Алькатрас и Пески Рашида - Брендон Сандерсон

Ну что? Я достаточно сильно вас раздражаю?

Вот и хорошо. Я очень старался — зачем, потом, может быть, объясню, — достать вас, разочаровать и в целом вывести из себя. Ради этого я и главы обрываю в самых захватывающих местах. Чтобы вы — деваться-то некуда! — продолжали продираться сквозь текст.

Так вот, я намерен наконец-то по полной программе разобрать этот литературный прием. Если вы заметили, окончание предыдущей главы прямо противоположно той «завлекухе», которую я использовал в самом начале книги. Догоняете, о чем я? На всякий случай напомню:

«…Я лежал привязанный к алтарю, сложенному из устаревших энциклопедий. Библиотекари, служители темного культа, собирались принести меня в жертву силам зла…»

Подобное поведение автора — начинать книгу с такой вот «завлекухи» — вообще-то является совершенно непростительным. Скажу даже больше: если обнаружите в первых строках произведения нечто в таком духе — смело можете бросить книгу и не читать дальше. Уж я-то знаю, о чем говорю. Автор, который пользуется этим приемом, вряд ли потом объяснит, каким образом бедолага герой оказался привязанным к алтарю. А если все-таки объяснит, то на самых последних страницах. Так что прежде, нежели это случится, вы одуреете, следя за прихотливыми извивами его мысли, вникая в скучные рассуждения и сомнительные философствования. И лишь потом вам весьма кратенько и скомканно сообщат то, о чем вы с самого начала хотели узнать.

Так вот, «завлекухи» позволительно помещать исключительно в концах глав. Это заставляет читателя скорее переворачивать страницу, то есть благополучно перемещаться к новым эпизодам, служащим развитию интересных событий, и не тратить свое время на разное бессмысленное словоблудие.

Честно говоря, авторы чаще всего — такая самовлюбленная публика…

— Алькатрас? — окликнула Бастилия, когда я двинулся по следам в глубь коридора.

Я махнул рукой — дескать, давайте за мной. Медлить было некогда, черные следы быстро бледнели. «Ладно, — подумал я, — если они исчезнут совсем, пойдем дальше по желтым. Они вроде держатся лучше. С другой стороны, как я пойму, если они разойдутся?»

Бастилия и Синг торопливо последовали за мной. Уже на ходу до меня вдруг дошло, за что я, собственно, взялся.

Я пытался выслеживать Темного Окулятора.

Это при том, что я даже отдаленно не представлял себе, что это за фрукт — Темный Окулятор. Я был уверен только в одном: встречаться мне с ним незачем. Хотя бы потому, что это именно он, скорее всего, прислал по мою голову того типчика с пистолетом.

С другой стороны, я отдавал себе отчет, что Темный Окулятор был в библиотеке самой важной персоной, предводителем, командиром. Кому, как не ему, было знать, где находятся Пески Рашида! А я как-никак собирался их вернуть. Они были для меня весточкой от родителей. И, весьма вероятно, единственным ключом, который поможет выяснить, что с ними сталось.

Поэтому я и шел вперед по следам.

Кому-то из читающих эти строки, чего доброго, покажется, что я вел себя храбро. В действительности у меня кишки склеивались от страха. Меня извиняет только одно: реального масштаба опасности я все-таки не понимал. Я ведь только-только начал осваиваться с мыслью о существовании Свободных Королевств, Окуляторов и всякого такого. Вот и угроза, ожидавшая впереди, не казалась мне… особенно настоящей.

Если бы я в полной мере осознавал степень риска — мог представить себе смерть и боль, сопровождавшие избранный мною путь, — я бы тут же повернулся и убежал. И это было бы самым правильным решением, что бы там мои биографы ни утверждали.

Скоро сами увидите.

— Что мы делаем? — быстро догнав меня, прошипела Бастилия.

— Здесь следы, — прошептал я в ответ. — Кто-то совсем недавно проходил.

— Ну и?.. — спросила она.

— Следы — черные.

Бастилия так и приросла к месту. Спохватившись, она снова догнала меня и спросила:

— Насколько черные?

— Не знаю, — сказал я. — Черные-пречерные.

— Я имею в виду…

— Это он, — сказал я. — Следы, они… они горят, что ли. Их как будто вплавило в камень, а теперь они испаряются потихоньку. Вот такая у них чернота…

— Вполне похоже на Темного Окулятора, — произнесла Бастилия. — Так. Нам совершенно незачем за ним идти.

— Как раз есть зачем, — возразил я. — Мы же хотим отыскать Пески?

Бастилия сгребла меня за руку, принудив остановиться. Синг пыхтел у нас за спиной.

— Господи боже! — сказал он. — До чего ж оно тяжелое, это оружие дикарей!..

— Бастилия, — сказал я. — Этак мы след потеряем, он же бледнеет…