Ночные тайны - Ди Тофт

К тому времени, когда они добрались до шоссе, запах, идущий от Вуди, стал настолько сильным, что Нэт, казалось, мог попробовать его на вкус.

— Быстро! — просипел Мик, стараясь дышать ртом. — Открываем окна!

Вуди высунул голову наружу. Его вывалившийся язык напоминал розовый вымпел. Нэт, стремившийся глотнуть свежего воздуха, пристроился рядом с псом, и тут тоскливый скулёж Вуди перешёл в пронзительный, вынимающий душу вой, и такой громкий, что у Нэта просто зазвенело в ушах. В Темпл-Кросс Мик вскинул руки, будто сдаваясь, и принял решение, о котором сильно пожалел ровно через девяносто семь секунд.

— Думаю, короткая остановка пойдёт нам на пользу, — пробормотал он: от запаха его мутило.

Мик свернул на бурлящую жизнью ярмарочную площадь. Вуди, казалось, совсем потерял голову.

— А-А-А-А-А-В-У-У-У-У-У-у-у-у-у, — выл пёс, прижав уши к голове. — У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!

Обычно бледное лицо Джуд стало кирпично-красным от жары и стыда. Люди на площади останавливались и поворачивали головы, чтобы посмотреть: кто или что издаёт такой жуткий звук.

— Ради бога, Нэт, заставь его замолчать! — крикнула Джуд, зажимая уши руками. — Все на нас смотрят!

Мик повернул ключ зажигания, выключая двигатель. Нэт закрыл глаза, произнося благодарственную молитву, потому что вой тут же разом прекратился, а Вуди сунул голову между спинками передних сидений. Пёс жалобно повизгивал, раздувая заросшие шерстью щёки. Ниточки слюны, раскачиваясь, свисали вниз. Нэту — его самого частенько так укачивало, что приходилось хвататься за гигиенический пакет, — не составило труда догадаться, что сейчас произойдёт.

— Вылезайте! — закричал он. — Его сейчас вырвет!

Эти крики встревожили посетителей «Забитой овцы» — очаровательной таверны, расположенной на другой стороне площади и построенной ещё в шестнадцатом веке. Люди, наслаждавшиеся ленчем за столиками под открытым небом, наблюдали, как потное семейство торопливо выгружается из маленького автомобиля, а Мик и Джуд спешат к туалетам, чтобы привести себя в порядок. Их лица выражали тревожное недовольство. Время, казалось, на какое-то мгновение остановилось, когда наблюдатели с ужасом заметили, что одежда Мика и Джуд перепачкана наполовину переваренной последней трапезой Вуди. Нэт уже испугался, что сейчас будет уделана вся площадь, потому что всем придётся последовать примеру Вуди, поскольку удержать съеденное в положенном месте окажется просто невозможным.

К счастью, реакция оказалась не столь драматичной. Разве что женщины, сидевшие за ближайшим столиком и прекрасно видевшие страдания Вуди, отложили вилки и принялись обмахиваться салфетками. За происходившим наблюдали все. Даже стайка подростков — постарше Нэта — в углу площади. Эти, правда, ещё принялись и смеяться.

«Прекрасно, — подумал Нэт, — сейчас они подойдут». Предчувствуя беду, он схватился за верёвку, которая служила Вуди поводком, и резко повернулся к автомобилю Мика.

Но ухмыляющиеся подростки уже перегородили дорогу. Один из них, с такими светлыми волосами, что издалека казался лысым, растянул губы в притворной улыбке.

— Некрасиво, однако. — В голосе блондинистого подростка слышался сарказм. Он угрожающе наклонился к Нэту. Тот отметил, что глаза у парня на удивление пустые, а зрачки — крошечные чёрные точки, окружённые синеватой радужкой. — Мой отец приготовил эту еду. А разве можно наслаждаться карпаччо[4]из телятины, если тупая собака хвалится харчами перед твоим столиком?

Подросток был, как минимум, на три года старше Нэта и гораздо крупнее. Нэт понимал, что в такой ситуации любой его ответ окажется неправильным.

— Я… мне… — Вместо слов изо рта Нэта вырвался испуганный писк. Он остановился и попытался прибавить своему голосу уверенности. — Мне действительно, действительно жаль, что всё так вышло.

И тут же понял, что словам его недоставало ни уверенности, ни искренности. Скорее, они прозвучали ехидно, без всякого сожаления.

— У-у-у-у, у-у-у-у, — фальцетом сымитировал подросток вопль Вуди. — Все слышали? А теперь он говорит, что ему действительно, действительно жаль! И мне кажется, во всяком случае судя по его голосу, что никакого сожаления он не испытывает.

Приятели поддержали его злобным смехом, Нэт видел перед собой забор из грязных шей и ухмыляющихся физиономий.

Он только собрался ответить, как внезапно почувствовал, что его рука завибрировала от какого-то нового звука, поначалу едва ощутимого, но постепенно усиливающегося. Странно… Передавался этот звук по верёвке, привязанной к ошейнику Вуди. В недоумении Нэт посмотрел на пса.

Спутанная шерсть Вуди стояла дыбом, разлохматившись чуть ли не вдвое. Море белых сверкающих клыков и два блестящих глаза. От рычания Вуди в жилах стыла кровь. Белобрысый отпрянул и нервно хохотнул:

— Он бешеный или как?

Нэт изо всех сил пытался оттащить Вуди от подростков.

— Таких, как этот, мы пристреливаем! — прокричал парень. — Потом подвешиваем за задние лапы на десять дней, после чего рубим на мелкие кусочки и скармливаем свиньям. Ты лучше держись от меня подальше, если не хочешь, чтобы это случилось с твоей собакой!

Под злобный смех Нэт вернулся к автомобилю.

— Кто это? — негодующе спросила Джуд.

— Не обращай на него внимания, — ответил Мик. — Этот маленький пронырливый паршивец — сын хозяина таверны. Скверный парень. В прошлом мне уже приходилось перекинуться с ним парой слов. Возможно, поэтому он и начал цепляться к Нэту.

— Нэт, у тебя всё в порядке? — озабоченно спросила Джуд.

— Не можем мы просто уехать? — взмолился Нэт. — Давайте посадим Вуди в машину.