Охота на василиска - Евгения Пастернак

— Позорище, а не корпоратив!

«Успокоиться и работать!» — скомандовала себе Ксюша и побежала поздравлять Катю.

И сразу словно перенеслась из грязной лужи в прозрачный бассейн с изумрудной теплой водой. Гости — особенно молодые женщины — обступили пунцовую от счастья Катю и осыпали ее комплиментами.

— Ах ты умничка! Ты где так научилась танцевать?

Финал все играли на таком подъеме, какого Ксю на репетициях не видела ни разу. Даже Егор — хотя эту роль он исполнял второй раз в жизни.

Василиск, сделанный из труб и шлангов, извивался как живой. Изо рта у него валил пар, глаза сверкали, как раскаленные угли, и шипел он оглушительно и очень натурально.

И вот Гарри, еле живой, с трудом поднимает меч и бросается на Змея, а Змей делает странный маневр хвостом и…

Даже у Ксюши сорвалось дыхание, хоть она эту сцену и видела на репетиции. Она оглянулась в зал.

У первых рядов блестели глаза, были приоткрыты рты, а кое-кто грыз украдкой ногти. «Переживают. Это хорошо», — подумала Ксюша и не удержалась, бросила взгляд на дальний угол стола: кислые физиономии, насмешливо поджатые губы, челюсти, перемалывающие котлеты…

И тут на стене появилась Мышка.

Изображение Ксю пропустила через пару фильтров, лицо Дианы слегка плавало и просвечивало. Никто не сомневался — вот она, Плакса Миртл.

— Здравствуйте, — сказала она. — Я хочу сказать вам одну очень важную вещь.

Ксюше пришлось много монтировать, поэтому говорила Мышка отрывисто. Да и со звуковыми эффектами Стас, кажется, перемудрил — чтобы расслышать голос Дианы, приходилось напрягаться.

Но это было даже кстати, потому что зрители стали прислушиваться. Постепенно стихали бубнеж и стук вилок.

А Мышка Миртл говорила.

Про Василиска, которого не нужно бояться.

Про то, что никто ничего не хочет делать.

Про страх и надежду.

Про любовь.

Ксю и не подозревала, что Диана говорила о таких вещах. Мышка и сама, наверное, не подозревала.

Зрители затаили дыхание, вытянув шею, стараясь не пропустить ни одного слова. А звук, как назло, стал еще тише.

Егор подкрался к усилку и начал поднимать уровень.

Теперь слова Дианы звучали все увереннее и звонче.

— И все эти василиски… они кажутся бессмертными. Но это неправда! Эту дрянь можно победить!

Негромко хлопнула входная дверь. Ксю скосила глаза — на пороге стоял бледный Стас. Горло у него было демонстративно завязано шарфом.

Мышка говорила.

Теперь она уже не жаловалась, а требовала.

Уровень звука все нарастал, и голос начал бить по ушам. Егор спохватился и выкрутил ручку назад.

— Пожалуйста, простите меня… — сказала Плакса Миртл с экрана тихо и потому очень пронзительно. — Простите меня… и подумайте. Если мы все вместе возьмемся, то победим любого василиска!

Стало очень-очень тихо.

— Я вас люблю.

Тут проектор все-таки заело, и стоп-кадр с Мышкиным лицом так и остался висеть на стене.

По задумке в этот момент Гарри должен был выхватить волшебную палочку в виде змея, которая образовалась у него в кармане после финальных слов Плаксы Миртл. В это было вложено множество смыслов — и то, что любовь нам всем поможет, и то, что маленький змеи побеждает большого, и то, что нужно убивать змея в себе…

Но никто ничего не выхватил, потому что после слов Мышки… Глупо бы это выглядело.

— Как будто попрощалась с нами, — всхлипнула у Ксю над ухом мама.

Ксюша кивнула, не сводя глаз с экрана. Мама вытерла слезы.

— Прости за то, что я тебе наговорила, — сказала она. — Я… я не понимаю, что на меня нашло…

— Проехали, — хрипло сказала Ксюша.

— Зато сейчас честно могу сказать — молодцы. Не люблю пафос, но вам удалось многое сказать этим своим Василиском. Даже тот край стола зацепило. Сидят, молчат, — продолжила мама.

— Наш Василиск — это просто куча шлангов, — устало сказала Ксюша, глядя на темную сцену.

— Да. Но каждый увидел в нем что-то свое, — ответила мама.

Изображение Дианы исчезло, в зале вспыхнул свет, зрители вздрогнули и ожили. Кто-то пытался хлопать, но понял, что это не к месту, и быстро затих. Катя ревела на груди у Егора и рассказывала ему, что «никогда больше не перестанет танцевать» и что «это кайф, как же я забыла, какой это кайф»! Остальные девчонки тоже обступили Егора, глядя на него, как перепуганные оленихи на вожака.

Стас побагровел, сделал шаг к Егору, но на его пути вдруг оказалось сразу несколько парней-ролевиков. И смотрели они на Стаса недобро. Тот сжал кулаки, вздернул подбородок и вышел.

Впрочем, Егор ничего этого не заметил. Он, не мигая, смотрел на то место на стене, где была Мышка. «Тоже прощается!» — сообразила Ксюша, и у нее опять защипало в носу.

В голову полезли банальности. Например, «жизнь — сложная штука». И «хорошо, что есть друзья». И еще такая, сложнонавороченная: «Нужно, чтобы в трудный момент кто-то схватил за руку, чтоб не наделать глупостей».

Или позвонил вовремя. Как Ковригин.

Ксюша все-таки взяла трубку. Ковригин рассказал, что благодаря ей накрыли целый канал связи, который поставлял в город новый наркотик, что захвачена лаборатория, где эту дрянь варили, что Данька получит реальный срок, а главное — его будут лечить от наркомании…

Что многих людей удалось спасти от смерти.

А если бы Ковригин не позвонил? Если бы Ксю сдалась, если бы поверила, что все зря?

— Я постараюсь не сдаваться, — тихо сказала Ксюша, глядя вслед за Егором на стену. — Я постараюсь…

Эпилог

— Мы круты! Мы суперкруты! — Катя от восторга приплясывала на ходу. — А ко мне потом один тренер подходил, спрашивает такой: «А вы в каком клубе занимаетесь? Почему я раньше вас не видел?».

Историю про тренера Ксюша слышала уже третий раз за последние полчаса, но все равно улыбалась и кивала. Сегодня ее ничто не могло расстроить. Они порвали «Старкон»!

— Мы порвали «Старкон»! — подслушала Катя ее мысли. — Знаешь, сколько народу к нам записаться хочет? Я их всех к Егору отправляла.

— Егор разберется, — согласилась Ксюша.

— И хорошо, что Стас свалил! — мысли Кати прыгали вместе с ней. — Я так и не поняла, он чего вообще на корпоратив пришел? Полюбоваться нашим провалом?

— Не знаю, — пожала плечами Ксю. — Я с ним с тех пор не виделась и вообще не общалась.