Мальчик, который заставил мир исчезнуть - Бен Миллер

В комнате воцарилась тишина, дети сидели с разинутыми ртами. Шелли вела себя совершенно не так, как полагается взрослым!

– Вы не настоящий астронавт? – спросил Маркус Доун.

– КОНЕЧНО, НЕТ! – крикнула Шелли. – КАК И ВЫ НЕ НАСТОЯЩИЕ РАКЕТЫ, ПЛАНЕТЫ, ЗВЁЗДЫ И… АНГЕЛЫ!

Кэти Броад расплакалась.

– Ладно! Ладно! – сказала Шелли, осознавая, что ситуация выходит из-под контроля. – Простите. Просто… на меня много всего навалилось в последнее время.

Персефона Бринкуотер приобняла всё ещё рыдающую Кэти Броад.

Шелли глубоко вдохнула и начала заново.

– Ну давайте, поиграем в разные весёлые игры, – сказала она как ни в чём не бывало. – А потом… потом мы поедим вкусненький праздничный торт.

Конечно, праздник уже был испорчен. Они всё-таки поиграли в Приколи Спутник на Околоземную Орбиту, но Харрисон проткнул Международную космическую станцию насквозь и выбыл из игры. Потом они поиграли в Нарасти Нейтронную Звезду, и каждому досталась игрушка – кроме Харрисона. Наконец, они поиграли в Спящие Сверхновые, и Шелли поймала Харрисона на том, что он расчёсывал экзему вместо того, чтобы лежать смирно, и взорвала его, так что остаток игры ему пришлось сидеть в сторонке.

Гектор Брум при этом не переставал щёлкать своей резинкой, сверля Харрисона угрожающим взглядом.

К тому времени, как они были готовы чем-нибудь угоститься, Харрисон пребывал, в Очень Плохом Настроении. А потом ситуация из скверной превратилась в катастрофическую.

– Харрисон! Прости, но тебе это нельзя, – окликнула Шелли, когда дети расхватали по куску праздничного торта.

– Почему? – спросил Харрисон, глядя, как остальные поглощают аппетитного вида торт.

– Кэти говорит, что у тебя аллергия на молоко, – сказала Шелли. – А в этом торте есть молоко, так что ты остаёшься без торта.

– Мне всё равно, я его съем! – заявил Харрисон, хватая кусок.

– А вот и нет! – ответила Шелли. – А ну отойди от торта!

– АУ-У-У! – взвыл Харрисон. Его шее внезапно сделалось ужасно горячо! Он развернулся и увидел Гектора. Он щёлкнул Харрисона своей резинкой!

– Тут всё в порядке? – спросила мама Гектора, прерывая эту сцену Харрисон поднял взгляд и обнаружил, что в дверном проёме стоят родители Гектора. Через окно он увидел, что и другие родители на подходе.

– О да, прекрасно. Всё ведь прекрасно, правда, дети? – сказала Шелли. Её щёки пылали красным, но мама Гектора, кажется, ничего не заметила.

– Тебе понравился праздник? – спросила Харрисона его мама, подойдя к нему.

Харрисон посмотрел на Шелли, потом на Гектора Брума, потом опять на своих родителей. Рассказать или нет?

– Ага, понравился, – кивнул он, скрестив пальцы за спиной.

Мать Гектора хлопнула в ладоши.

– Спасибо всем, что пришли отпраздновать день рождения нашего дорогого ангелочка. Боюсь, теперь всем пора разойтись по домам, но, думаю, у нас найдётся для каждого по очень особенному шарику и по пакету с конфетами! Шелли?

– Конечно, – отозвалась Шелли.

По очереди она раздала каждому ребёнку по пакету со сладостями и по красивому сияющему шарику, наполненному гелием, в форме планеты. Гектору Бруму достался полосатый коричнево-жёлтый Юпитер, а Персефоне Бринкуотер – лиловая Венера. Чарли Нвосу получил небесно-голубой Нептун, Маркус Доун – оранжевый Сатурн с розовыми кольцами, а Карл Инг – синевато-зелёный Уран. Кэти Броад дали серебристый Меркурий, который очень удачно подходил к её костюму ангела.

Наконец настал черёд Харрисона.

– У вас есть шарик для Харрисона? – спросила Шелли его мама.

– О да, – ответила Шелли. Её глаза как-то странно блеснули. – Для Харрисона у меня есть совершенно особенный шарик. Подождите-ка минутку.

Она скрылась в кухне, закрыв за собой дверь.

– Что тебе больше всего понравилось на празднике? – спросил Харрисона папа.

– Когда нам показывали чёрную дыру, – ответил Харрисон.

С кухни донёсся какой-то грохот.

– Что такое чёрная дыра? – полюбопытствовала мама.

– Это такая дыра во Вселенной, – объяснил Харрисон. – Они очень опасные, потому что если упадёшь в такую, назад уже никогда не выберешься.

– А как они выглядят?

– Как дыры, – ответил Харрисон. – Чёрные.

На кухне раздался какой-то свист, будто что-то размельчали в блендере. А потом…

БАМ!

Кухонная дверь слетела с петель, пронеслась по всему залу, врезалась в противоположную стену и с грохотом рухнула на пол.

В дверном проёме стояла Шелли. Её скафандр был покрыт сажей, а розовые волосы стояли дыбом. В правой руке она держала верёвочку, на другом конце которой парил странный чёрный круг.

– Эм… с вами всё в порядке? – поинтересовался папа Харрисона.

– Вот твой шарик, Харрисон, – сказала Шелли, привязывая верёвочку к запястью мальчика.

– Большое спасибо, – поблагодарила её мама Харрисона.

Харрисон протянул руку, взялся за верёвочку и подтянул шарик к себе.

– Не за что, – ответила Шелли. – Он это заслуживает.

Харрисон протянул руку, взялся за верёвочку и подтянул шарик к себе. Он был кромешно-чёрным, словно на его месте кто-то вырезал из вселенной кусочек. Харрисон подул на шарик, чтобы посмотреть, как он отскочит назад, как шарику и полагается, но вместо этого тот подплыл чуточку ближе.

– Я бы на твоём месте этого не делала, – предупредила Шелли. – Вообще лучше его не трогать.

Папа мальчика посмотрел на неё озадаченно.

– Вдруг лопнет, – объяснила Шелли, растянув губы в широкой невинной улыбке.

– Ну? Что нужно сказать, Харрисон? – спросила его мама.

– Спасибо, – вежливо сказал Харрисон.

– Пожалуйста, – ответила Шелли с каким-то блеском в глазах. – Всегда пожалуйста.