Неприятности малыша Николя - Рене Госинни

Я занял четвёртое место на контрольной по истории: там было про Карла Великого^[1], а я всё про него знаю, особенно про Роланда^[2] и его меч, который никогда не ломается.

Папа с мамой были очень довольны, когда узнали, что я четвёртый, а папа достал свой бумажник и дал мне – догадайтесь что! – десятифранковую бумажку!

– Держи, малыш, – сказал папа, – купишь себе завтра чего захочется.

– Но… Но, дорогой, – возразила мама, – тебе не кажется, что для малыша это слишком крупная сумма?

– Ни в коем случае, – ответил папа. – Николя пора учиться обращаться с деньгами с пониманием. Я уверен, что он потратит эти десять франков самым разумным образом. Так, малыш?

Я ответил, что так, и поцеловал папу и маму, они у меня замечательные, а бумажку положил в карман, и из-за этого мне пришлось ужинать одной рукой, потому что другой я всё время проверял, на месте ли деньги. Это правда, что столько у меня раньше никогда не было. Конечно, иногда мама даёт мне деньги, чтобы я сходил за покупками к мсье Компани, его магазин на нашей улице, на углу, но ведь это не для меня, и мама меня всегда предупреждает, какую мсье Компани даст мне сдачу. В общем, это совсем другое дело.

Когда я ложился спать, то положил свои десять франков под подушку, но заснуть никак не мог. Потом мне снились странные вещи про того мсье, который нарисован на деньгах и смотрит куда-то в сторону: у меня во сне он принимался строить всякие рожи, а дом, изображённый позади него, превращался в магазин мсье Компани.

Утром в школе, прежде чем войти в класс, я показал деньги ребятам.

– Ничего себе, надо же! – удивился Клотер. – И что ты с ними будешь делать?

– Не знаю, – ответил я. – Папа мне их дал, чтобы я научился понимать, что такое деньги, и чтобы потратил их разумно. Лично я хотел бы купить самолёт, только настоящий.

– Не получится, – заявил Жоаким. – Настоящий самолёт стоит дорого, уж не меньше тысячи франков.

– Тысячи франков? – воскликнул Жоффруа. – Ты что, смеёшься? Мой папа говорил, что это тысяч тридцать, да и то если самолёт совсем маленький!

Тут мы все расхохотались, потому что Жоффруа вечно болтает неизвестно что, он ужасный врун.

– Почему бы тебе не купить атлас? – предложил Аньян, первый ученик в нашем классе и любимчик учительницы. – Такие красивые карты с фотографиями и пояснениями, это очень полезно.

– Ещё не хватало, чтобы я платил свои деньги за какую-то книгу! – возмутился я. – И вообще книги мне и так всё время дарит тётя – на дни рождения и когда болею. Я ещё не дочитал ту, которую получил, когда у меня была свинка.

Аньян молча посмотрел на меня и ушёл повторять урок по грамматике. Он ненормальный, этот Аньян!

– Хорошо бы тебе купить футбольный мяч, чтобы мы все могли в него играть, – сказал Руфюс.

– Смеёшься, что ли! – ответил я. – Это мои деньги, и я не собираюсь покупать на них что-то для кого-то ещё. И вообще, если тебе так хочется играть в футбол, попробовал бы сам занять четвёртое место по истории!

– Жадина, – обозвал меня Руфюс. – Если ты оказался четвёртым, так это просто потому, что ты у учительницы такой же любимчик, как Аньян!

Но я не смог врезать Руфюсу, потому что зазвенел звонок, и надо было строиться и идти в класс. Всегда так: как только начинается настоящее веселье, тут же – дзинь! – и ступай в класс.

Мы уже построились, когда прибежал Альцест.

– Ты опоздал, – сделал ему замечание наш воспитатель Бульон.