Вредная девчонка исправляется - Энид Блайтон

Наступила последняя неделя четверти. Каждый день устраивались контрольные, и все старались как могли, особенно Элизабет, Роберт и Кэтлин. Элизабет мечтала стать самой лучшей, Роберт тоже, а Кэтлин хотела получить отличную отметку хотя бы по одному предмету.

«Я всё время отстаю, а мамочка меня даже не ругает, – думала Кэтлин. – Пятёрка в четверти будет для неё подарком».

Элизабет разрешили снять повязку, но она всё ещё не могла играть на фортепиано, скакать верхом, заниматься физкультурой или копаться в саду.

На концерте ей доверили выступать в хоре, и на этом всё. Элизабет расстраивалась, но не показывала виду. Она уже позолотила короны и раскрасила деревья для декораций. Все сказали, что деревья вышли как живые. А ещё нарисовала двенадцать подарочных программок, самых красивых за всю историю школы.

Элизабет каждый день навещала Джорджа и помогала Матроне. Она приходила в сад к Джону и Питеру, чтобы полюбоваться, как идут дела. Работать она не могла, зато составила список семян для цветов, которые нужно высадить весной.

– Элизабет умничка! – повторяла Джоан. – В ней столько всего намешано – и вредного, и очень-очень хорошего!

Если команды Уайтлифа участвовали в матчах по хоккею и лакроссу, Элизабет болела за них до хрипоты, хотя временами ей было грустно сидеть зрителем.

– Ты умеешь улыбаться сквозь боль, – сказал как-то Роберт. – Это достойно уважения.

В последние две недели Элизабет стала предметом восхищения всей школы. Проявлять столько терпения и улыбаться сквозь слёзы – разве это не подвиг?

На концерт приехало много гостей, в том числе и родители Элизабет. Они заранее сняли номер в гостинице, чтобы назавтра побыть с дочерью. Узнав, что она повредила руку и не сможет продемонстрировать все свои таланты, они немного расстроились, но Элизабет подарила им две театральные программки собственного изготовления.

– Это для директоров, учителей и самых почётных гостей, – похвалилась она. – Во время спектакля обратите внимание на золотые короны и деревья. Я их сама расписывала.

Концерт прошёл с грандиозным успехом. Отыграли пьесу: все просто покатывались со смеху, что было самой лучшей наградой для авторов – Дженни и Кэтлин. Ричард музицировал на скрипке, а потом исполнил вместе с Гарри фортепианный дуэт – тот самый, к которому готовилась Элизабет. Ей было немножко грустно, но она горячо аплодировала вместе со всеми. Дженни, Джоан, Роберт и Кэтлин радовались, что их подруга одержала очередную победу над своим непростым характером.

После концерта все ждали оглашения отметок. Это было очень важно для Элизабет, Роберта и Кэтлин. А вот Дженни особо не переживала, зная, что и так «болтается» где-то наверху.

Итак, мисс Белл объявила:

– Мисс Рейнджер очень довольна вашим классом, особенно некоторыми неординарными личностями… Такими как Элизабет Аллен…

Зал взорвался аплодисментами.

«Ладно, пусть она будет первой, – подумал Роберт. – Мне хотя бы вторым оказаться».

– Минуточку, я не договорила! – Мисс Белл подняла руку, прося тишины. – Я имела в виду: «Элизабет Аллен и Роберта Джонса». Они разделили первое место!

Роберт аж привстал от удивления. Ого, вот так неожиданность! Оказаться первым в такой весёлой компании!

– Ну что, Роберт, уместимся на одной ступеньке? – подзадорила его Элизабет.

Роберт сел на место. Он просто не верил своему счастью. Ведь Элизабет гораздо сообразительней его, а он брал старанием и усидчивостью. Мальчик оглянулся на присутствующих в зале родителей: пусть гордятся своим сыном!

Мисс Белл продолжала зачитывать список. На втором месте оказалась Дженни, на третьем Джоан, а на четвёртом Кэтлин! А по истории она вообще всех обогнала! Кэтлин взглянула на свою маму. Никогда прежде она не видела её такой счастливой. «Эта школа преобразила мою девочку, – подумала миссис Питерс. – Она так похорошела – прямо вся светится».

Вечером состоялось последнее в этой четверти собрание, на котором произошёл приятный сюрприз.

Сначала все оставшиеся деньги поделили поровну. Вышло даже больше чем по два фунта на человека – неплохое подспорье для праздников.

А потом Уильям оглоушил всех новостью:

– Кеннет покидает нашу школу. Вместе с родителями он уезжает на полгода за рубеж. Мы благодарим его за то, что он был прекрасным старостой и сделал много добрых дел, которые не все из вас заметили, но мы-то знаем. Кеннет, возвращайся назад, мы всегда тебе рады.

– Спасибо, – сказал Кеннет, смутившись. Он был тихим, скромным мальчиком, и его все любили.

– Поскольку место старосты теперь свободно, нам придётся выбрать нового, – продолжил Уильям. – Возможно, вы захотите вернуть на эту должность Джорджа, ведь он уже выздоровел. Или же пусть попробует свои силы другой достойный человек – всё зависит только от вас. Нора, раздай, пожалуйста, бумагу для голосования.

Нора выполнила просьбу Уильяма, и в комнате воцарилась тишина. Все стали прикидывать. Никто не готовился к выборам, а ответственность – огромная. Элизабет в задумчивости грызла кончик карандаша. Чьё же имя написать? В итоге она остановилась на Джоне, хотя в глубине души не была уверена, что он справится. Одно дело – сад с цветами, а другое – целая школа. И всё же надо дать человеку шанс. Поэтому Элизабет вывела на голосование: «Джон Терри».

Скоро и остальные сделали свой выбор, сложили бумажки и передали их членам жюри. Жюри занялось подсчётом голосов, выбрав трёх кандидатов.

Затем результаты перекочевали к Рите и Уильяму. Председатели развернули итоговый документ и посовещались.

– Итак, – Уильям стукнул судейским молоточком, – наибольшее количество голосов набрали: Джон Терри, Роберт Джонс, – Роберт, радуйся, за тебя проголосовали почти все малыши, – и Элизабет Аллен.

Элизабет удивлённо уставилась на председателей. Ей и в голову не могло прийти, что кто-то видит её в роли старосты.

– В этой четверти с Элизабет произошло много всего хорошего и плохого в том числе, – продолжил Уильям. – Но мы заметили главное: за последние две недели она справилась с большим разочарованием, связанным с травмой. Превозмогая боль, Элизабет старательно помогала другим, а не оплакивала свою несчастную судьбу.

– Да, – подхватила Рита. – Мы знаем, что поначалу она многих раздражала. Но не забудьте, что она получила травму, спасая Питера. Разве это не смелый поступок? Элизабет, ты можешь быть неразумной и мудрой, вспыльчивой и терпеливой, злой и доброй, хотя всегда борешься за справедливость. Ты – настоящая гремучая смесь.

Рита замолчала. Элизабет чувствовала, как сильно колотится у неё сердце. Неужели Рита предложит отложить этот вопрос до лучших времён?

И тут Рита улыбнулась и сказала:

– Мы с Уильямом очень хорошо знаем тебя и уверены, что из тебя выйдет прекрасная староста. Ты всегда будешь относиться к другим более справедливо, чем даже к самой себе. Поэтому займи своё место в жюри и постарайся приложить все усилия на благо школы.