Сладость или гадость - Джеймс Норклифф

В пятом доме женщина в дверях сказала:

– Я знаю, что вам хотелось бы конфет, но не сторонник того, чтобы давать детям сахар. Это вредно для вас по всевозможным соображениям. Я почистила морковку – хотите?

– Нет, спасибо, – отказалась Мэллори.

– Вы уверены? У меня много осталось. Она не пользовалась популярностью.

– Нет, спасибо, – повторила Мэллори. – Моя мать не разрешает мне есть сырую морковь.

– Но отчего же?

– А вдруг я подавлюсь, – сказала Мэллори. – Разве не так, Артур?

Артур впервые слышал, чтобы мать Мэллори запрещала сырую морковь, но всё равно энергично закивал.

– Ну тогда доброго вам вечера, – попрощалась женщина и закрыла дверь.

Мэллори показала закрытой двери язык, хорошенько полила крыльцо томатным соусом, а затем повернулась к улице. Несмотря на свет от фонарей, стало значительно темнее, и всё же Артур заметил, что кот поджидает их.

– Что дальше? – спросил он. – Может, нам просто пойти домой?

Он надеялся, что Мэллори согласится и они просто забудут об этой бессмысленной затее. Однако неудачи лишь закалили решимость Мэллори.

– Только когда мы наполним ведро, – сказала она. – Домов ещё не одна миля[2].

Артур вздохнул и последовал за ней к следующему дому.

Он был старый и выглядел довольно запущенным. Веранда была завита каким-то плющом, почти заслонившим вход.

– Выглядит вроде заброшенным, – с сомнением проговорил Артур.

– Есть только один способ узнать наверняка, – сказала Мэллори, отворяя древнюю кованую калитку.

Всё тот же протяжный и тощий чёрный кот с почти золотыми в тусклом свете глазами довольно вызывающе мяукнул им.

«Он, должно быть, ушёл вперёд, – подумал Артур. – Странно, а я и не заметил».

– Брысь, кошка! – бросила Мэллори, пнув в её сторону ногой. Кот драпанул мимо них и метнулся за угол дома.

– Ты уверена, что здесь кто-то живёт? – спросил Артур.

– У них есть кот.

– Или был кот, – сказал Артур, – пока ты не попыталась его лягнуть. Да и вообще, может, он не здешний. Он давно за нами идёт.

– Ну и что? – отрезала Мэллори.

У двери был звонок, но Мэллори не услышала ни звука, когда нажала на него.

– Никого нет дома? – с надеждой предположил Артур.

– Кажется, звонок не работает. Он закрашен краской.

Мэллори пнула дверь, а затем, чтобы звук был погромче, размахнулась и несколько раз стукнула ведром.

– Мэллори… – прошептал Артур.

– Что?

– Ты попортишь дверь.

– Не-а. Ведро-то пластиковое.

Она как раз отвела руку с ведром для нового молодецкого удара, когда дверь распахнулась.

На пороге стоял старик. У него была клочковатая белая борода, одет он был в старомодный жилет в тонкую полоску. Глаз не видно было за круглыми тёмными очками в чёрной оправе. Артур на мгновение подумал, уж не слеп ли он.

Мэллори остановила ведро, а затем воскликнула:

– Фортель или карамель!

Старик несколько мгновений смотрел на Мэллори, словно бы решая. Затем он произнёс:

– Я устрою тебе фортель.

Мэллори уставилась на старика.

– Нет, – отозвалась она, – дело такое: или вы даёте нам карамель, или мы выкидываем фортель.

– Но ты говорила совсем о другом, – сказал он. – Ты совершенно чётко сказала: фортель или карамель. То есть или я даю тебе карамель, или фортель. Нельзя так играть со словами, сама понимаешь.

Артуру сделалось неуютно. Ему не нравилось, какой оборот принимает этот разговор. Он потянул Мэллори за руку.

– Пойдём, – попросил он.

Мэллори смахнула его руку, а старик сказал:

– Нет, не уходите. Останьтесь на фортель.

– Довольно нас дразнить, – возмутилась Мэллори. – Конфеты у вас есть?

– А у вас?

Мэллори посмотрела в пустое ведро.

– Пока нет, – призналась она.

– Какая жалость, – сказал старик. – Раз у вас нет для меня конфет, вы должны получить мой фортель.

– Вы продолжаете нас дразнить, – проговорила Мэллори, уже разозлившись. – Прекратите!

– О, я не дразню, – сказал старик. Затем он направил палец на Мэллори и изрёк: – Шазам!

3

Кот возвращается

Мэллори увидела резкую вспышку голубого света и почувствовала, будто её с огромной скоростью отбросило назад. Ощущение длилось всего несколько мгновений, а когда оно рассеялось, она обнаружила, что стоит на том же самом месте, что и прежде: на веранде перед дверью.

Вот только дверь выглядела так, словно её недавно покрасили – хотя, может, такой эффект произвёл неожиданный яркий свет. А ещё дверь была надёжно закрыта.

Мэллори поспешно повернулась, чтобы посмотреть, с ней ли Артур, и с облегчением увидела, что тот стоит чуть дальше по дорожке, впрочем, с совершенно огорошенным видом.

– Что случилось с вечером? – спросил он.

Хороший вопрос. Несколько секунд тому назад они стояли в сгущающихся сумерках, а теперь – при ярком свете, какой бывает утром.

Артур всполошённо обернулся и окинул взглядом улицу.

– Куда подевались все дома? – тревожно вопросил он.

– С ума сойти, – пробормотала Мэллори.

– Это тот самый дом, – сказал Артур, которому с дорожки было лучше видно, – но он выглядит так, будто его только что построили.

А Артур прав, сообразила Мэллори. Свежеокрашенная дверь. Веранда без свисающего плюща. Она сбежала вниз по ступеням и, встав с Артуром, оглядела всё разом. Дом выглядел новёхоньким.

Она обернулась. Высокой запущенной живой изгороди не было. На другой стороне улицы, где должен был протянуться ряд домов, были огороженные пастбища, а за пастбищами – полоса деревьев.

– Что случилось? – прошептал напуганный Артур.

– Я не знаю, – пробормотала Мэллори, – но мне это не нравится.

– Это, наверное, дело рук того старикана, – предположил Артур. – И чего ты так разошлась?

– Я не расходилась, – сказала Мэллори. – Это он разошёлся.

– А он не просто разошёлся, как мне кажется, – заметил Артур. – Он расквитался с тобой.

– Думаешь? Да как бы не так!

Артур огляделся по сторонам, испытывая всё бо́льшие опасения.

– Это безумие какое-то. Почему тут светло, как днём? Мэллори, а нас твоими стараниями не занесло в какое-нибудь жуткое местечко вроде Рталии? Помнишь, в тот раз, когда ты поумничала с Зубной феей?[3]

– Ерунда! – огрызнулась Мэллори. – Это совсем другое!

– Но откуда ты знаешь? – настаивал Артур.

Мэллори наградила его раздражённым взглядом, а затем пожала плечами:

– А ты видишь где-нибудь дёсенные деревья?

– Нет.

– Так значит, это не Рталия, нытик!

Артур мог бы поспорить, что не в том дело, но решил, что не стоит.

– Я всё исправлю, – сказала Мэллори. Она бросила на Артура ещё один злобный взгляд и зашагала к крыльцу, ведущему на веранду. Она снова заколотила в дверь. Когда