Ископаемые - Вероника Коссантели

Было немного непривычно открывать дверь вместе с мистером Минцером, который выкрикивал в наш адрес неприличные слова, но мы все же вышли и оказались в коридоре.

– Задняя лестница! – воскликнула Пруденс. – За мной!

13

Мы бы убежали, если бы у меня были завязаны шнурки.

Но они оказались развязаны, потому что так бывало всегда. Это не моя вина: узелки на них просто не держатся. Люди постоянно дергают меня из-за этого – мама, учителя, да все подряд. «Завяжи шнурки, Джордж, а то споткнешься».

Я их никогда не слушал, но, выходит, зря. Я споткнулся.

Пруденс бежала вниз по лестнице, и я летел за ней следом, как вдруг начал падать. Шансов на спасение не было: руки были заняты сэром Криспином. Мы покатились вниз по ступеням вместе с мопсом, захватив с собой Пруденс и наделав столько шума, что мертвец бы проснулся.

Мы приземлились на пол спутанным клубком. Я лежал лицом вниз и не видел ничего, кроме ковра.

– Ты в порядке? – я повернул голову, чтобы посмотреть на девочку, но вместо этого увидел ногу. Ногу в серебристой туфле на высоком каблуке, которая стояла на сэре Криспине… «О нет! – подумал я. – Только не это!»

Даймонд Пай схватила Пруденс и поставила ее на ноги.

– Скользкая маленькая рыбешка – вот ты кто, да? – сказала она, держа девочку за локоть. – Сначала ты выпрыгиваешь из окна, затем выскальзываешь из клетки. Я запру тебя в Комнате Чучел! Посмотрим, сумеешь ли ты оттуда выбраться.

– Нет! – Пруденс побледнела и испуганно отскочила в сторону. – Нет, пожалуйста! Только не туда!

– Сама виновата, – нетерпеливо сказала Даймонд. – Я тороплюсь. У меня нет времени возиться с детьми. – Открыв дверь, она втолкнула туда Пруденс, затем указала на меня леденцом. – Ты тоже.

Я замешкался, и она достала из волос одну из палочек для еды и стала крутить ее между пальцами. – Поживей, мальчик. Я не могу ждать весь день.

Пруденс не сводила глаз с палочки.

– Джордж… делай, как она говорит.

– Это палочка для еды, – возразил я. – Нельзя причинить кому-то вред палочкой для еды.

– Можно, если она заточена и пропитана ядом, – ответила Пруденс. – Я видела, как она убила крысу этой палочкой. Бедняжка… Это было ужасно!

Даймонд рассмеялась. Я нервно сглотнул.

– Это очень сильный яд, – сказала женщина. – Из древесной лягушки. Достаточно одной царапины. Сначала расплавятся глазные яблоки, затем внутренности превратятся в суп, и мозг начнет с бульканьем вытекать из ушей. Хочешь знать, что произойдет дальше?

Я покачал головой и молча проследовал за Пруденс в комнату.

Скорее всего, раньше Комната Чучел была гаражом. Там царил полумрак, а через маленькое квадратное окно в крыше проникал тусклый свет. Даймонд щелкнула выключателем и зажгла люминесцентные лампы.

– Не надо! – сдавленным голосом умоляла Пруденс. – Я не хочу видеть…

Даймонд рассмеялась.

– Это мое любимое место, – сказала она. – Здесь я создаю свои изысканные шедевры.

Моргая от яркого света, я оглядел голые белые стены и пол из белой плитки. На подносе рядом с мраморным столом лежал целый ряд сверкающих металлических инструментов. Здесь были полки, заполненные высокими стеклянными банками, как в Магазине Сладостей, только лежали в них не конфеты. Из банок на меня смотрели стеклянные глаза – целые сотни, всех форм, размеров и цветов.

– О, – произнес я, и на затылке зашевелились волосы. – Так вот где?..

– Да, – едва слышно ответила Пруденс.

На содержимое других стеклянных банок я старался не смотреть. Какие-то куски, плавающие в мутной жидкости. Не хотел я смотреть и на широкий белый холодильник в углу. Мне правда совсем не хотелось знать, что внутри.

Дальнюю часть комнаты отделяла какая-то гигантская пластиковая шторка для душа.

– Мой magnum opus, – торжественно возвестила Даймонд. – Мое величайшее творение. Почему вы не хотите взглянуть?

– Не надо! – повторила Пруденс. – Пожалуйста, не надо!

Что-то в ее голосе заставило меня это сделать. Я не устоял и отдернул занавеску.

Лошадь. Большая серая лошадь. Наездника с ног до головы покрывали доспехи, и он указывал копьем на что-то длинное и чешуйчатое, свернувшееся жирной петлей на земле. Зияющие челюсти существа были заполнены зубами. Крылья без перьев, костлявые и обтянутые кожей, как у летучей мыши, торчали с обеих сторон, как паруса.

Меня накрыла волна холодного ужаса, желудок скрутила боль. «Мортифер, – подумал я. – Она убила Мортифера».

Но это невозможно. Даймонд ни за что бы не успела убить василиска и сделать из него чучело, пока мы летели вниз по лестнице из Комнаты Трофеев.

– Что это?

– А ты что, не угадал? – произнесла Даймонд со скучающим видом. – Святой Георгий, разумеется. И дракон.

Я посмотрел на спирали «дракона» и вспомнил рассказ о Минцере и украденной змее.

– Это Длинная Салли!

– Мистер Минцер знает, как быть полезным, – согласилась Даймонд. – Он отомстил крокодилу, откусившему ему руку – вот его голова. Крылья принадлежали странствующему альбатросу. Я сама их выдернула. Хорошо получилось, не правда ли?

– Вы не должны были так поступать с Длинной Салли, – вот и все, что сумел выдавить я. – И с крокодилом. И с несчастным альбатросом.

Даймонд рассмеялась:

– Глупый мальчишка. Скольким тупым тварям посчастливилось стать произведениями искусства? Я совершенствую то, что не доделала природа, и им повезло, что они стали частью моего проекта. Но достаточно ли этого, чтобы выиграть Золотую Ложку для Мозгов? Мне нельзя останавливаться, – объявила она, – пока не получу Ложку и не стану таксидермистом года. Но моя работа должна стать идеальной. Я почти не надеялась найти настоящего дракона, но затем услышала сплетни о Сквермингтонском Змее. Должна признаться, что, увидев его, я немного разочаровалась. Жаль, что у него нет ног. Но ничего – и так сойдет.

– Вам его никогда не поймать! – воскликнул я. – Никогда!

– О, разве я тебе не сказала? – Даймонд впилась зубами в леденец, и он громко хрустнул. – Он уже у меня. Мы бросили в бассейн парочку жареных цыплят. Змей пополз за ними. Мы поймали его и заперли в сарае, целого и невредимого. Я займусь им утром. На этот вечер у меня другие планы. Пора съездить в Вормстолл. У меня странное предчувствие, что мне там понравится. Интуиция подсказывает, что на ферме прячется что-то интересное – то, что нужно схватить, закрутить и в чучело превратить.

* * *

Выхода не было. Сразу после ухода Даймонд я попробовал отпереть обе двери (ту, что вела в дом, и большую гаражную дверь), но ни одна из них не поддалась. А слуховое окно располагалось слишком высоко, чтобы до него достать.