Пендервики на улице Гардем - Джинн Бердселл

— Ты собрался идти на первое свидание с женщиной в этом старом-престаром свитере? Разве так можно? Надень хоть ту голубую рубашку, что я подарила тебе на прошлое Рождество!

— Добрый вечер, Клер, я тоже очень рад тебя видеть. А та рубашка, что ты мне подарила, — фланелевая. Марианна не любит фланель.

— Не любит фланель?.. — Тётя Клер покосилась на Скай, у которой на лице было написано: «Ну, видишь, я же говорила». — Значит, ты о ней уже кое-что знаешь?

— Кое-что знаю.

— И фамилию знаешь?

— Конечно. Дэшвуд. Марианна Дэшвуд.

— Марианна Дэшвуд. Странно как-то звучит…

— Ничего. Зато ей идёт.

Они уже спускались по лестнице — мистер Пендервик, за ним три его дочери и сестра, — но на половине лестницы он вдруг что-то вспомнил, развернулся, проскочил мимо своего почётного эскорта обратно в комнату и тут же снова появился на пороге, на этот раз в наброшенной на плечи спортивной куртке.

— А это тебе зачем? — Тётя Клер уставилась на оранжевую книжку, торчащую из кармана куртки. — Ты собрался ей читать?

— Нет, конечно.

Скай показалось, что он покраснел, но присмотреться как следует она не успела — папа уже выбежал из дома, бросив через плечо, что суп и бутерброды в холодильнике. Разве было такое хоть раз, чтобы папа куда-то ушёл, не обняв на прощание дочерей? Девочки молча стояли в прихожей, потерянно глядя на захлопнувшуюся дверь.

Тётя Клер тоже постояла с потерянным видом, но недолго. А потом она встряхнулась и спросила:

— Чем сегодня займёмся за ужином? A-а, знаю! Мы уже сто лет не играли в «Улику»^[22]. Ну, кто «за»?

«За» оказались все: в доме Пендервиков «Улика» была любимой игрой. Пока тётя Клер и Джейн собирали на стол, Скай отыскала коробку с «Уликой» в стенном шкафу в прихожей, где хранились все игры, и, сдвинув бутерброды в сторону, разложила на столе игровое поле. Какое-то время все переставляли стулья и менялись местами, усаживаясь поближе к фигуркам своих любимых персонажей. Джейн остановила свой выбор на мисс Скарлет, потому что мечтала когда-нибудь ходить в таком же длинном облегающем платье, как у неё. Скай заявила, что она профессор Плам: про себя она решила, раз он рыжий — значит наверняка профессор астрофизики. Бетти выбрала миссис Пикок — у неё волосы такие же кудрявые, как у Розалинды, и у Джейн, и у самой Бетти. Тёте Клер достался мистер Грин: быть полковником Мастардом, который ходит с кнутом, она не захотела, а фигурку миссис Уайт ещё сто лет назад сожрал Пёс, теперь вместо неё была крышечка от пузырька с витаминами.

— Начинает тот, у кого выпадет больше всех очков, — объявила Скай и уже собралась кинуть кости, но тут в дверь позвонили.

Джейн побежала открывать. Папа, что ли, уже вернулся? Тогда почему звонит в дверь? Неужели из-за своей Марианны он и ключи от дома потерял, не только голову? Но это оказался не папа, а Томми.

— Розалинда дома? — спросил он. — Мне надо с ней поговорить.

— Розалинда временно покинула нашу унылую обитель. Но всё равно заходи! Кстати, — добавила она, заметив, что Томми колеблется, — у нас тут бутерброды.

Искушения бутербродами Томми, конечно, не выдержал. Через минуту он, вместе со всеми, сидел за столом перед горой бутербродов — уже в роли полковника Мастарда: все решили, что кнут — это не смертельно, не обязательно же им размахивать. Кинули кости, и больше всех очков — десять — оказалось у Бетти. Игра началась.

За вечер сыграли шесть раз. Правда, всё время получалось не но правилам: то Бетти пользовалась какими-то тайными ходами, которых на игровом поле не было и в помине, то Скай с Томми неожиданно начинали перебрасываться орудиями убийства, то Джейн начисто забывала, во что она играет: видите ли, замок на картинке вдруг напомнил ей Арундел-холл — хотя в Арундел-холле не было ни зимнего сада, ни тем более бильярдной. А тётя Клер нарочно высказывала самые нелепые догадки про убийство и всех запутывала, чтобы игра продлилась подольше. Но всё равно все получили огромное удовольствие: в конце концов, как резонно заметила Джейн, что за радость, когда всё по правилам да по правилам? А потом некоторым пора уже было слушать вечерний рассказ и спать, и тётя Клер повела этих некоторых наверх, хоть они и упирались.

— Что теперь? — спросила Скай, когда тётя Клер и Бетти ушли.

— Хотите, посмотрим кино? — Джейн обернулась к Томми. С Томми смотреть кино всегда почему-то казалось интереснее.

— Можно и посмотреть, — тут же согласился он. — Пока Розалинды нет.

— Спасибо, что подвезли, миссис Кардасис. Спокойной ночи, Анна, — сказала Розалинда, но почему-то не вылезла из машины, а продолжала сидеть и смотреть в сторону своего дома. Самое главное она заметила сразу, ещё когда они подъезжали: папиной машины нет. Значит, он пока не вернулся со своего свидания.

— Слушай, а поехали обратно к нам? — предложила Анна. — Мам, можно Розалинда у нас переночует?

— Конечно.

— Нет, спасибо, я лучше пойду.

Весь вечер они с Анной занимались приятными делами: играли в баскетбол, слушали музыку, готовили сладкий попкорн — так что Розалинда почти не вспоминала про папу и про Марианну и не беспокоилась. И чувствовала себя прекрасно. Но не может же она ещё и на ночь остаться у подруги, когда к ним в гости приехала тётя Клер. Это уж было бы совсем некрасиво и бессердечно.

— Не беспокойся, Рози, — улыбнулась Аннина мама. — Всё с твоим папой будет хорошо. Вот увидишь!

— Да, конечно. — Розалинда наконец выбралась из машины. «Всё будет хорошо!» Бессмысленная фраза, подумала она. Разве можно заранее знать, как что будет? А не знаешь, тогда зачем говорить?

И Анна с мамой уехали. Подходя к крыльцу, Розалинда думала, удастся ли ей незаметно проскочить к себе в комнату. Разговаривать ни с кем не хотелось. Ей вообще ничего не хотелось: ни выслушивать рассказы о том, как папа собирался, ни встречать его, когда он вернётся. Имеет же она право хоть раз в жизни просто пойти и лечь спать? И ни о чём не беспокоиться.

Она тихо проскользнула в дом и заглянула в гостиную. Тётя Клер сидела на диване, смотрела телевизор — кажется, какое-то старое английское кино, — а Джейн и Скай мирно спали, растянувшись на полу. Тётя Клер, правда, заметила старшую племянницу — послала ей воздушный поцелуй. Но Розалинда только помахала в ответ и на цыпочках пошла дальше. Так, пока всё хорошо. Осталось только подняться наверх, заглянуть к Бетти… Но, проходя мимо кухни, Розалинда услышала, как хлопнула дверца холодильника. Кто это? Неужели Бетти среди ночи решила устроить себе перекус?

Но это оказался Томми: он ел мороженое прямо из пластикового ведёрка. Томми стоял спиной к двери, и Розалинда вполне могла пробраться незамеченной, но ей вдруг самой зверски захотелось мороженого.