Как переиграть историю дракона - Крессида Коуэлл

Кабанчик забрался на своего Болотного Тигра. Сопляк Мордоворот уже гарцевал на лучшем драконе, глянцевом, зловещем Дьявольском Дервише.

У Крепкого Орешека-младшего был Ракетный Потрошитель с ускорительными полосками вдоль боков.

— Иккинг Никчёмный и его дружок рыбьеногий недотёпа наверняка нас подведут, Сэр, — изгалялся Сопляк. — Посмотрите только на их жалких ездовых драконов. Они — позор племени!

У Рыбьеного и Иккинга были самые неказистые ездовые драконы. Один — уродливый, раздражённый маленький Ветряночник, такой толстый, что его живот едва не волочился по земле, другой — нервный Ветроход с диким взглядом и заметной хромотой.

Как сын Вождя, у Иккинга было право первому выбрать себе дракона из Драконьих Конюшен. И он мог бы выбрать Дьявольского Дервиша, на котором сейчас самодовольно восседал Сопляк, превосходное, замечательное мускулистое существо, которое, несомненно, однажды вырастет в великолепное животное.

Но что-то в бедном нервном Ветроходе привлекло внимание Иккинга.

Он понял, что никто его не выберет.

И почему-то у него было ощущение, что что-то ужасное произошло с беспокойным существом, криво бегающим в припрыжку перед ним. На его ногах были следы от кандалов.

— Я бы того не выбрал, — посоветовал Ноббер Безмозглый, который отвечал за Драконьи Конюшни. — Мы нашли ЕГО в ловушке на дереве во время набега на Гостеприимную Территорию. Мы думаем, что он мог сбежать с Золотых Рудников Лава-Мужланов, а беглецы никогда не становятся хорошими ездовыми драконами. Самым милосердным было бы стукнуть его по голове и покончить с ним…

Вот так Иккинг выбрал хромого Ветрохода.

Иккинг и Рыбьеног не поверили, что молния была причиной такого пожарища, но когда Брехун в таком настроении — с ним не поспоришь. Поэтому они молча взобрались на своих драконов.

Ветряночник Рыбьенога яростно фыркнул, ударил лапой о землю и сбросил Рыбьенога в ту же минуту, как только он сел ему на спину.

— Ура, — только и успел мрачно произнести Рыбьеног, умудрившись-таки залезть на дракона, и тут же оказался вновь на земле, только значительно быстрее. — Чувствую, что мне понравится ездить на драконах…

— Я поведу вас на моём собственном драконе, — проорал Брехун.

Драконом Брехуна был большой бородавчатый Скандалбык по имени Голиаф.

Он недовольно поморщился, когда Брехун тяжело плюхнулся ему на спину.

— Милые волосы на груди Тора… — проворчал Голиаф. — Я таки верю, что его зад стал ещё толще за неделю. Будет чудо, если я вообще смогу взлететь…

— ЙО-ХОО! — радостно завопил Брехун, одновременно стискивая могучими ляжками бока Голиафа. Тот ойкнул сдавленно, выдохнул и неспешно пошёл.

И вот отряд по Выпасу-Оленей-На-Ездовых-Драконах отправился в путь по выжженному вереску. Зрелище впечатляло: во главе отряда с энтузиазмом вопит Брехун, а за ним бредут остальные.

Дракон Иккинга Ветроход категорически не хотел идти за всеми.

Он весь дрожал и всё время что-то выглядывал в небе.

Ветроход никогда не разговаривал (похоже, что он онемел от какого-то пережитого им в прошлом ужаса), поэтому Иккинг не мог расспросить его о том, что его так сильно беспокоит.

— Всё в порядке, мальчик, — успокаивал Ветрохода Иккинг, хотя у самого кошки скребли на душе. — Ну, что с тобой? Такой прекрасный день; чем ты напуган?

Ветроход ничего не мог ответить, но он, определённо, ЧЕГО-ТО очень боялся до оцепенения.

— Н-Н-НУ ДАВАЙ, ПОЕХАЛИ! — с негодованием заорал во всю глотку Беззубик: «Чуткость» не было вторым именем Беззубика. — Все уже давно всё ВЫИГРАЛИ!

— НИКТО ничего не собирается выигрывать, Беззубик, — попытался урезонить Беззубика Иккинг, одновременно терпеливо убеждая Ветрохода двинуться за остальными. — Выпас — это не соревнование.

— Хорошо. Беззубик только немножко погоняет оленей… З-З-Заставит их пробежаться… размяться… — тут же выкрутился Беззубик.

Примерно через час Брехун, летящий на Голиафе впереди отряда, как внушительный разведывательный воздушный шар, заметил стадо оленей, меланхолично жующих вереск.

Он сразу же вернулся к беспорядочному строю мальчишек на драконах.

— Ш-ш-ш, все ш-ш-ш, я засёк оленей, — тихо сказал Брехун. — Теперь нам надо вести себя непринуждённо, НО организованно. Мы ведь не хотим встревожить их и разделить стадо?! Держите своих охотничьих драконов при себе. Иккинг, подчёркиваю, я хочу, чтобы ты контролировал Беззубика; мы не хотим повторения инцидента Овцы-в-Туалетах.

— Да, сэр. Беззубик, ТЫ это слышал? — сторого прошептал Иккинг. — Ты будешь Здесь, Со Мной, тихо как мышка, правда?

Беззубик поёрзал по плечам Иккинга и заглянул Иккингу в глаза, глубоко и серьёзно, затем горячо закивал:

— Оооо, да, да, да, Б-Б-Беззубик будет с-с-само с-с-спокойствие, с-с-сама т-т-тишина, о, да.

Иккинг моргнул, выходя из транса: глаза драконов гипнотические, и он уже начал чувствовать головокружение.

— Ты обещаешь? — прошептал Иккинг.

— Б-Б-Беззубик обещает, вот’те коготь и Чтоб Мне Сдохнуть… — и он лизнул Иккинга в нос маленьким раздвоенным язычком.

Тем не менее Иккниг крепко держал тельце пронырливого дракончика.

Воздавая должное Беззубику, он, действительно, изо всех своих драконьих сил СТАРАЛСЯ сдержать своё обещание: усевшись на плече Иккинга так, чтобы не видеть стадо и не соблазняться, бормотал себе под нос стишки и пытался думать о чём-либо ОТВЛЕЧЁННОМ, а не об оленях — о мышах, например, о рыбах, об интересных животных с раздвоенными копытами… ЧЁРТ… опять занесло к оленям.

Мальчишки перешли на рысцу. Их охотничьи драконы парили в воздухе, не удаляясь от Хозяев.

— У этих овец небольшие заостренные штуки на головах, — удивился Бестолков.

— Это потому, что эти овцы — ОЛЕНИ, Бестолков, дай мне Тор силы. Так держать… Никаких резких движений… Рыбьеног, Попытайся ехать в нужную сторону… Мы просто должны Очень, Очень Тихо…

Беззубик не смог удержаться… он бросил быстрый взгляд через плечо. Олени, такие большие, такие толстые, такие очаровательные… вон там… и такие вялые… И что такого страшного произойдёт, если он их чуток расшевелит…?

— Беззубик… — предостерегающе прошептал Иккинг.

Беззубик поспешно отвернулся.

— Так, мальчики, — восхищенно произнёс Брехун. — Хорошо работаете… они даже и не вздрогнули… нам надо просто продолжать спокойно и тихо ехать Ещё Пару Минут и…

— ПУСТИТЕ БЕЗЗУБИКА К НИМ! — пронзительно заверещал Беззубик, не в силах больше вытерпеть Ни Одного Мгновения, цапнул Иккинга за пальцы острыми маленькими дёсенками и, обретя свободу, понёсся на стадо, вопя, как маленькая баньши.

— О, ради Тора! — остолбенел Иккинг.