Ночные кошмары! - Кирстен Миллер

– Физкультуру! – завизжали, смеясь, гоблины, а следом за ними и все остальные. ликующие вопли эхом разносились по всему Колизею, а Алфи стоял, спрятав лицо в ладони.

– Глядите! Он ревет! – завопил кто-то.

– Алфи проваливает физкультуру? – Чарли не понимал, как такое возможно. – Как, вообще, можно провалить физкультуру?

– А я-то думал, ты ему друг, – упрекнул его Медузо. – Неудивительно, что Алфи тебе не рассказывал.

Чарли почувствовал себя отвратительно. Он всегда знал, что может во всем положиться на Алфи. Однако сам Алфи почему-то не испытывал подобного доверия к нему.

Президент Страх поднял руку, и Колизей вновь затих.

– Что вы хотите понаблюдать для начала, леди и гоблины? – спросил он толпу. – Отжимания? Подтягивания? Что-нибудь из гимнастики? Или, может, посмотрим, как Алфи пробежит тридцатиметровку? Его не просто так называют Черепахой, знаете ли.

– Черепахой? – повторил Чарли. Почему голос этого мужчины кажется таким знакомым? внезапно его озарила догадка: – Я знаю этого дядьку! – прошептал он Медузо. – Здесь он выглядит по-другому, но это директор Стернс! Президент Нижнего мира – это директор моей школы. всегда знал, что он какой-то монстр!

– Не говори глупостей, – отозвался Медузо. – вовсе он не директор твоей школы. Тебе что, объяснить, как работают кошмары? Это вы, люди, приходите сюда, в наш мир. Мы в ваш не приходим. Даже если бы мы захотели, путь туда только один, и, пока не появился ты, портал был закрыт.

– Говорю вам, это один и тот же тип! – Чарли почти кричал – только шепотом. – Он к нам в школу пару месяцев назад пришел. Он ко всем относился ужасно, но к Алфи и Рокко – особенно. Наш директор – замаскированный президент Страх!

– Это просто невозможно, – все равно не соглашался Медузо, надменно покачивая головой.

– Очень даже возможно! ведьма пробралась ко мне в дом, помните? И послал ее за мной именно президент Страх! Так почему вы не верите, что он бывает и в Мире бодрствующих?

Круглое лицо горгона в солнцезащитных очках побледнело. аргументы Чарли привел весомые.

Чарли услышал, как под шляпой горгона перешептываются змеи.

– Нам пора убираться, – заявил Медузо, сползая со своего места. – Если ты прав насчет президента, мы в еще большей опасности, чем я предполагал.

– Ну уж нет, – возразил Чарли.

Он не оставит Алфи в беде. Он докажет другу, что ему тоже можно доверять. Алфи всегда поддерживал Чарли – даже в последнее время, когда Чарли этого совсем не заслуживал. Ни в коем случае нельзя его здесь бросать.

– Я должен спасти моего друга.

– Итак, бег на сорок ярдов! – Рев президента Страха взвился из центра древней боевой площадки. – Но, прежде чем мы начнем, я бы хотел исправить одну ошибочку. Я вот никогда не видел, чтобы черепахи носили очки, а вы? – И он сдернул очки с лица своего пленника.

– Они мне нужны! – негромко вскрикнул Алфи.

– «Они мне нужны!» – передразнил его президент Страх. – Только неудачникам нужны очки. – Он бросил их на землю. – Итак. На старт! – Президент Страх поднял в воздух стартовый пистолет. – внимание! Марш! Алфи поковылял вперед, шаря перед собой руками.

Сердце Чарли сжалось от страха за друга. Он знал, что без очков Алфи почти что слеп.

– БЕГИ, ТОЛСТЯК! БЕГИ, ТОЛСТЯК! БЕГИ, ТОЛСТЯК! – скандировала толпа.

Однако пару минут спустя гоблинам наскучило смотреть на неуклюже спотыкавшегося мальчика.

– Вот это развлечение! – президент Страх подошел к роскошной императорской ложе на северной стороне стадиона. – Но почему бы не сделать его еще интереснее?

Над ареной Колизея взвилось облако пыли. Когда оно опустилось, Чарли увидел, что в дальнем углу стадиона появился медведь. в центре прогуливался тигр. а прямо перед их местами к земле припал лев.

– Леди и джентльмены, делайте ваши ставки! Кто из этих великолепных существ поужинает сегодня Черепахой? все три голодных зверя были привязаны к арене Колизея. Без очков Алфи неизбежно наткнется на кого-нибудь из них. Чарли понял, что это лишь вопрос времени – когда его друга разорвут на кусочки.

– Я иду к нему, – сказал Чарли горгону. Он не мог больше ждать. – Мне плевать, что это только его сон. Он из-за меня тут оказался. Я не буду сидеть и смотреть, как Алфи мучается.

– Сядь! – велел Медузо еще встревоженнее, чем раньше. – Твой друг проснется, когда будет готов. Нельзя убегать от своих страхов. Если парень покинет кошмар сейчас – вернется сюда же на следующую ночь. Только страх станет еще сильнее. Каждый раз, когда ты убегаешь от кошмара, ты подпитываешь свой страх. Ты же не хочешь этого для Алфи?

– Это лучше, чем стать медвежьим ужином, – сказал Чарли.

Медузо схватил его за руку и потянул назад.

– Мы не можем выйти на арену, нас тут же утащат гоблины, – прошептал горгон.

Потом он умолк, улыбнулся и приветственно кивнул ковырявшемуся в носу гоблину, который случайно посмотрел в их сторону. Существо облизало сопли с пальца и отвернулось.

– Можем! – возразил Чарли, когда опасность миновала. – Мы попадем на арену тем же путем, что и звери.

Медузо раздраженно потряс головой:

– Это сон. Твой друг выдумал этих зверей. Он представил их – и они появились. Это все магия снов.

– Мы говорим об Алфи, – сказал Чарли. – Я его с детского сада знаю, и Алфи Блуэнталь никогда ничего просто так не выдумывает. Сначала он проводит исследование. Я точно знаю, откуда на арене взялись звери, и к магии это не имеет никакого отношения.

Глава 15
Тайная сила Алфи

В прошлом году на уроках истории шестой класс начальной школы Сайпресс-Крик изучал Римскую империю. Когда настало время итогового проекта, Чарли сдал короткий жуткий реферат об убийстве Юлия Цезаря и получил свою законную четверку. Алфи же представил десятистраничный доклад о гладиаторах – собственноручно проиллюстрированный и дополненный моделью римского Колизея, которую он соорудил из пробкового дерева. Гений совершенно очаровал одноклассников своей презентацией, проведя им целую экскурсию по античному стадиону – от арены, где насмерть бились гладиаторы и дикие звери, до гипогея – лабиринта туннелей, скрытых под деревянным полом.

Про Юлия Цезаря Чарли теперь мало что помнил. Зато о самом знаменитом древнеримском стадионе он знал больше, чем многие люди в четыре раза его старше, – и все благодаря Алфи.