Месть трех поросят - Валерий Роньшин

— Маринка! — раздался громкий голос. — Жеребцова!

К Димкиной матери обращалась какая-то женщина. Мать посмотрела на нее с недоумением.

— Ты что, не узнаешь меня? — улыбаясь, спросила женщина.

— Извините, нет. А вы кто?

— Ну ты, подруга, даешь! Мы ж с тобой десять лет за одной партой сидели.

— Галка?.. — неуверенно произнесла мать. — Пончикова?

— Конечно!

Женщине очень подходила ее фамилия. Она была кругленькая, как пончик.

Бывшие одноклассницы обнялись и расцеловались.

— Сколько ж мы с тобой не виделись, Галочка?

— Лет пятнадцать.

— Кошмар!

Пончикова взглянула на Димку:

— А это твой сын?

— Да, сын. — Мать любовно взъерошила Димкины волосы. — Димуля.

Димка поморщился. Просил же не называть его Димулей при посторонних.

— Какой большой мальчик.

— В восьмой класс перешёл.

— Ay меня дочка. Иришка. В девятый пойдет. А знаешь, кто мой муж?

— Кто?

— Кукурузников!

— Сашка?!

— Да! Мы с ним сразу после школы поженились. А ты за кем замужем?

— За Гришей Молодцовым.

— Ого, какого парня себе отхватила. Он же теперь знаменитость.

Мать рукой махнула:

— Ой, лучше бы он был обыкновенным человеком. Вижу его от силы раз в месяц. Все преступников ловит. В кои-то веки вместе в отпуск полетели, так представляешь, Галочка, он из самолета выпрыгнул…

— Как — выпрыгнул? — поразилась Пончикова.

— С парашютом. Начальство с ним по рации связалось — нужно, говорит, Гриша, срочное дело расследовать. Как будто, кроме него, других следователей нет.

— Так ты, значит, в отпуск приехала?

— Да, в отпуск. К свекрови.

— И я в отпуск. К матери.

— А ты, Галка, разве не здесь живешь?

— Нет. Мы с Сашкой уже давным-давно в Москву перебрались. Знаешь, кем он теперь стал?

— Кем?

— Писателем.

— Сашка Кукурузников — писатель?! — со смехом воскликнула мать. — У него же по литературе одни двойки были!

— А по русскому — одни единицы! — тоже со смехом подхватила Пончикова. — Это еще что! Я тут на днях Вовку Сикина встретила. Помнишь его?

— Помню. Главный хулиган был в школе.

— Вот-вот. А теперь он начальник Старокозельской милиции!

— С ума сойти!

Димка нетерпеливо переступал с ноги на ногу. Ему уже надоело слушать, кто кем был и кто кем стал. Он дернул мать за руку:

— Мам, мы опоздаем.

— Ой, — спохватилась мать. — Галочка, извини, пожалуйста, нам надо на автобус бежать.

— На какой автобус?

— А мы сейчас в Сковороду едем.

— Да брось ты, Маринка. На следующем уедете.

— Следующий — завтра.

— Ну вот завтра и поедете. А сегодня у меня переночуете.

— Свекровь именно сегодня нас ждет. Мы ей телеграмму дали.

— А позвонить ей нельзя?

— У нее нет телефона.

— Жаль, — вздохнула Пончикова. — Мы ж с тобой сто лет не виделись. Поболтать так хочется.

Мать обняла школьную подругу.

— Галочка, я к тебе через пару деньков приеду. И поболтаем.

— Через пару деньков мы с Сашкой скорее всего в Москву улетим. Ему нужно рукопись в издательство сдавать.

— Как же быть? — встала в тупик мать.

— Не знаю, — тоже встала в тупик Пончикова.

«Ну женщины, — подумал Димка, — Всегда из ерунды проблему сделают».

— Мам, — сказал он, — давай я один поеду и скажу бабушке, что ты завтра приедешь.

Мать сразу забеспокоилась:

— А ты один доедешь?

— А чего тут ехать?

— Действительно, чего тут ехать? — поддержала Димку Пончикова. — Тем более он уже взрослый парень.

— Ну-у, не знаю… — сомневалась мать. Димка взял ситуацию в свои руки:

— Ладно, я побежал. Пока!

— Бабушке привет передай! — крикнула ему вслед мать.