Бука - Туутикки Толонен

Луг был пуст, пусты и начинающиеся за ним дворы. Весь город опустел. Лето! Все на дачах, на островах. Хилле тоже захотелось на остров. Какой смысл жить у моря, если все равно сидишь на берегу? Если у тебя нет ни лодки, ни спасжилетов, ничего по-настоящему морского и летнего. Если ты и плавать едва умеешь… К черту такие каникулы! К черту Каапо с его зимней курткой!

По галечной тропинке навстречу Хилле шли трое: один взрослый и двое детей, с сумками и корзинками.

«Ну вот, еще одни идут к своей лодке, – успела подумать Хилла, прежде чем заметила знакомый синий халатик. – Это же Майкки!

А рядом с ней Алиса, а взрослый – очевидно, Незримый Глас!»

Хилла зажмурилась от неожиданности.

Вся ее злость куда-то улетучилась.

Майкки заметила Хиллу и помахала:

– Мы вам несем еду!

Папа, кажется, тоже помахал, хотя довольно сложно помахать рукой, на которой висят сумка-холодильник и покрывало для пикника. Хилла сдержанно махнула в ответ. Еда сама идет к ним. Все необходимое пришло само – кроме дурацкой зимней куртки, о которой Хилла немедленно забыла. Сколько можно о ней помнить.

Кусты, обрамляющие тропинку, слегка качнулись. Кто-то другой принял бы это за дуновение ветерка, но Хилла сразу поняла: за кустами прячется бука. Волна шла по кустам с той же скоростью, с какой двигались Майкки с Алисой и папой. Интересно, когда кусты закончатся, бука покажется? Из рассказов Каапо Хилла усвоила: буки не очень охотно гуляют днем.

Кусты закончились. Шорох прекратился. Хилла усмехнулась: трусливая бука осталась в кустах. Хилла не питала к букам симпатии и прекрасно обошлась бы без них. Особенно теперь, когда они даже не приносят завтрак.

Папа остановился рядом с Хиллой.

– Устроим пикник? – Он кивнул на сумку-холодильник.

Хилла внимательно оглядела папу: такой знакомый, и все-таки заметно, что он слишком долго не был дома. На нем была слежавшаяся в чемодане футболка с воротником и слишком чистые джинсы. Он был похож на продавца автосалона или промоутера из супермаркета. Волосы зачесаны назад, руки совсем незагорелые – руки офисного работника. На путешественника и любителя палаточной жизни папа был не похож. Ну что ж, хотя бы пикник.

– Или ты не голодная?

– Ужасно голодная. Как раз шла домой чего-нибудь поесть, – отозвалась Хилла.

– А теперь и ходить не надо, – засмеялась Майкки. Значит, уже не сердится. – А у меня есть для вас сюрприз. Где Каапо и все? Я сейчас всем расскажу.

– Каапо в лагере, остальные пошли поесть. Буки больше не приносят завтрак. – Хилла сурово взглянула на Майкки. – А где ты была всю ночь?

– Дома, проводила кое-какой экс-пе-ри-мент, – с таинственным видом сообщила Майкки.

– А я помогала, – добавила Алиса.

– Пойдемте, расскажете все на месте, – добродушно перебил папа. – Каапо небось умирает с голоду.

Хилла улыбнулась ему, но улыбка вышла неловкая, как будто слегка заржавела. К зримому папе предстояло еще привыкнуть. Оказывается, он может во все вмешиваться, вон, перебивает… Может, скоро начнет давать советы или что-нибудь запрещать?

– Каапо! – позвала Хилла, подходя к лагерю. – Ты где? Вылезай.

– Как ты быстро. – Каапо высунулся из палатки. – Майкки, Алиса! Вы где были? Ой, привет! – Каапо заметил и папу.

– А у вас здесь настоящий лагерь, – одобрил папа, расстилая покрывало. – Надолго вы тут?

– Посмотрим, – пожал плечами Каапо.

Хилла открыла сумку-холодильник. Вареные яйца! Готовые бутерброды нормальной толщины! Сок в бутылке, шоколадное печенье, помидорки-черри, апельсины! Вот это правильный завтрак.

– Я тебя прощаю, – сказала Майкки Каапо.

– Спасибо, – отозвался Каапо.

– Я поняла: если человек трусливый, то тут уж ничего не поделаешь, – продолжала Майкки. – Но, может, ты станешь посмелее, когда подрастешь.

Хилла фыркнула – Майкки в своем репертуаре.

Папа оглядел ребят. Они были не очень похожи на свои школьные фотографии. Наверное, это из-за естественного света. В природе дети как-то покрупнее и поживее. И у них хороший аппетит.

И все же папу не оставляла странная мысль. Время движется не только там, где ты, оно идет везде, и с такой же скоростью. Папа закрыл глаза и помотал головой, но мысль никуда не делась. Тогда он решил поговорить:

– А с чего вдруг вы поселились в палатках?

У Каапо и Хиллы рты были заняты едой, поэтому Майкки успела ответить первой:

– Потому что нам халат так посоветовал! А потом мы нашли эльфа, он сейчас у Каапо в банке, Каапо может показать. Хилла поймала его сачком, ну то есть эльфа, а не Каапо. Ну почему мне никто не верит? Я вообще-то здесь вру меньше всех. Я собиралась сказать маме, что ты не приехал домой, а застрял в снегопаде!

– А вы от нее скрывали? – встревожился папа.

Майкки вздохнула и округлила глаза:

– Я ведь тебе говорила, забыл?

– Ладно, покажите этого вашего эльфа, – вздохнул папа.

– Он сбежал, – сказал Каапо. – Правда, перед этим отложил яйца. Но все детеныши тоже сбежали, остался только один.

– Вот это да! – закричала Майкки. – Покажите мне детеныша!

– Он очень злобный, – предупредил Каапо.

Папа огляделся:

– А где ваши буки? Сколько их вообще?

– Тринадцать, – ответил Каапо. – Но они тоже сбежали. Наверное, они немножко сошли с ума, когда встретились друг с другом.

– В каком смысле – сошли с ума? – уточнил папа.

– Ну, забыли, что должны за нами присматривать.

– То есть вы все остались без присмотра?

Я имею в виду остальных детей. За вами-то я присмотрю.

– И за мной, – добавила Алиса.

Нельзя сказать, чтобы папа этому очень обрадовался.

– Ты можешь заботиться обо всех сразу, – предложила Майкки. – А буки наверняка где-то рядом. Их просто не видно. Кстати, я добыла новую ин-фор-ма-цию!

– Поговорила с халатом? – скептически заметила Хилла.

– Да! Вчера ночью, как раз когда папа вернулся!

– Ты что, тоже его видел? – Хилла повернулась к папе.

Папа покачал головой, вид у него был встревоженный. Каапо глубоко вздохнул и проговорил:

– Я тоже видел, как халат двигается. Много раз. Только я не слышу, что он говорит.

– Каапо, ты больше не трус! – радостно заверещала Майкки.

– Оба вы психи, – расхохоталась Хилла. Папа покашлял: