Моя сторона горы - Джин Грейгхэд Джордж

Перед тем, как лечь спать, Мэтт неохотно сказал:

— В этих местах могут быть фотографы.

— Мэтт! — запротестовал я. — Что ты написал?

Бандо достал из кармана газетную вырезку.

Он прочитал ее, а также дополнительные материалы и комментарии из других газет. Потом он облокотился на дерево и, как обычно, закурил трубку.

— Признай, Торо, сегодня ты не можешь жить в Америке и быть абсолютно другим. Если ты хочешь быть не таким, как все, то ты будешь выделяться, и люди рано или поздно о тебе услышат; а в твоем случае, если они о тебе узнают, то отвезут в город или переселят, и больше ты не будешь другим, ты станешь как все.

Пауза.

— Торо, а у сов есть гнезда?

Я рассказал ему о совах и о том, как детеныши играли вокруг тсуги. После мы легли спать немного грустными — все мы. Время подходило к концу.

Мэтту надо было возвращаться в школу, а Бандо остался, чтобы помочь выжечь еще одно дерево для следующего гостевого домика. Мы срезали старое дерево, сделали кровать и уже приступили к изготовлению второй, но Бандо пришлось вернуться к преподаванию.

Я не был долго один. Мистер Куртка нашел меня.

Я был на плоту, пытаясь поймать огромную черепаху. Когда она клевала, то высовывала голову из воды, смотрела на меня своими мудрыми глазами и отпускала крючок. Внушающая Страх была рядом. Я сделал петлю, чтобы в следующий раз, когда она выплывет на поверхность, накинуть ей ее на шею, но в тот момент Внушающая Страх прыгнула мне на плечо и больно схватила когтями. Она была обеспокоена и вся напряглась, что на ее языке значило «люди», поэтому я не удивился, услышав голос с другой стороны ручья:

— Привет, Дэниел Буун. Что делаешь?

Это был мистер Куртка.

— Пытаюсь поймать этого кита-черепаху, — ответил я таким голосом, будто занимаюсь этим каждый день.

Я продолжил делать петлю, и он посоветовал мне:

— Ударь его палкой.

Я так и не смог поймать «старого динозавра», поэтому подплыл к берегу и забрал мистера Куртку. Час спустя мы все-таки поймали черепаху, разделали ее, и к тому времени я уже зная, что мистера Куртка зовут Том Сидлер.

— Пойдем в дом, — сказал я, и он подошел к дереву, прямо как после школы на Третьей авеню.

Конечно, он хотел все посмотреть, ему действительно все казалось необычным, но он быстро освоился и вызвался помочь мне приготовить мясо для черепашьего супа.

Он выкопал лука, пока я грел воду в жестянке. Черепашье мясо твердое, как камень, и его нужно варить часами, пока оно не станет мягким. Мы приправили суп солью гикори и добавили в него много луковиц купены. Том сказал, что он слишком жидкий, поэтому я добавил молотых орехов — у меня закончилась желудевая мука. Я попробовал кинуть в суп фиалковых корней — получилось неплохо.

— Хочешь остаться съесть суп и переночевать? — спросил я его во время готовки.

Он сказал:

— Конечно, — но добавил, что ему лучше сходить домой и предупредить маму. Он вернулся где-то два часа спустя, черепаха все еще не разварилась, поэтому мы пошли на луг прогуляться с Внушающей Страх. Она поймала себе еды, мы привязали ее к насесту и практически по-темному пришли к ущелью. Мы поужинали черепаховым супом. Спал Том в гостевом домике.

Я не мог заснуть. Все думал о том, что происходит. Все казалось таким привычным.

Мне нравился Том, я нравился ему, он часто приходил, почти каждые выходные. Он рассказал мне о своей команде по боулингу, о нескольких друзьях, у меня появилось ощущение, что я знаю многих людей в городе. От этого дикая природа становилась менее дикой. Когда однажды в выходные Том ушел домой, я написал это: