Рассказы о привидениях - Кэролайн Кин

Повернувшись, она наскочила на Хендрикса.

— Что это вы здесь делаете? — зашипел он, стараясь выхватить аппарат.

Нэнси быстро увернулась, проскользнула мимо садовника и бросилась вниз по лестнице.

Ее встретил отец.

— Где ты так долго пропадала? — спросил он. — И кто там наверху? Девушка все рассказала.

— Я горжусь тобой, — улыбнулся мистер Дру. — Формула Лафоржа может представлять большую ценность для его детей.

— Пап, — прошептала она, — мне кажется, Хендрикс что-то замышляет, а?

— Похоже, но я не совсем понимаю что.

Нэнси задумалась, и вдруг ее осенило. У привидения, которое они видели на лестнице, было очень приятное лицо.

— Пап, а с этой таинственной историей не связана какая-нибудь определенная девушка или женщина?

Адвокат задумчиво посмотрел на дочь.

— Если вдуматься хорошенько, то да. Некая сумма была завещана жене Кики, которая работала у Лафоржа секретаршей. И она значительно больше той, что должен был получить Хендрикс. Это привело его в ярость. Ведь его жена не получала ничего.

— Не удивительно, что он так зол, — задумчиво проговорила Нэнси.

Неожиданная догадка заставила ее вновь подняться в лабораторию. Хендрикса уже не было. Осматривая комнату в поисках новых улик, Нэнси открыла ящик бюро. Внутри лежал белый парик.

«Привидение», — подумала Нэнси и подняла парик. Внизу, на тряпичной подкладке, стоял штамп: 23Л 109. Против буквы Л можно было разглядеть буквы поменьше: «омакс».

Нэнси удовлетворенно хмыкнула. Парик взят напрокат или куплен в салоне красоты Ломаке в Ривер-Хайтсе! Она положила парик на место и поторопилась вниз к отцу.

— Идем, пап, — настойчиво произнесла она. — У меня в городе дело.

Они еще не успели сесть в машину, как она рассказала отцу о своей находке. Адвокат остановился около салона, и Нэнси нырнула внутрь.

— Вы хотите записаться на прием? — спросила женщина у стойки.

— Нет, благодарю вас, — ответила Нэнси, — я хотела бы взять напрокат такой же парик, какой взяла одна молодая женщина. Вам не трудно посмотреть ее данные? Номер 23Л 109.

— Это не совсем принято, — сказала женщина. — Как ее имя?

— Не могу сказать. Я увидела парик в костюмерной театра и посмотрела на номер.

Женщина стала рыться в картотеке и, наконец, вытащила одну карточку.

— Это был специальный заказ, — сообщила она. — Если вы хотите купить такой же, мне придется записать ваш заказ.

— А сколько это займет времени? — спросила Нэнси.

— Пару недель, но напрокат один есть. Юная сыщица постаралась незаметно заглянуть картотеку. То, что она прочла, не явилось для е сюрпризом. В верхнем правом углу было написано: «Хендрикс». Итак, привидением оказалась миссис Хендрикс! Они с мужем были сообщниками.

— Я дам вам знать о своем решении, — сказала Нэнси и быстро вышла из салона.

Она вернулась к отцу, погрузившись в размышления. И вдруг, осененная какой-то идеей, произнесла:

— Пап, ты не подбросишь меня домой? Я хочу взять свою машину. Мне пришла в голову мысль пожить несколько дней в поместье Лафоржа. Попрошу Бесс и Джорджи составить мне компанию. Что ты на это скажешь?

— Как адвокат, связанный с этим делом, я могу дать тебе свое разрешение, но как отец прошу: будьте начеку, а если что, сразу же дайте знать.

Когда Нэнси рассказала подружкам о новом деле и пригласила их поучаствовать в его расследовании, Джорджи с готовностью согласилась, а вот Бесс, узнав, что речь идет о привидении, стала отпираться.

— Ты же знаешь, я не терплю даже разговоров о них, — сказала она, — настоящие они или какие еще!

В конце концов, чтобы не прослыть трусливой гусыней, Бесс согласилась. Девушки закупили еды и в пять часов тронулись.

Когда они въезжали на территорию «Орхидианы», Джорджи не удержалась, чтобы не подразнить подругу.

— Неплохое местечко. Вам здесь с Нэдом будет неплохо.

Бесс вздохнула.

— А меня не уговоришь жить в доме с привидениями ни за какие коврижки.

Приехав и разложив вещи, подруги приготовили ужин и уселись перед телевизором. Стало темнеть. Вдруг за окном раздался пронзительный крик.

Бесс вскочила со стула.

— Что это, черт возьми?

— Всего-навсего кошка, — ответила Джорджи.

— И не иначе как черная, — мрачно произнесла Бесс.

Нэнси взяла свой мощный фонарь и высунулась в окно.

— Только наполовину, — усмехнулась она. — этой кошки все лапы белые.

— Ну вот, опять ты победила, Нэнси, — сказала Бесс и вздохнула. — Так или иначе, я бы предпочла, чтобы она замолкла.

— Попробуй вылить на нее воды, — съехидничала Джорджи. — Я слышала, это помогает.

Бесс ничего не ответила и уткнулась в телевизор. Вдруг с шумом хлопнул ставень. Все вздрогнули.

— Странно, — заметила Джорджи. — Вечер абсолютно безветренный.

Нэнси опять поспешила к окну и ахнула.

— Что там? — с беспокойством спросила Бесс.

— Привидение! — ответила Нэнси.

Джорджи подошла к окну. На лужайке перед домом танцевала фигура с длинными белыми волосами, в тонком, с ниспадающими складками, белом балахоне. Через каждые несколько секунд фигура останавливалась, делала поклон, а затем продолжала танец, как будто публика вызывала ее на бис!

— Мне надо посмотреть на это поближе, — заявила Нэнси, выпрямилась и быстро направилась к двери. Подруги наблюдали из окна, как она пересекла лужайку и бросилась за привидением, которое стало поспешно удаляться.

— Остановись! Подожди! Я должна поговорить с тобой! — кричала Нэнси.

Но танцующий призрак убегал все быстрее и быстрее. Погоня привела их к оранжерее. Фигура нырнула внутрь, захлопнула и заперла за собой дверь.

Нэнси бросилась к пристроенному к оранжерее сараю, пробралась через него и влетела в главное помещение. Привидения нигде не было. Оно, скорее всего, вернулось в дом, чтобы переодеться.

Прежде чем выйти из теплицы, юная сыщица заглянула под каждую скамейку и осмотрела все закоулки. Никто там не прятался. Тогда она решила войти в дом и в нем поискать неуловимое привидение. Но и там ее ждало разочарование.

«Ну что теперь, дорогуша?»

Вдруг Нэнси осенило. Она повернулась и направилась в ту комнату, где впервые увидела белый парик. Дверь была открыта, но внутри никого не было. Девушка сразу подошла к бюро и открыла верхний ящик. Парик лежал на месте. Она потрогала его. Он был теплый! Его только что сняли.