Хранители истории. Буря начинается - Дэмиан Диббен

С тех пор все покатилось под откос. Теперь собственная жизнь казалась Осеан пустой и заурядной; она тщетно мечтала о возвращении былой роскоши. Так что в свой праздник, хотя и не слишком радуясь тому, что разменяла уже пятый десяток, она решила задать в Точке ноль новые стандарты пышности.

Все утро бесконечный поток торговцев, поставщиков цветов и дичи и, конечно, кондитеров, прибывал с материка с товарами для званого обеда: особыми скатертями для столов, связками фазанов и перепелов, шоколадом, нугой и кофе из Парижа, пионами и дельфиниумами для украшения.

Местным жителям лишь в крайне редких случаях позволялось войти в замок, так что почти все они, хоть и напускали на себя вид расторопной деловитости, глядели во все глаза в поисках хоть какой-нибудь пищи для разговоров. Разумеется, ни один не знал, что на самом деле здесь находится, что это штаб-квартира Секретной службы хранителей истории. Их убедили, что здесь располагается община художников и писателей. Это, конечно же, не уменьшало их охоты посплетничать.

Обитателям острова приходилось играть роли, чтобы не вызывать подозрений. Этим утром Норланд распространил официальное распоряжение, составленное Джупитусом Коулом: сегодня, ввиду присутствия местных, сообщил он, все «без исключения» должны быть одеты по моде текущего времени. С этой целью синьор Гондолфино открыл костюмерную на заре и уже сбился с элегантно обутых ног.

В парадном зале Осеан надзирала за расстановкой цветов, и глаза ее были такими же жесткими и так же сверкали, как и бесценные бриллианты у нее в ушах. Зашла Роз Джонес, завороженная великолепным убранством, и направилась прямиком к Осеан.

— Зал смотрится великолепно, — заметила она. — А танцы будут?

Лицо француженки омрачила тень.

— Ты ведь придешь, не так ли?

— А разве приглашены не все?

Осеан напряглась.

— Будет строгий дресс-код, знаешь ли.

— У меня где-то было платье, одолженное Олимпией де Гуж. Надеюсь, мне удастся в него втиснуться. Поразительно, чего можно добиться при помощи кусочка невидимой нити.

— Или, разумеется, дело может закончиться тем, что ты будешь выглядеть жирной и чувствовать себя глупо, — услужливо подсказала Осеан.

Роз прекрасно знала, что не стоит принимать ее слова всерьез, но не смогла отказать себе в возможности повеселиться.

— Так, значит, тебе пятьдесят стукнуло? А сохранилась-то просто прекрасно для своих лет.

Лицо Осеан застыло в ужасе.

— Comment?[37]

— Надеюсь, я буду выглядеть так же хорошо, как ты, когда доживу до полувека!

— Quarante, — прошипела Осеан. — J’ai quarante ans![38]Сорок.

— О, что ж, в таком случае, — протянула Роз, пристально изучая лицо собеседницы, — все вполне закономерно.

— À vrai dire, je suis très occupée.[39]Я крайне занята.

Осеан вздернула повыше носик и развернулась кругом.

— Кто-нибудь видел Норланда? — обратилась она в пространство. — Нам нужно immédiatement[40]согласовать меню!

Слуга, оказавшийся у нее на пути, когда она бросилась прочь из зала, получил чувствительный удар веером.

Роз вышла из помещения и поднялась по лестнице, вернувшись мыслями к более серьезным вопросам. Вчера она получила известие, что ее племянник отбыл в Венецию вместе с остальными агентами. Сообщение по Меслиту от Чарли прибыло вчера поздно вечером: Джейк незаметно пробрался на «Кампану». Роз сразу поняла зачем: он отправился на поиски родителей. Она, конечно же, очень за него испугалась, но в то же время и преисполнилась гордости. Если бы она сама все еще обладала могучей доблестью своей юности, то поступила бы точно так же.

Когда Роз подошла к дверям в комнаты Галлианы, Норланд как раз уходил.

— Осеан Нуар тебя ищет. Кажется, это срочно, — сообщила она ему.

— Срочно? — переспросил Норланд с озорной ухмылкой. — В таком случае, думаю, я могу пойти принять ванну.

Он разразился хохотом и скрылся за поворотом коридора.

— Галлиана? Ты у себя? — позвала Роз в открытую дверь.

Борзая, прервав утреннюю дремоту, насторожила уши и завиляла хвостом. Из спальни вышла Галлиана.

— Роз, спасибо, что пришла. У меня как раз лапсанг заваривается.

Они устроились на диване в кабинете Галлианы, попивая чай из тонкостенных фарфоровых чашечек. Роз всегда нравилась эта комната. Повсюду стояли застекленные шкафы, набитые предметами, которые командующая собрала за время многочисленных путешествий в прошлое: коллекции мраморных бюстов, нефритовых статуэток, шахматных фигурок, испанских вееров, известняковых сталактитов, ископаемых останков динозавров, бабочек и жуков, дуэльных шпаг и старинных кинжалов. Среди этих сокровищ сидела Галлиана — с прямой спиной, теплой улыбкой и полными мудрости глазами.

— Ты единственная, кому, как мне кажется, я могу полностью доверять, — сообщила она, передавая Роз блюдо с пирожными.

— Настоящая французская выпечка — и как я без нее обходилась?

Роз окинула взглядом чудесное угощение. Она замешкалась, выбирая между ром-бабой и пирожным «Монблан», но остановилась все же на «Наполеоне» со сливочным кремом.

— Боже мой, на них должно стоять предупреждение о вреде для здоровья, — вздохнула она, откусив кусок. — Так что случилось?

— Похоже, среди нас есть осведомитель, — ровным тоном сообщила Галлиана.

Роз замерла, не дожевав. Затем проглотила остаток пирожного.

— Продолжай, — серьезно попросила она.

— Прежде всего, вот что я получила от агента Уайлдера вчера ночью.

Галлиана достала сообщение и передала его Роз.

— «Принц Зельдт жив!» — прочла она вслух и охнула.

Командующая жестом попросила ее читать дальше.

— «Враги знали о нашем прибытии. Вероятно, шпион…» И это все? Они все целы?

— Мы не знаем. Возможно, сообщение было прервано. Придется подождать, чтобы выяснить это. Но, Роз, если шпион действительно существует, у меня есть причины предполагать, что он или она сейчас с нами, в Точке ноль.

— В самом деле? Господи боже ты мой!

Роз потянулась за ром-бабой, чтобы слегка сгладить потрясение.

— Почему ты так считаешь?

— Как тебе известно, все послания Меслита, прибывающие из прошлого, тотчас же отсылаются по трубе ко мне на стол, — начала Галлиана, показав на свитки, разложенные на ее рабочем месте. — Читаю их только я, и они остаются совершенно секретными, пока я не решу обнародовать их содержание. Это сообщение я получила вчера от Чарли Чиверли, — продолжила она, передавая собеседнице еще один листок. — Посмотри на нижний правый угол.