Мафия против индейцев - Елена Нестерина

– Странное, очень странное что-то происходит в нашем лагере. Я думаю, нет нужды вам пересказывать, что именно. Возможно, на нас сегодня ночью нападут… Поэтому тщательнейшим образом будут усилены посты. Спать в эту ночь часовые не должны ни в коем случае! К тому же мы перенесем в мою палатку наши реликвии. И вам, как верным и надежным воинам, а также воинам будущим, которыми по праву являются краснокожие братья из Отряда Молодых Волков, поручается охранять их всю ночь. Вы понимаете всю ответственность момента?

Так говорил Небесный Огонь, выстроив перед собой в шеренгу четверых индейцев. Он специально вызвал к себе не одного Арининого подозреваемого, а – для усыпления его бдительности – в составе команды, которая, естественно, ничего не подозревала о том, что замыслил на самом деле Верховный Вождь.

Топор В Полете, Боевые Ножницы, Мечтающий В Лопухах и Осторожный Лосось приободрились, осознавая важность момента и ответственность возложенной на них миссии. Даже приосанились, снисходительно поглядывая на бродящих туда-сюда других индейцев, которым не досталось такого важного задания.

– Ты понял: это же вождя на самом деле мы будем охранять! А не пень этот! Все серьезно, врубился? – зашептал в ухо своему дружку Топору В Полете сообразительный парень Боевые Ножницы.

– Да, врубился… – проговорил Топор В Полете. – Неужели на вождя ночью возможно нападение?

– Вождь, можно вопрос? – поднял руку вверх Осторожный Лосось.

– Говори, Осторожный Лосось, – разрешил Небесный Огонь.

– А охрана у палатки будет? В смысле вне палатки? Часовых поставят? – взволнованно спросил Осторожный Лосось. – Ведь так будет наверняка надежнее.

– Конечно, будет охрана. И даже очень многочисленная, – кивнул Небесный Огонь. – Хвалю за смекалку и сообразительность, Осторожный Лосось. Помните: вы должны будете всю ночь находиться в палатке, всегда вчетвером. И не покидать ее ни под каким предлогом до самого утра. Вы меня хорошо поняли, индейские братья?

– Да, вождь! – дружно гаркнули все четверо.

– Вы не подведете своего вождя?

– Нет!!!

– Хау! – многозначительно кивнув «четверке избранных», вождь Небесный Огонь закончил свою речь и отправился к своей палатке.

Там уже лежал снятый с крыши американский флаг. Сами индейцы его так и не нашли – пришлось Арине рассказать о том, где находится бывший символ слета. Флаг решено было убрать и больше никогда не вывешивать, а за зиму придумать Слету Русских Индейцев собственный флаг, который можно будет гордо вывешивать над лагерем. И ездить с ним на всероссийские индейские слеты, ведь когда-нибудь их обязательно туда позовут. На настоящее Пау-Вау… Об этом давно мечтал Небесный Огонь, который и поведал об этой своей мечте Арине.

Взрослые индейцы бодро втаскивали в палатку вывернутый из земли тотемный столб – основную реликвию лагеря. Для операции, которую они разработали с Ариной, Небесному Огню было ничего не жалко. Со столбом все сразу становилось правдоподобнее: раз уж индейскую культовую вещь – самодельный тотемный столб вытащили из земли, значит, опасность действительно реальная, а не маскарад какой-нибудь. Столбу-то что? Столб он и есть столб. А вот человек и его поведение – в связи с перенесением столба в палатку, обозначающим грозящую опасность, – вещь важная. Если понаблюдать за поведением, многое станет понятным, многое вообще сможет измениться…

– Вот уголек от нашего главного индейского костра, – проговорила Летящая Лань, всунув в руки растерявшегося Мечтающего В Лопухах горячий глиняный горшок. – Храните его как зеницу ока! Поняли?

– Да, вождь! – откликнулись еще более ободренные своей важной миссией парни.

И вот все угомонились в лагере слета. Вошли в свою палатку Небесный Огонь, предупрежденная о затеянной операции его жена и тоже вождь Летящая Лань. Забрались туда же и постарались как можно тщательнее «поставить на сигнализацию» вход в палатку Мечтающий В Лопухах, Боевые Ножницы, Осторожный Лосось и Топор В Полете. Они долго возились, но результат получился замечательным: едва кто-то с той стороны захотел бы попытаться войти в палатку вождей через вход, развешанные на веревочках консервные банки и металлические колокольчики принимались качаться и звенеть.