Девочка из города - Любовь Воронкова

– Смотри, как бы тебе самому от Косули не попало.

Друг за другом побрели по воде. Снимали с чистяка коричневые коробочки с семенами. Потом собрались в кружок и стали считать, у кого этих коробочек больше. Светлана тоже ходила с ними и тоже собирала коробочки… Почему это никто не возмутился вместе с нею, как будто она зря наговорила на Аниску? А может, и правда зря? Скорее всего, поэтому и случилось так, что когда Аниска вошла в свою деревню – ей пришлось и удивиться и обрадоваться: Светлана встретила ее с улыбкой.

– Совсем пришла, да? Вот и хорошо! Теперь пойдем за малиной – помнишь, ты меня в какое-то местечко отвести собиралась?

Есть в лесу потаенный уголок. Туда ведет только узенькая, полузаросшая тропочка, да и ту мало кто знает.

Идти туда надо сумрачным ельником, пробираться сквозь заросли можжевеловых кустов, прокладывать путь среди густых спесивых папоротников. Светлана шла следом за Аниской, поторапливаясь, чтобы не отстать, и в то же время робко поглядывала кругом. Ей казалось, что лес становится все угрюмей, какие-то сухие елки – снизу совсем нет ни веток, ни зелени, только лохматая макушка темнеет где-то наверху. И так они густо растут, что и неба не видно.

Иногда путь преграждала валежина – рыжая, суковатая, с торчащими корнями… А то возвышался на пути огромный муравейник. Светлана обегала далеко стороной, потому что боялась муравьев, и тогда Аниска ждала ее.

– Ой, этому лесу конца нет! – крикнула Светлана, уморившись. – Ты заблудилась, наверно!

– Лесу конца нет, – ответила Аниска, – а нашей дороге конец есть. Видишь – светлеет?

Лес расступился как-то внезапно и встал по сторонам со своим сумраком, холодком и сырыми травами. Щедрое солнце заливало вырубку, полную пней и малиновых зарослей. Малинник пышно заполнил поляну, и даже издали было видно, что тонкие белесые ветки гнутся от красных ягод. Светлана захлопала в ладоши:

– Ой, сколько! Ой, я с ума сойду!

Девочки приподнимали ветки, прозрачные алые ягоды сами ложились в руку. А темные, перезрелые – не успеешь подхватить, только дотронешься, а уж они падают вниз, в спутанную траву. Очень скоро кринки стали полны, а на языке появилась оскомина. Но сладкие ягоды манили и не отпускали и не давали уйти…

Все шло хорошо и весело до той минуты, когда из малинника выпорхнула птичка-славочка. Светлана даже вздрогнула – чуть не из-под руки порскнула эта птичка.

– Тут, значит, гнездышко есть, – сказала Аниска, – отойди.

– Почему же – отойди? – возразила Светлана. – Я хочу посмотреть!

– Отойди, не надо. Эти птички очень пугливые…

– А я хочу!

– Ну ведь она может совсем гнездышко бросить! Знаешь, эта птичка какая? Потрогаешь гнездышко рукой, а она уж и не сядет. А вдруг там детки? Останутся без матери. Нет, нельзя.

– А я посмотрю!

Аниска встала между кустом и Светланой.

– А! Не даешь? Не буду с тобой водиться! И даже разговаривать не буду. Покажи мне дорогу, я домой пойду!

– И я пойду…

– Нет! Я одна пойду!

У Аниски потемнело лицо. Вдруг душной и тесной показалась вырубка и стало непонятным – для чего здесь родилось столько малины, если ее и собирать некому?…

Аниска вывела Светлану на тропочку. Светлана шла, вздернув испачканные малиной губы. Аниске было невесело. Ну что ж – значит, дружбе опять конец. Очень хотелось заплакать, но Аниска крепилась, и светлые глаза ее блестели от удержанных слез. Ну пусть Светлана не разговаривает с ней, пусть не водится. Все равно Аниска больше не знает, что еще для нее сделать.

Обратный путь показался еще длиннее. Светлана скоро начала уставать. Она останавливалась, пристраивала кринку где-нибудь возле пенышка, обмахивалась вышитым фартуком, вытирала пот со лба. А потом снова со вздохом брала кринку и молча шла дальше.

Там, где тропочка через овраг пошла в гору, Аниска нерешительно предложила:

– Давай, я твою малину понесу?

Светлана, не глядя, протянула ей кринку, и Аниска сразу повеселела.

Прошли болотце, и сухую валежину, и рыжий муравейник… Сквозь деревья замелькало светло-желтое поле.

– А хочешь, я тебе свою малину отдам? – сказала Аниска. – Мне ничуть не жалко. Ничуть даже!

Светлана потрясла косичками:

– Нет, спасибо.

Хоть и скупо она разговаривала, но все же Аниска заметила, что голос ее стал помягче и синенькие глазки глядят приветливей.

У околицы Светлана повернулась к ней:

– Ну, теперь давай. Сама донесу.

Аниска отдала кринку. Вот сейчас уйдет ее капризная подружка, как тогда с ней помириться?

– А хочешь, я тебе яблоков из сада принесу?

Светлана с усмешкой покосилась на нее:

– Утащишь?

– Нет. Не утащу. У сторожа выпрошу. Возьмешь?

– Не возьму. Это нищие выпрашивают.

Несколько шагов прошли молча.

– А если я ронжу поймаю, – вдруг сказала Аниска, – возьмешь?

Светлана фыркнула:

– Так и поймала!

– А если поймаю?

– Ну поймай.

– А возьмешь?

– Возьму.

– Ну так я поймаю. Поймаю, вот увидишь. Пойду и поймаю!