще решительней. А если персонажи обнаружат людей, которые никогда о них не слышали, обида станет смертельной. Пока вы способны правдиво заявить, что вы их не знаете, они не смогут войти.

– Рубен как раз сгодился бы для такого, – заявил Фрэнсис. – По-моему, он вообще ничего не читал!

– Ну мы и сами не так уж много читали, – спокойно сказала Кэти, – по крайней мере, о скверных людях.

– Хотелось бы мне быть такой же, – вздохнула принцесса сквозь шум голосов за воротами. – Я знаю их всех. Слышите тот холодный писк? Это голос миссис Фэрчайлд. А короткий, резкий, лающий звук – это тетя Фортуна^[24]. Все время слышится рычание мистера Мэрдстона^[25], а тот ледяной голос – мамы Розамунды, так лютовавшей из-за пурпурного кувшина^[26].

– Боюсь, некоторые из них нам известны, – сказала Мавис.

– Тогда будьте осторожны, не говорите, что не знаете их… Есть масса тех, кто вам неизвестен: Джон Нокс, Макиавелли, дон Диего, сахиб Типу, Салли Брасс^[27] и… Мне нужно возвращаться. Если что-нибудь случится, обнимите ближайшую морскую свинью и положитесь на удачу. Книжный Народец не может убивать – он может только одурманивать.

– Но откуда ты всех их знаешь? – спросила Мавис. – Они часто на вас нападают?

– Нет, только когда рушится небо. Но они всегда воют за воротами в полнолуние.

С этими словами принцесса отвернулась и исчезла в толпе верных морских свиней.

А шум становился все громче, слова все четче.

– Я миссис Рэндольф. Впустите меня!

– Я добрая миссис Браун. Впустите меня!

– Я – Эрик, или Тихоня. Я сейчас войду!

– Я Элси, или Элси, или Маленький огонек. Впустите меня… Впустите меня!

– Я миссис Маркхэм.

– Я миссис Сквирс.

– Меня зовут Урия Гип.

– Меня зовут Мондидье.

– Я – король Джон.

– Я – Калибан.

– Я – тот самый великан Бландербор.

– Я – Уэнтлейский дракон.

И все они вопили снова и снова:

– Впустите нас! Впустите меня! Впустите меня!

Напряженное вслушивание в имена и выкрикивание: «Я тебя не знаю!» – когда дети не узнавали вопившего, и молчание, когда узнавали, – все это становилось почти невыносимым. Вроде той ужасной игры с углами носового платка: «Держи крепко» и «Отпусти» – и ты должен помнить, что нужно сделать как раз наоборот. Рано или поздно обязательно кто-нибудь ошибется, и дети чувствовали растущее убеждение, что это произойдет рано.