Загадка туристического агентства - Анна Устинова

— Откуда он вообще такое слово знает, — изумился Олег.

— Сами удивляемся, — пожал плечами Пашков. — Он даже слово «инцидент» правильно произносит. Без лишнего «н».

— Дела-а, — протянул Олег.

— По-моему, он раньше был вполне образованным человеком, — сказал Темыч.

— Чего только в нашем городе не увидишь, — усмехнулся Олег.

— Пошли ко мне и переоденемся, — поторопил Женька. — У меня уже от уникального состава Валькирии морда чешется.

— У меня, между прочим, тоже чесалась, — признался Олег. — Хорошо, что смыл.

— Оно и видно, что чесалось, — посмотрел на него Темыч. — У тебя все лицо в красных пятнах.

— Сильно? — заволновался Олег.

— Не очень, — успокоил его Женька. — Я тебе дома дам чем-нибудь помазать.

— А у меня ничего не чешется, — сообщил Пашков. — И вообще* я даже согрелся.

— Может, навсегда бомжем останешься? — под-. мигнул другу Олег.

— Навсегда не останусь, — возразил Лешка. — Но еще немного побыть не мешает.

— Зачем? — друзья поняли, что он что-то задумал.

— Хочу пройтись вокруг школы, — объяснил Пашков. — В таком виде меня там вряд ли кто-нибудь признает.

— Даже наши девчонки, — кивнули остальные.

— Ну! — заблестели глаза у Пашкова. — Я чего думаю, — на всякий случай понизил голос он. — Вдруг этот тип, как вчера, поджидает Машку после уроков?

— А даже если и так, — ничуть не воодушевился Темыч. — Пусть себе померзнет. Машки-то все равно там нет.

— Скучный ты человек, — осуждающе произнес Пашков. — Неужели не понял? Если он там, то я прослежу, куда он пойдет.

— Это мысль, — поддержал Олег. — Эх, жаль я уже переоделся. Иначе бы тоже с тобой пошел.

— В данном случае как раз лучше, что я буду один, — возразил Лешка. — На меня он вообще никакого внимания не обратит.

— Ладно, Лешка, тогда давай, — сказал Олег. — Дождешься у Женьки конца уроков и пойдешь.

Едва войдя к Женьке, ребята сбросили с себя верхнюю одежду и принялись снимать грим. В это время Олег рассказывал, как пробирался к собственной квартире.

— Больше всего я боялся, как бы бабка Редкозубова не застукала меня, пока я свою дверь отпирал.

— А у нее ведь в двери «глазок», — вклинился Лешка.

— Верно, — кивнул Олег. — Но из него нашу дверь не видно. А когда я шел мимо него, то пригнулся. Ключ заранее приготовил. Быстренько отпер замок, и в квартиру. Тут слышу, бабка на площадку вылезла, но мне уже было плевать.

— А когда шел обратно, она за тобой не следила? — полюбопытствовал Лешка.

— Не обратил внимания, — отозвался Олег. — Да меня это уже как-то не волновало.

— Ребята! — возопил вдруг Женька. — У меня не смывается!

— Ты какой водой моешь? — с видом знатока по части снятия грима спросил Олег.

— Холодной.

— Ну и дурак, — засмеялся Олег. — Мой горячей. И побольше мыла.

— Понял, — Женька вновь склонился над раковиной. — Вроде, наконец, пошло, — разбрызгивая во все стороны хлопья бурой пены, сообщил он.

Пару минут спустя он уже вытирался огромным цветастым махровым полотенцем.

— Ну-ка, Лешка, погляди: ничего не осталось?

— Ты пемзой щеки тер? — удивился Лешка.

— Никакой пемзы, — уверенно произнес Женька. — Почему ты решил?

— Сам в зеркало посмотри.

Женька уставился в зеркало. Лицо его расцвело крупными красными пятнами.

— Мама родная! — подскочил на месте он.

— У тебя хуже, чем у Олега, — быстро произвел сравнительный анализ Темыч.

— Да пока мы шли, немного прошло, — ответил Олег. — И уже не чешется.

— Нет, — настаивал на своем Темыч. — У тебя с самого начала было меньше. А на Женьку посмотришь, вообще можно подумать, будто у него корь.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — возмутился Женька. — Да если моя мать эти пятна увидит, то тут же врача вызовет.

Темыч срочно стал отмываться.

— Нет. Со мной все нормально, — изучив свое отражение в зеркале, с довольным видом произнес он. — Правда, я всего один слой наложил.

— А я три, — вздохнул Женька. — Хотелось, знаете ли, как лучше.

— Много — не всегда лучше, — назидательно произнес Тема. — Кроме того, я грим на крем наложил.

— На какой еще крем? — уставились на него остальные.

— У твоей мамы лежало, — пояснил Темыч. — В инструкции сказано: питает и смягчает.

— И когда только успел? — с завистью произнес Женька.

— Да уж успел, — отозвался Темыч.

— А нам ни гу-гу, — с осуждением воззрился на него Женька,

— Не кипятись, — хлопнул его по плечу Пашков. — Я никакими кремами не пользовался, а со мной — полный порядок.

— Ты сперва смой, а потом говори, — заспорил Женька.

— Так у вас же с Олегом даже несмытое чесалось, а у меня не чешется, — объяснил Пашков. — А смывать я сейчас не буду. Мне скоро к школе идти.

Олег не сводил глаз с Женьки.

— Слушай, — наконец, принял решение он. — Пожалуй, надо тебя кремом помазать.

— Ща намажусь! — и Женька побежал в родительскую комнату.

Вскоре он возвратился. Физиономия блестела от жирного крема.

— Знаете, ребята, по-моему, не помогает, — растерянно произнес он.

Пятна у Женьки и впрямь стали от крема еще ярче.

— Тут нужно что-то другое, — покачал головой Олег.

— Надо его попудрить, — предложил Пашков.

— О! — обрадовался Женька. — Там у матери жидкая пудра есть! Сейчас намажусь. Уж она точно все закроет.

Вновь сбегав в комнату Васильевых-старших, Женька возвратился. Теперь у него был такой вид, словно в нем вдруг прорезались негритянские крови.

— Ну, ты у нас прямо Арап Петра Великого, — тут же сказал Темыч.

— А что, заметно? — встревожился Женька.

— Пятна — нет, — внес ясность Олег. — Но цвет лица у тебя сильно изменился.

— Значит, снова смывать? — разочарованно вытянулось лицо у Женьки.

— Нет, лучше так, чем с пятнами, — сказал Пашков.

— Тогда оставлю, — решил Женька. — Кстати, — взглянул на часы он. — До конца уроков еще есть время. Может, пока пожрем?

— А я-то удивляюсь, как это Женька сегодня с самого утра ни разу не вспомнил про еду, — пожал плечами Темыч.

— Как раз вспомнил, — откликнулся Женька. — Я надеялся, что Машка нас покормит. Но там такие дела начались…