Конкурс неприятностей - Кирилл Кащеев

Пожалуй, накопившуюся злость я сорву на Полинке. Ну или на Мишке – чего он ее слушает?!

– Думаю, дай поучаствую – а тут такой разговор занимательный. – Полинка повернулась к Нате: – Ты давай рассказывай: как ваши, теперь наши, лошади очутились на бойне?

– Я не знаю! – на слезе крикнула та. – Мы их нормальному мужику продали, он нам честно сказал, что не для себя покупает! Потом перепродаст! Он мало давал, и мы хотели лошадей в хорошие руки, но уже из банка приходили, срочно деньги были нужны, но ведь понятно же – кто станет породистых лошадей на мясо продавать? – Она поглядела возмущенно, будто мы бы стали. – Я как Белочку увидела, так и поняла, что он в школу перепродал. Он же и племенные свидетельства взял, и по прививкам. Зачем племенные свидетельства на бойне?

– К колбасе приложить. Вместо сертификата качества, – отрезал жестокий Мишка.

– Вы сами у него спросите! – взвилась Ната.

– И где мы его найдем? – фыркнула Полинка.

– Так в судействе на конкуре! Вон сидит! – она ткнула пальцем в судейскую трибуну. – И Белочка здесь, и он здесь, а вы мне про бойню!

Единственным мужчиной на трибуне конкура был наш расчудесный, всеми нежно любимый Администратор.

– Когда он у вас лошадей покупал?

– Ну в начале июня! – воскликнула Ната.

– К нам его назначили в начале июня, – кивнула я.

– Мужик стал приглядываться к бизнесу. Для начала – на стороне. – Полинка задумчиво кривила рот, будто пережевывала мысль. – Наверняка к нему сходится вся статистика по конюшням. А он не такой дурак, каким кажется: сразу с госсобственностью связываться не стал, начал с частников, с бойней познакомился.

– Вот бы он с ней на самом деле познакомился! И не говорите, что я жестокая! Я ж не предлагаю его тупым ножом заживо потрошить, как он того заслуживает, даже согласна как лошадям – сперва гуманно поджарить мозги электричеством!

– Еще неизвестно, сколько он коней вот так на бойню перепродал – кризис-то у всех, – прикинула Полинка.

Электричество отменяется. Только тупой ржавый нож.

– Потом понял, что на разнице «тут купил – там продал» не заработаешь, особенно если на бойню продавать – там цена вдвое меньше, чем под седло. Решил попробовать забрать себе всю сумму… и начал с Банни, – продолжала рассуждать Полинка. – Тогда получается… Банни он продал просто так? В смысле просто ради денег, а не для того, чтоб ликвидировать школу?

– А школу он из любви к искусству ликвидирует? – хмыкнул Мишка. – Тоже ради денег.

– Это разные деньги! – затрясла головой Полина. – На рейдерский захват школы у него заказчик должен быть, не может же он сам. Или может? – она замерла, взгляд устремлен вдаль, рот приоткрыт – Полинка выглядела так глупо, что сразу стало понятно, как напряженно она думает. – Если он взял кредит… Может, и нет заказчика? Нет, ерунда! Кто ж позволит кому попало такое классное место отхватить! Отберут!

– Что они друг у друга отберут, нас не касается, главное – чтоб у нас школу не отобрали! – возразила я.

– Ребята, а вы странные – вам это уже говорили? – вмешалась Ната.

– А ты помалкивай! Проскочила твоя с жеребенка выращенная Белочка мимо бойни – и радуйся! – Зла моего на нее не хватает. Разве ж можно вот так лошадей отдавать? Деньги им были нужны!.. Племенные свидетельства у них взяли!.. – Копии племенных у вас хоть сохранились?

– Да, у папы в компьютере, – растерянно ответила девчонка.

– Ну так давай свой телефон – вам потом наша завуч позвонит!

– Ладно… – Ната начала диктовать номер мобильного. Над полем загудел микрофон, и уставший голос буднично объявил:

– Соревнования по конкуру окончены!

– Я из-за вас не досмотрела! – огорчилась Ната. – Зато Белочку повидала! Пошли, награждение пропустим!

– Так еще не сейчас, после выездки, всех сразу! – крикнула я, и зря: Ната исчезла так же стремительно, как и появилась. Вот так ошарашила, как дубинкой по башке, и смылась.

Из толпы к нам уже бежала Настя:

– Лидину езду видели, нет? Ну не ужас-ужас-ужас… но ужас. Она на заднюю луку сползала, представляете?

– Мы-то представляем, а ты уверена, что отличаешь заднюю луку от передней? – процедила я. Лидка на меня сегодня наехала, но слушать, как ее поливает девчонка – чуть больше двух месяцев на конюшне…

– Я, между прочим, не совсем тупая! – отрезала Настя. – У меня третье место будет!

– А у меня – первое, – ревниво буркнула Полинка.

– А я теперь буду больше тренироваться – мне понравилось места занимать. Папа уже все деньги на телефоне выговорил – так хвастался, и подарков наобещал кучу, завтра поедем в торговый центр!

– Вот увидишь, что я со своих еще стрясу! – усмехнулась Полинка и по-хозяйски провела ладонью по шее Дамы.

Сразу стало обидно: одно первое место – и она уже рассчитывает, что ей купят лошадь? И горько: видно, нам с Дамой быть вместе совсем не светит. Хотя свою лошадь Полинка точно убережет – может, и к лучшему, если Дама ее будет.

– К Лидке не подходите, она сейчас на людей кидается, – предупредила Настя. – Все ей виноваты! Она Арсенала пыталась пнуть, ее Петрович скрутил!

А вот это уже позорище, не ожидала от Лиды.

– Пошли Даму… Белочку… Даму быстро отведем, а то потом награждать начнут, а золотой медалистки и нет! – хмыкнула Полинка. – Если что, я это не только о себе, о тебе тоже! – она ткнула меня локтем в бок.

– Ах-ах, какая честь, золотая медалистка детской программы снизошла до меня, убогой! – буркнула я, и мы повели Даму к конюшне.

С судейской трибуны спускались судьи: наша директриса шла последней, тяжело опираясь на палку. Когда-то она была чемпионкой Союза по конному троеборью – выездка, конкур и кросс. Троеборцы очень круты, но, глядя на нее, и впрямь поверишь: пойдешь в троеборцы – угробишь и себя, и лошадь. Мы с Мишкой одновременно шагнули вперед, подавая ей руки.

– Спасибо, милые, – тяжело опираясь на Мишкино плечо, пропыхтела она. – Отличные в этом году ребятки! – кивнула она выскочившей из толпы Светлане Викторовне. – Как ты, Светочка, решилась девочке Бахтата дать? И надо же, поладили! Расцвела у нас новая конница, расцвела!

Я млела. Такие слова от спортсменки ее уровня – это больше чем медаль!

– У мальчика тоже способности есть, хотя ему еще работать и работать, – она покивала Мишке, тот неуверенно заулыбался… Ничего, я ему еще объясню, какая это честь, если директриса сказала, что он способный!

– Не пойму только, Светочка, зачем было заявлять этих двоих вне конкурса? – Медленно, как всегда, директриса захромала дальше. – Девочка точно была бы сейчас с золотой медалью.

– Почему – вне конкурса? – Светлана Викторовна недоуменно улыбнулась. – Я заявку больше недели назад оформила: Михаил Савельев на Арсенале, Александра Нестеренко на Бахтате – нормально, на конкур…