Кошачье заклинание - Сергей Георгиев

— Чайком балуетесь? — поинтересовался старичок у Ивана Алексеевича и при этом осуждающе покачал головой.

— Ага! — широко улыбнулся в ответ моряк Бубенцов. — С сахаром! И с вафлями тоже! Присаживайтесь за компанию!

— И присяду, не откажусь! — поджав тонкие губы, новый попутчик уперся глазками-буравчиками куда-то в подбородок Ивану Алексеевичу, так, что даже, кажется, в этом месте на рыжей моряцкой бороде образовались две едва заметные вмятины. — Отчего ж не сесть и не попить чаю, если мои жизненные принципы это позволяют!

— Вот как! — заинтересовался Бубенцов. — Извините за бесцеремонность, но разрешите полюбопытствовать: а в каких же таких случаях ваши жизненные принципы не позволяют вам попить чайку с сахаром?

Старичок отглотнул разом с полстакана горячущего чаю, поерзал на месте, блуждая взглядом по забитым брезентовыми мешками багажным полкам, и туманно объяснил:

— Вот, предположим, кому-нибудь из моих любимых племянников грозила бы опасность! Я бы ни в коем разе не стал тогда прохлаждаться, а уж тем более пить чай с сахаром…

— Ну, это-то понятно! — согласился с попутчиком моряк Бубенцов и пододвинул гостю еще один стакан.

— Я бы лучше подумал в таком случае: племяннику грозит опасность, пушка моя в разобранном виде, а я сижу себе и чай пью… — скрипучим голосом продолжал странный старик.

— О какой пушке вы говорите? У вас есть пушка? — насторожился Иван Алексеевич.

— Нет у меня пушки! Я ведь в предположительном смысле, — уклонился старикан от прямого ответа.

— Хорошо, в предположительном смысле! — настаивал Иван Алексеевич, которого посетило некоторое смутное беспокойство. — Какую пушку и в каком смысле вы предположили?

— М-м-м… Ну, скажем, гарпунную… — пожевал губами незнакомец. — Чай у вас вкусный… Ай, прелесть! Цейлонский, небось?

— Цейлонский, — эхом повторил Бубенцов.

— Но поскольку лично мои друзья, а также все племянники в данный момент ни в какой опасности не находятся, меня совсем не волнует, за какое время можно привести в боевую готовность гарпунную пушечку, — старик уже откусывал вафли крохотными кусочками, и это не мешало ему одновременно жевать и разговаривать, все слова были понятны:

— Более того, меня совершенно не волнует и то, что до Шутихинска нам осталось всего-навсего сорок минут…

— Послушайте, любезный, о каких племянниках вы тут все время толкуете? — напрямик спросил суровый моряк Бубенцов.

— Да ни о каких! — заморгал глазами старикашка. — У меня вообще нет никаких племянников!

— Допустим все-таки, что у вас были бы племянники! — взял быка за рога Иван Алексеевич.

— Не нужно допускать много, достаточно одного-единственного племянничка, — старичок неожиданно очень развеселился. — Вполне, скажу я вам, достаточно одного-единственного! А, была не была, фантазировать так фантазировать! Предположим, что племянника моего звали бы… хм… и вафли у вас какие свеженькие! В буфете брали или в морской паек входят?

— В нашем пайке только одни консервированные остолопы, — начиная терять терпение, рявкнул моряк.

— Что вы говорите! Значит, в буфете брали, — мигом сообразил старичок. — Итак, вы пьете чай только потому, что у вас нет племянника…

Геройский «морской волк» с грохотом стукнул кулаком по столу.

— Ах да! — спохватился попутчик. — Мы ведь предположили, что хотя бы один племянник у меня все же имеется! И мне одного вполне достаточно, потому что именно он-то и может находиться в опасности! Предположим для ясности, что зовут его… Виктором…

— Что?! — у моряка перехватило дыхание.

— Чего тут такого особенного? — пожал плечами нелепый старик. — Имя как имя, самое обыкновенное, весьма, кстати, распространенное, Виктор, Витя, Витек…

— Р-р-р-а-а-а! — раненым тигром взревел Иван Алексеевич Бубенцов и бросился расчехлять свою пушку.

Старичок довольно хихикнул и незаметно выскользнул в коридор.

На станцию Шутихинск на огромной скорости, громыхая на стыках, влетел железнодорожный состав.

Это не был скорый или курьерский поезд, к которым здесь привыкли.

Это не был не заляпанный дорожной грязью буровато-красный товарняк.

На станцию Шутихинск, грозно ощерившись из окна девятого вагона гарпунной пушкой с малого китобойного судна «Тюлька», влетел пассажирский бронепоезд сообщением «Москва — Златоуст».

— Бронепоезд, скажете тоже… — смущенно хмыкнул геройский моряк Бубенцов. — А вот старикана я тогда едва не прихлопнул… хм… извините, Валерий Иванович… Я же не знал еще, что это вы!

— Бывает, бывает… — зачастил волшебник, на всякий случай задвигаясь подальше в угол. — Бывает!…

— Ну, с парнями моими все ясно… почти! — пробасил Иван Алексеевич. — А вот с тем, собачатником, в самом деле, как?

— С Вадиком-то? — спохватился и автор. — Да, кстати, а где Вадик? Почему он не пришел сюда?

— Вадик очень занят, — со значением произнес Витька.

— Занят он! — подтвердил Павел.

— С Вадиком, получается, тоже все ясно и понятно, — вздохнул автор. — Правда, не так, как хотелось бы… Но если вам интересно, надо вернуться чуть-чуть назад… Помните, встреча Вадика Градобоева с Клавдией Леонтьевной, чей-то голос, а затем человек-бегемот?…