Бетани поёт второй - Холли Вебб

– Конечно оно того стоит! – убеждённо повторила она. – Но лучше бы не было ни сердитых водителей автобусов, ни сердитых учительниц французского. Мисс Лебрен меня убьёт!

Сара хотела сказать что-нибудь ободряющее, но пришлось ограничиться невразумительным «Ага». Их учительница французского не была такой уж злой, но и особым терпением не отличалась.

– Может, если ты хорошо напишешь диктант, а потом скажешь ей про учебник, и она не рассердится, – задумчиво проговорила Сара.

– Может быть. – Бетани пожала плечами. – Ключевое слово «если».

– Да ладно, у тебя с французским всё нормально. А пока можешь взять мой учебник. Я уже выучила что могла. Если я сделаю слишком мало ошибок, у мисс Лебрен будет сердечный приступ. Нельзя так пугать учителей.

– Они уже здесь! – В класс вихрем ворвались Лили и Хлоя и подбежали к Саре и Бетани.

– Нам дали роли! – объявила Хлоя, широко улыбаясь и приплясывая на месте. – В «Маленьких женщинах». Нам обеим! Представляете?!

– Круто! – воскликнула Сара, искренне радуясь за подруг. – Те роли, которые вы хотели?

Лили кивнула:

– Да, я буду Бет, а Хлоя – Эми. Я до сих пор не могу поверить!^[1]

Бетани обняла их обеих:

– Это же классно! Вы молодцы! Горжусь знакомством с будущими телезвёздами! – Бетани, как и Сара, искренне радовалась за Лили и Хлою, и всё же ей было немножко завидно. Она тоже хотела попасть на пробы, однако пока её никуда даже не приглашали. Но она никому не скажет о своих обидах: зачем портить подругам радость?

Хлоя продолжала приплясывать от волнения.

– Мы будем звёздаааамииии! – пропела она, крутнувшись на месте и взметнув огненно-рыжую волну кудряшек.

– Хлоя, спокойнее! Держи себя в руках! – хихикнула Сара. – Ты, наверное, всю ночь не спала. Кстати, а почему вы нам не позвонили ещё вчера?

Лили и Хлоя смущённо переглянулись.

– Ну… – медленно проговорила Лили. – Я не знала, получила ли роль Хлоя, а Хлоя не знала, получила ли я…

– Я спросила у миссис Шоу, но она мне не сказала, – вставила Хлоя.

– И я решила дождаться утра, чтобы всё выяснить, а потом сказать вам. – Лили секунду помедлила. – В смысле, если бы Хлое не дали роль, я бы, наверное, чувствовала себя странно.

Хлоя кивнула:

– Мне было неловко звонить Лили и спрашивать, поэтому я тоже решила дождаться утра. Но когда мы с ней встретились в раздевалке, всё тут же выяснилось!

– Кажется, я так и улыбаюсь с тех пор, как вчера позвонила миссис Шоу, – призналась Лили.

– А что говорит твоя мама? – осторожно спросила Бетани. До недавнего времени у Лили были конфликты с мамой. Её мама-актриса хотела, чтобы Лили тоже стала актрисой – любой ценой.

Лили улыбнулась, и Бетани подумала, что она уже очень давно не видела подругу такой довольной и счастливой.

– Мама за меня рада. Теперь всё хорошо. Мы с ней поговорили после прослушивания, и она обещала, что больше не будет указывать, как и что мне делать!

– То есть она на тебя уже не наседает? – уточнила Сара.

Лили с воодушевлением кивнула:

– Она сказала, что поможет с подготовкой – но только если я сама попрошу. А сама вмешиваться не будет. И знаете что? Теперь, когда она так сказала, я, наверное, попрошу её помочь мне с ролью. У неё есть отличные идеи.

– Может, она мне тоже что-то подскажет? – спросила Хлоя.

Бетани изумлённо покачала головой:

– Даже не верится, что мы говорим об одном и том же человеке! И это после всего, что ты рассказала нам в понедельник!

Бетани смотрела на Лили и Хлою, таких радостных и счастливых, и ей опять стало завидно.

Ну почему её не приглашают на пробы?!

Глава вторая
Пробы для Бетани

После такого известия было непросто сосредоточиться на французских словах. Бетани и сама понимала, что не готова к диктанту. Она любила ходить за покупками и, казалось бы, должна была без труда выучить французские названия магазинов. Но они почему-то не запоминались. Более или менее запомнились только названия продуктов, которые можно купить в boulangerie^[2]. На самом деле Бетани не отказалась бы от pain au chocolat^[3] прямо сейчас.

Мисс Лебрен вошла в класс и улыбнулась:

– Ну что? Все готовы к словарному диктанту? Убираем учебники, открываем тетради. – Присев на краешек учительского стола, она открыла учебник и начала диктовать английские слова, которые надо перевести и записать по-французски.

Бетани могла поклясться, что половины этих слов не было в списке, который им задали учить. Как, скажите на милость, по-французски будут «сосиски»?!

Она уныло написала слова, которые знала, но у неё уже появилось предчувствие, что за диктант она получит максимум трояк. Она в панике посмотрела на Сару, но та склонилась над тетрадкой, и из-за упавших ей на лицо волос его было не видно. Бетани быстро взглянула на соседнюю парту. Лили сосредоточенно писала, а Хлоя – сюрприз, сюрприз! – сидела уставившись в одну точку с мечтательной улыбкой на губах. Потом она встрепенулась, вернулась к реальности и тоже склонилась над тетрадкой. Но было ясно, что словарный диктант занимает в её мыслях явно не первое место.

Мисс Лебрен велела им самостоятельно проверить работы соседей по парте, и Бетани сразу же не понравилось выражение лица Сары, когда та читала её ответы и ставила плюсики рядом с верно написанными словами. Кажется, плюсиков было мало. Сара с виноватым видом вернула тетрадь Бетани:

– Извини. Всего восемь правильных.

Ой! Восемь из двадцати?! Вот мисс Лебрен «обрадуется»!

– У меня девять правильных, – шепнула Хлоя. – Это был сложный диктант. Так что не переживай, ты не одна.

Да уж, Хлое легко говорить. Она-то не получает стипендию на обучение в «Дебюте», которая выдаётся «при условии надлежащей успеваемости». Это значит, что Бетани должна хорошо учиться не только по специализированным театрально-музыкальным предметам, но и по общешкольным тоже. А после несданного реферата по естествознанию, кошмарной домашней работы по истории, а теперь ещё и кошмарного диктанта по французскому её успеваемость явно не подпадает под определение «надлежащей».