Загадка домашнего привидения - Анна Устинова

— Кто угрожает вашему правнуку? — повторил Олег.

Блюдце, продолжая мелко подрагивать, прошлось по буквам. Ответ заставил присутствующих широко раскрыть глаза.

— Не гони волну.

— Какую волну? — ошеломленно произнес Олег.

— Океанскую, — услужливо ответил дух.

— А при чем тут опасность? — переспросил мальчик.

— Дуракам закон не писан, — не пожалел энергии для длинного ответа дух.

— Каким дуракам? — был совершенно сбит с толку Олег.

— А ну, признавайтесь, кто тут о дураках думает? — приподнялся Женька со стула.

— Сиди! — прикрикнул Олег.

— А чего сидеть, когда чушь какая-то! — продолжал возмущаться Женька.

Пальцы правой его руки продолжали лежать на блюдце. Вдруг руку словно пронзило током, Женька вновь опустился на стул и испуганно зачтих.

— Ну вот. Все испортил, — с осуждением уставился на него Темыч.

— А чего он глупости говорит! — оправдывался Женька. — И еще дураками нас обзывает.

Тут блюдце с большой энергией потащило руки ребят по буквам.

— Это не я, — прочли ребята.

— Кто же тогда? — полюбопытствовал Олег.

— Наташка, — отозвалось блюдце.

— Наташка? — переспросил Олег.

— Тоже дух, — объяснил Тимофей Егорович.

— Тимофей Егорович, мы вас спрашивали…

— Жду, — не дослушав Олега, ответил дух купца первой гильдии.

Тут блюдце снова задергалось и добавило:

— После дож…

— Видно, опять Наташка, — догадался Женька.

— Мне казалось, хоть на том свете порядок есть, — разочарованно проговорил Темыч. — А там, выходит, такой же бардак.

— Помолчите, — шикнул на друзей Олег. В комнате снова воцарилась тишина.

— Тимофей Егорович, вы еще с нами? — спросил Олег.

Блюдце не двигалось.

— Тимофей Егорович, — еще раз попытался Олег. Безуспешно.

— Упустили! — с такой досадою произнес Женька, точно речь шла о реальном человеке.

— Давайте по-новой блюдце над свечой прогреем, — предложила Моя Длина.

— Бесполезно, — отозвался Темыч.

— Лучше бы я сам поговорил с прапрадедом, — подхватил Тимофей. — Тем более, видите? Тут дело семейное.

— Чего же ты в прошлый раз так плохо с прапрадедом поговорил? — задиристо произнес Темыч.

— Как умел, так и поговорил. И вообще, это мой родственник. Что хочу, то и делаю.

Блюдце требовательно звякнуло. Ребята послушно положили на него руки. Оно пошло по кругу.

— Хамы, — прочла Таня.

— Кто? — удивился Олег. — Вы меня имели в виду?

— Нет.

— Про Темыча спроси, — подсказал Тимофей.

— Не буду, — воспротивился Олег. — Тимофей Егорович, — продолжал он. — мЭто отцу Тимофея грозит опасность?

— Да, — ответило блюдце.

— Откуда она ему грозит? — насторожился Олег.

— Отсюда, — ответил дух.

— Прошу вас, точнее. Нам это очень важно, — сказал Олег.

— Скоро, — сложился еще один ответ.

— Что скоро? — взмолился мальчик. Блюдце безмолвствовало.

— Помешать можно? — торопливо проговорил мальчик.

— Как выйдет, — ответило блюдце.

— Опасность в доме?

Задав этот вопрос, Олег вдруг почувствовал себя словно в ином измерении. Присутствие духа ощущалось почти наяву.

— Опасность в доме? — повторил Олег.

Дух явно медлил с ответом. Так иногда собеседник подыскивает слова, чтобы выразить свою мысль покороче и; поточней. Теперь блюдце двигалось с черепашьей скоростью.

— Там, где я… Дверь подергали.

— Ребята! Чаю не захотели? — послышался из коридора голос мамы Тимофея.

— Нет, — с досадой откликнулся сын.

— Ты чего за гостей отвечаешь? Может,

они хотят? — продолжала мама. — И вообще, чего вы там заперлись?

— Мы играем! — ответил Тимофей.

— Открой! — потребовала мать. — И что за дурацкая манера вечно запирать дверь? — добавила она недовольным голосом. — Живет в родном доме, как в стане врага.

— Почем знать, может, это и есть стан врага, — проворчал Тимофей и, включив свет, отпер дверь.

— Пойдемте, пойдемте чайку! — воскликнула мама Тимофея. — Стол уже накрыт. Чай заварен. А Марина Константиновна пирожки с яблоками испекла. Между прочим, твои любимые, — поглядела она с укором на Тимофея.

— С яблоками и с корицей? — воскликнул непосредственный Женька.

— Да, — подтвердила мама Тимофея.

— Я тоже люблю! — обрадовался Женька.

В животе у него громко заурчало и, отпихнув Темыча, он первым направился по уже знакомому маршруту в столовую. Впрочем, и остальные не возражали. После школы поесть никому не удалось. А беседа с духом Тимофея Егоровича отняла у них последние силы. Поэтому пироги домработницы Марины Константиновны прошли на «ура». Два огромные блюда вскоре опустели.

— Вкусно, — проведя ладонью по туго набитому животу, похвалил угощение Женька.

— Видишь, как мальчик хорошо кушает, — с одобрением посмотрела на Женьку мама Тимофея. — А этот у нас… — перевела она взгляд на сына. — Его накормить — сплошное мучение. Дома еще ничего. А в гостях совсем ничего не ест.

Тимофей густо покраснел. Ему было стыдно. Особенно перед Катей.

— Кончай, мать, — строго произнес он. — Как хочу, так и ем.

Катя фыркнула. Тимофей не производил впечатление дистрофика.

— По-моему, вы ошибаетесь, Тамара Владимировна, — вмешался Темыч. — У Машки на дне рождения Тимофей больше всех ел. И самый большой кусок торта достался ему.

Тимофей потряс перед носом у Темыча кулаком.

— Как тебе не стыдно! — тут же набросилась на него мать. — Это же твой гость.

— Спасибо, Тамара Владимировна, — чувствуя, что назревает конфликт, поднялся из-за стола Олег. — Мы пойдем еще немного поиграем. А то нам скоро пора домой.

— На здоровье, ребята, — ответила Тамара Владимировна.

Они быстро покинули столовую.

— Ты это чего про торт нес? — затворив дверь своей комнаты, угрожающе поглядел хозяин на Тему.

— Что было, то и сказал, — набычился тот.

— Самый большой кусок, между прочим, не я, а ты съел, — заспорил Тимофей.

— Если вам торт понравился, я попрошу мать, и она еще такой же закажет, — пообещала Моя Длина.