Муки выбора - Френсин Паскаль

– Я обещала Норе сегодня идти вместе, – говорила Элизабет сестре, когда они собирались в школу следующим утром.

Надев фиолетовую куртку, Джессика бросила на себя взгляд в зеркало.

– Отлично! Только бы не опоздать.

– Опоздать? Ну и ну, – засмеялась ее сестра. – С каких это пор ты боишься опоздать в школу?

– С сегодняшнего дня… Ведь сегодня репетиция конкурса в команду болельщиц. И даже пятнадцать миллионов диких лошадей не преградят мне пути!

Все еще смеясь, Элизабет вытолкнула Джессику за дверь. Потом вышла сама и, улыбаясь, оглянулась на их дом. Она любила его и была уверена, что это один из самых замечательных домов на их улице. Вообще-то, конечно, почти все дома в их маленьком калифорнийском городке были чем-то привлекательны, и многие по красоте и оригинальности далеко превосходили их скромное «имение», но для Элизабет оно было полно своего особого очарования.

Через несколько минут Элизабет и Джессика уже стояли у особняка Мерканди – дома в испанском стиле, в котором, по мнению местной ребятни, водились привидения. Правда, такого не замечалось, пока в Ласковую Долину не приехала Нора Мерканди. Выяснилось, что дед ее был всемирно известным магом. А на пенсию ушел из-за болезни.

Нора Мерканди ждала их у витых железных ворот.

– Привет, Элизабет. Привет, Джессика.

– Привет, Нора, – сказала Джессика. – Пошли, а то опоздаем!

И она устремилась вперед, даже не оглянувшись. Ей не терпелось поскорей оказаться в школе.

– Что с твоей сестрой? – кивнула в сторону Джессики Нора.

Элизабет пожала плечами:

– Да она сегодня проводит репетицию конкурса в новую команду болельщиц. Так волнуется и переживает, ну прямо с ума сходит!

Нора засмеялась:

– Сегодня вся школа с ума сойдет. Сегодня же первый тур у мальчишек по баскетболу. Ну уж если кто и сумеет пережить все на свете, так это, конечно же, твоя сестричка. Эй, Джессика, подожди.

Когда они приблизились к школе, им сразу бросились в глаза небольшие группки девчонок, стоявших тесными кружками, как футболисты, которые проводят тайное совещание. Казалось, даже воздух пропитан напряжением и тревожным ожиданием. Не успела Элизабет оглянуться, как стайка претенденток в команду болельщиц подхватила ее сестричку и разъединила с ней и Норой.

Вопросы летели со всех сторон, и Джессика не знала, что делать. Все хотели узнать сразу все и про команду, и про конкурс: какие упражнения, какая у них форма…

Джессика собиралась подробно ответить им, потому что тоже была взволнована не меньше других. Но тут она заметила, что Джанет, Лила и другие Единороги ждут ее у входа в школу. Она небрежно бросила всем: «Желаю успеха» – и устремилась к своим подружкам.

Элизабет наблюдала за сестрой. Лицо у нее было грустное.

– До чего же Джессика любит быть в центре внимания, – сказала она.

– Ну и что? А тебе это разве не понравилось бы? По-моему, быть в центре внимания всегда приятно, – ответила Нора.

– Да, я знаю, но тебе не кажется, что все это похоже на розыгрыш? Не понимаешь? Ведь все девчонки думают, что они смогут пройти в команду болельщиц, хотя на самом деле Единороги будут выбирать только из своих подружек. Остальных засыплют на конкурсе.

Нора посмотрела на подругу удивленно:

– Оставь, Элизабет. Все это выеденного яйца не стоит.

Элизабет смутилась: а вдруг Нора подумает, что она просто ревнует свою сестру.

– Понимаешь, я думаю, что не очень-то честно устраивать испытания людям, которых вовсе не собираются брать в команду.

Она смотрела, как Джессика в окружении подружек входила в школу. Толпа потенциальных болельщиц следовала за ними.

Нора вздохнула:

– Ладно, пора в «домашнюю комнату».[1]

Весь день школа бурлила. Девочки и в классе, и на переменах обсуждали конкурс в команду болельщиц, а мальчики – соревнования по баскетболу.

Элизабет одинаково хотелось избежать и того, и другого зрелища. Но она решила написать об этом в газету, и понятно было, что придется смотреть.

Когда она, толкнув тяжелые двери, вошла в спортзал, он был уже переполнен. В одном углу зала сгрудились взволнованные, но самоуверенные девочки в гимнастических костюмах. Окинув взглядом толпу, Элизабет тут же увидела Эми, одиноко стоявшую около трибун. Она поспешила, чтобы еще раз поговорить с подружкой.

Эми попыталась улыбнуться:

– Вот это конкурс!

Элизабет пыталась заглянуть подружке в глаза. Ей так хотелось отговорить ее от участия в этом глупом конкурсе.

– Эми, ну зачем тебе все это нужно?

– Элизабет, брось, пожалуйста. Сколько раз повторять тебе. Я действительно хочу стать членом команды болельщиц, и я буду участвовать в этом конкурсе, – Эми упрямо вскинула голову и с грустной улыбкой добавила: – Знаю, о чем ты думаешь. Только я в себе уверена. Они обязательно выберут меня, когда увидят, что я умею. Но все равно спасибо тебе. Я же понимаю, ты добра мне желаешь. – И она отошла в сторону.

Усевшись на скамейку, Элизабет следила за Эми взглядом, все еще надеясь, что та поймет, какая это ерунда и откажется от этой пустой затеи. И тем самым спасет себя от той ловушки, в которую ее хотят заманить Единороги, да и не только ее одну…

Пока Элизабет сидела и размышляла, ее сестра, Лила, Эллен и Джанет вышли из раздевалки, одетые в одинаковые фиолетовые трико и белые лосины. И выражение лиц у них было одинаковое – царственно-скучающее.

– Привет всем. Встаньте в ряд или еще как-нибудь, что ли. Готовы? – Лила Фаулер, с блокнотом в одной руке и карандашом в другой, была наготове.

Выставив вперед ногу и вперив в замерших в ожидании девчонок холодный взгляд, Лила впечатляла и устрашала одновременно.