Время испытаний - Алан Григорьев

Как стали они постарше, брат стал днями просиживать в библиотеке, а Разноглазке хоть и было скучновато за книгами, но вместо того, чтобы петь и танцевать, как все девочки, она тоже читала учёные труды. Вместо того, чтобы вышивать и шить жемчугом, писала грифелем на доске. Вместо того, чтобы сплетничать с подругами, изучала древний язык — и потому прослыла умной девушкой.

Сыновья лордов из соседних земель сватались к ней, но она отвергала всех, чтобы только не разлучаться с братом. Тогда-то и перестали её звать милой Разноглазкой, дав более подходящее прозвище — Ледяная Роза — за надменность и гордыню.

Отец и мать уговаривали её одуматься, но Ледяная Роза говорила так:

— Ах, папенька, ах, маменька, может, эти юноши богаты и хороши собой, но глупы, как карпы в замковом пруду. Никто из них и в подмётки не годится моему брату. Да что там — даже я, хоть и не занималась науками с должным усердием, намного умнее их всех.

Говорят, один из отвергнутых женихов проклял гордячку и посулил, что когда-нибудь дрогнет и её холодное сердце. Однажды она полюбит горячо и страстно, но будет отвергнута, потому что покажется своему избраннику слишком глупой.

Услыхав эти слова, Ледяная Роза рассмеялась:

— О, тогда мне нечего бояться! Ведь на белом свете так мало умных людей…

Прошло ещё несколько лет. К Ледяной Розе почти перестали свататься, но вот однажды в Замок на Утёсе прибыл кортеж с королевскими гербами. Сперва все подумали, что сам король, прослышав о неприступной красавице с юга, решил попытать счастья. Девушка была польщена, но вместо того, чтобы прыгать от радости, принялась ещё пуще задирать нос:

— А пусть бы и сам король пожаловал — ему придётся доказать, что он умнее меня!

Но оказалось, что посланец Его Величества прибыл вовсе не к Ледяной Розе, а к её учёному брату. При дворе как раз освободилось место чародея, а слухи об успехах наследника Южных Утёсов в создании чар опережали даже славу его гордячки-сестры.

Брат с радостью начал собираться в дорогу, а Ледяная Роза горько зарыдала, узнав о предстоящей разлуке — ведь её на королевскую службу никто не звал.

Проплакав всю ночь, наутро она вытерла слёзы, прихорошилась, надела своё самое красивое платье и направилась прямиком к посланцу Его Величества.

— Я поеду с братом! — заявила она с порога. — Куда игла, туда и нить. Куда брат, туда и сестра.

— Я звал его, не тебя, — ответил посланец, даже не поднявшись из кресла, чтобы поприветствовать леди.

Его лицо скрывал капюшон, что показалось Ледяной Розе крайне невежливым, но она не стала попрекать его, а с жаром продолжила убеждать:

— Так пригласи обоих! Я читала много книг и тоже умею колдовать.

— Можешь ли ты варить целебные зелья?

— Нет. Жар огня плохо влияет на цвет моего лица.

— Может быть, ты умеешь ставить защитные чары и удерживать их часами, пока идёт сражение?

— Нет. При чём тут сражения? Не женское это дело.

— Значит, обратить противника в бегство при помощи заклятий тебе тоже не по силам? — посланец нахмурился. — В таком случае зачем ты нам нужна?

Ледяная Роза не смогла сдержать обиду — слёзы градом хлынули из глаз.

— Но я читала много книг… — повторила она.

— Какой в них прок, если все твои знания остаются лишь знаками на бумаге? Ты чертишь огам грифелем на ученической доске, брезгуешь оберегами, не плавишь колдовские камни в тигле, не поёшь чары, не видишь вещих снов, не творишь дикую эльфийскую магию…

— Но дикая магия запрещена! — в отчаянии выкрикнула Ледяная Роза. — Все это знают!

Тогда её собеседник снял капюшон:

— Не для нас.

Перед ней стоял эльф. А надобно сказать, что эльфы тогда, как и ныне, были настолько редки, что Ледяная Роза прежде не встречала никого из волшебного народа. От неожиданности она потеряла дар речи.

— Ты слишком глупа для королевской службы, — презрительно произнёс посланник Его Величества. — Оставайся дома.

Наутро наследник Южных Утёсов простился с родными и отправился в путь. Всех удивило, что Ледяная Роза не вышла, чтобы попрощаться с братом, но тот пояснил, что сестре просто нездоровится, и её не стали беспокоить.

Беглянки недосчитались лишь утром следующего дня. Тогда же оказалось, что в королевском кортеже стало на одного всадника больше. Ледяную Розу узнали, заставили спешиться и привели к эльфу.

— Я же сказал: ты нам не нужна, — нахмурился он. — Садись на коня и поезжай обратно.

— Она поедет с нами, или я тоже возвращаюсь домой, — вдруг подал голос доселе молчавший юный чародей. — Куда сестра, туда и брат, куда игла, туда и нить.

Эльф глянул на него, с сомнением покачал головой и вновь обратился к Ледяной Розе:

— Как тебе удалось провести охрану? Твоя одежда не такая, как у них, хоть ты и переоделась в мужское. И конь другой масти.

— Чему-то я всё же научилась, читая книги!

Она ни за что бы не призналась, что впервые — от отчаяния — сотворила иллюзию, сумевшую обмануть чужие взгляды.

Эльф достал из кармана большой сверкающий камень:

— Скажи, что это?

— Алмаз, — неуверенно сказала Ледяная Роза.

— Приглядись получше.

Чувствуя, что её судьба решается прямо сейчас, девушка смотрела и смотрела, пока глаза не начали болеть и слезиться. И вдруг сквозь пелену она разглядела подвох и закричала:

— Вижу! Никакой это не алмаз, а самый обычный булыжник.

— Твоя правда, — эльф выбросил камень на дорогу, а потом открыл дверь в крытую повозку и скомандовал: — Залезай. Может, на что и сгодишься.

Так неразлучные сестра и