Карлуша на Луне - Борис Карлов

Разложив инструменты и подключив свои наушники к радиостанции, Ослик начал ремонт. Что-то запаял, что-то поменял — и вот она ожила, замигала огоньками, а в динамиках загудели, зашипели, засвистели шумы радиоэфира.

Первым делом Ослик настроился на волну своих нанимателей. Одновременно он подумал, что где-то рядом должен быть сквозной колодец или хотя бы щель, ведущая внутрь Луны, в которую можно было бросить моток проволоки, служившей антенной для местной связи…

На сигнал вызова Джулио немедленно откликнулся по своему мобильному радиотелефону:

— Да! Говорите!

— Господин Джулио? Как слышно?

— Да, да, Ослик, отлично слышно, как дела? Вам удалось подготовить сюрприз для наших друзей?

— Всё в порядке, господин Джулио, дело сделано.

— Ослик, вы — молодчина! Когда они намерены, ха-ха, лететь?

— Скорее всего завтра утром. Всё уже готово к старту.

— Ха-ха-ха! Надеюсь, это будет забавно; здесь обещают прямую трансляцию. Кстати, кто полетит?

— Как… Но мы об этом ничего не знаем. Разве там, у вас, имена ещё не огласили?

— Нет, никто ничего не знает. Они держат имена в секрете, чтобы на экипаж никто не мог оказать влияния.

— Признайтесь, господин Джулио, ведь это вы сами испортили станцию?

— Ха-ха-ха! Вы очень догадливы. Я или кто-то другой, но не обижайтесь: кто же мог знать, что вам придется её ремонтировать. Кстати, будьте осторожны в этой пещере: неподалёку от вас ледяная расщелина, можно запросто угодить в неё, поскользнувшись. К тому же она сквозная: полетите со свистом прямо сюда, на землю!

— Я буду осторожен, господин Джулио. Теперь я попытаюсь связаться с Большой Землей.

— Желаю успеха! Если выйдет всё, как задумано, обещаю выхлопотать для вас премиальные. Ещё пятьдесят тысяч вам не помешают?

— Не помешают, господин Джулио. Спасибо.

Ослик выключил станцию и в нерешительности замер. Предстоящее сейчас событие волновало его куда больше, чем разговор с Джулио. Пытаясь унять учащенное сердцебиение, он настроился на нужную волну, запустил в эфир позывные и стал дожидаться ответа. Прошла минута, другая, но вот в динамиках скафандра послышались заглушаемые помехами слова:

— Слышу вас, слышу. На связи обсерватория Космического городка, говорит астроном Звёздочкин. Говорите, я вас слушаю, говорите!

— Я Ослик!.. На Луне, понимаете?

— Повторите, повторите, Луна! Вы наладили передатчик? Луна! Повторите!

— Не давайте им ничего! — крикнул Ослик. — Если прилетят — не давайте ничего! Понимаете?

— Луна! Не понимаю вас, не слышу! Переходите в диапазон…

Но в этот момент Ослик получил сильнейший удар по скафандру и кубарем откатился в глубину пещеры…

— Значит, говоришь, ничего не давать? — произнёс Росомаха и, не спеша приблизившись, нанес ещё один удар тяжелым космическим сапогом по гермошлему.

— Помогите! — крикнул Ослик, откатившись от удара ещё дальше.

— Кричи громче, — процедил Росомаха. — Мы далеко, вне зоны слышимости.

— Ты… зачем дерёшься?..

— Верно, зачем драться? — согласился Росомаха. — Ты ведь и без того мне всё расскажешь. Кто тебя прислал, зачем… Иначе свинчу скафандр, понял?

Понимая, что силы неравные, Ослик говорил только для отвода глаз, стараясь незаметно нащупать в нагрудном рюкзаке что-нибудь подходящее из инструментов.

— Хорошо, хорошо, я всё скажу. Меня сюда прислал Скупердфильд…

Новый удар, и Ослик откатился ещё на несколько шагов. Рука его нащупала ледяную кромку той самой сквозной расщелины, о которой предупреждал Джулио. Ещё один удар, и он полетит вниз без парашюта.

— Я здесь по поручению Скарабея! — крикнул он, используя последний шанс.

— Вот так-то оно лучше, — отступил Росомаха на полшага. — Говори, что он велел тебе сделать?

— Испортить ракету.

— Ну и как, испортил?

— Да.

— Надо будет починить.

— Хорошо, я всё сделаю.

— Иди сюда.

С облегчением Ослик отполз от края ужасной пропасти и приблизился к радиостанции.

— Выходи на связь с нашей землей и скажи Скарабею, что затея сорвалась.

— Какая же тебе от этого выгода?

— Такая, что мои хозяева должны быть всегда довольны моей работой. Мои хозяева не будут долго разбираться, если до них дойдёт информация о том, что я прозевал диверсию.

— Хорошо, хорошо, я всё сделаю.

Ослик связался с Джулио и, не дав ему опомниться, сообщил, что его полностью разоблачили и ракета вылетит в назначенное время. Потом Росомаха тоже подключился и для убедительности добавил от себя какую-то грубую угрозу. На этом связь закончилась.

— Пожалуй, я всё-таки свинчу тебе скафандр, — сказал Росомаха и шагнул к Ослику.

— Но тогда я не смогу починить систему зажигания, — залепетал тот, шаг за шагом отступая.

— Починят без тебя.

— Но здесь больше нет электрика, полёт придётся отложить!

— Ничего, так будет вернее.

— Тогда скажите мне вот что… Это важно. Сколько времени может находиться гном в скафандре без доступа воздуха?

— Что?..

— А вот что!

Ослик сделал неожиданный выпад и зажатыми в руке кусачками перекусил воздухопроводную трубку Росомахи, ведущую от баллонов со сжатым воздухом к его скафандру. Воздух засвистел, с силой вырываясь наружу, Росомаха завертелся на месте, схватил шланг и зажал его в кулаке. С ревом он бросился на Ослика, но тот ловко отскочил, подставил подножку, и Росомаха с воем полетел в бездонную расщелину.

Ослик успел заметить у него за спиной ранец с парашютом и не особенно беспокоился за участь негодяя.

Бросившись к радиостанции, Ослик принялся вызывать на связь Джулио, но телефон его был теперь всё время занят. Подошло время рабочей смены, и необходимо было возвращаться.

Никто не заметил отсутствия Ослика, что же касается пропавшего Росомахи, то здешнее начальство за его судьбу особенно не переживало. Квантику и Пшиглю ещё на стадии подготовки Росомаху представили как «секретного наблюдателя, представляющего интересы владельцев общества „Космические поставки“». Теперь они решили, что «секретного наблюдателя» по каким-то причинам срочно отозвали и он спрыгнул вниз с парашютом. В каком-то смысле так оно и случилось.

Через восемь часов, или две рабочие смены, ракета была готова к полету. А за несколько часов до объявленного старта разразилась сенсация: по радио, телевидению и в газетах были объявлены имена космонавтов, отправляющихся на Большую Землю. В списке значилось тринадцать «космических строителей», борт-инженер Квантик и его помощник обер-атаман Пшигль. Командиром корабля и начальником экспедиции назначался Росомаха.