Повелители кладов - Андрей Трушкин

— В каком смысле?

— Ах ты, черт, — выразительно стукнул себя кулаком по лбу Вовка, — я ж все время забываю, что с тобой по-человечески объясняться нельзя. Ну, в общем, молодец, продолжай в том же духе. Понаблюдать бы за этой парочкой вечером…

— Я этим займусь, не волнуйтесь, — успокоил ребят Никос. — Вы, главное, имейте сюда визит завтра днем. А лучше, — задумчиво добавил он, — вечером.

— Почему именно вечером? — решил уточнить Лешка.

— Пока рано говорить, — туманно ответил Никос, не спеша открывать свои карты. — Придете, там посмотрим.

Обратный путь в "становище", как выразился Бим-Бом, прошел в приподнятом настроении. Купец показывал сидевшему рядом Кащею накупленные по дешевке золотые кольца и цепочки с греческим орнаментом и уверял, что на этом деле он получит как минимум двести процентов прибыли — когда толкнет все это добро в Тюмени. Осторожный Кащей сомневался, удастся ли Купцу провезти все это через границу беспошлинно.

— Я об этом, брат, подумал, — усмехнулся Купец и покровительственно похлопал Кащея по плечу. — Девушки у нас в классе зачем? Чтоб их за косы дергать, контрольные списывать и на танцах динамить? Нет, брат! Каждая по колечку наденет, по цепочке там — ни у кого вопросов и не возникнет. Неужто откажутся помочь товарищу? — весело подмигнул он Кащею.

Вероятно, Купец не ошибался, поскольку и девочки пребывали в хорошем расположении духа. Они весело щебетали, обсуждая свои новые наряды, меняясь свежеприобретенной косметикой, прикидывая на себя то топик, то шейный платок.

Вовка и Лешка, уже не обращая внимания на пролетающие за окном критские пейзажи, соображали — как бы им опять сбрызнуть в город этим или следующим вечером. Ладони Вовки и Лешки так и горели. Черенок лопаты сам просился в руки. А страх, что их опередят гориллообразный Бутяков и его друг Шимпанзе-Майский, просто разрывал душу на мелкие кусочки с силой осколочного снаряда.

Вечер у Вовки и Лешки прошел спокойно. Выйдя с набитыми животами из заведения Стафиса, они послонялись по территории отеля, разведали несколько бассейнов с разной глубиной — от семидесяти пяти сантиметров для малышни до двух с половиной для более взрослых представителей человечества, подивились на зонтики в виде крыш маленьких хижинок, поглазели на небо и, успокоенные, отправились на боковую.

На улице ветер крепчал, и море было неспокойным. Лешка и Вовка бухнулись в постели, но сон, как назло, слетел спугнутой птицей, и ребята так и остались лежать, уставившись в темноту. Порывы ветра ударяли в дверь, та цокала язычком замка, будто отказываясь пускать непрошеного посетителя. Море с каждой минутой ворчало все сильнее, и удары волн о скалы вскоре стали напоминать отзвуки отдаленных орудийных залпов.

— Слушай, Вовк, — наконец решился нарушить молчание Лешка, — а если мы клад найдем, ты чего с ним делать будешь?

Вовка вспомнил, что о том же самом говорили в свое время Том Сойер и Гек Финн, и один из них выразил желание жениться. Ответ Тома Сойера так и вертелся у Вовки на языке, но это была все-таки несусветная глупость, которую может сморозить литературный герой, но не нормальный пацан.

— Не знаю, — пробормотал Вовка. — Компьютер куплю навороченный.

— Ну, компьютер. А дальше что?

— А что — думаешь, деньги еще останутся? — заинтересовался Вовка.

— Ну-у, не знаю, — протянул в сомнении Лешка. — Думаю, да. Все-таки на сабле были драгоценные камни, да еще какие! А они, сам понимаешь, от лежания в земле не портятся.

— Интересно, какие у них тут законы насчет кладоискателей? У нас в стране, кажется, четверть стоимости клада отдают.

— Да, было бы неплохо, — согласился с такой трактовкой дележа Лешка. — Я б тогда тоже себе компьютер навороченный купил. А потом… Потом…

Ребята лежали, закинув руки за голову, и напряженно размышляли. Кажется, что когда нет денег, тебе нужно и то, и это, причем срочно. А теперь, когда вопрос обогащения мог решиться в ближайшие дни, выяснилось, что трудно даже придумать, куда можно потратить такую кучу денег. Ну не джип "Чероки" же покупать!

Хоть и не советует народная мудрость делить шкуру неубитого медведя, Вовка и Лешка стали воображать себе телевизоры со сверхплоскими кинескопами, навороченные CD и видеоплейеры, коллекции компакт-дисков и, в мысленном окружении всего этого роскошества, мирно заснули.

Разбудил их настойчивый стук в дверь. Это неумолимая Мурашка сгоняла свой контингент на утреннюю гимнастику. Волей-неволей Вовке и Лешке пришлось облачиться в широкие и длинные до колен шорты "бермуды", которые они иначе, как "трусы", не называли, и плестись на неширокую площадку, выходившую прямо к морю. Туда же приплелись невыспавшиеся после ночного бдения у экрана телевизора Кащей и Бим-Бом и хмурые из-за проигранных ночью партий в карты Томат и Доктор Пилюлькин. Девчонки с потрясающей скоростью уже успели намазаться, поэтому выглядели свежее мужской половины класса, но не радостнее.

Вовка и Лешка, активно сдерживая зевоту, помахали руками и подрыгали ногами, повпитывали морской, насыщенный испарениями йода и соли, воздух, полюбовались на глубокий, бутылочно-зе-леный цвет волн, но никакого прилива бодрости и приподнятого настроения в отличие от уверений Мурашки, что "все это им обеспечено, стоит лишь сделать зарядку", не ощутили. Правда, голод уже давал себя знать, и мысль о горячей чашке кофе с теплыми булочками грела душу и желудок.

Пока ребята и девчонки переодевались, Мурашка убежала в едальное заведение любезничать со Стафисом и готовить столы для своих, как она выражалась, троглодитов.

Вовка и Лешка вальяжной походкой, пробравшись среди шезлонгов и зонтиков, под которыми прилежные немцы впитывали лучи солнца, стоимость которых ими была скрупулезно рассчитана до пфеннига, остановились у подвешенного под пальмой большого термометра и с грустью констатировали, что температура продолжает повышаться.

В прохладном накондиционированном воздухе гостиничного холла они несколько повеселели и даже побежали вниз в ресторан, перепрыгивая через ступеньки. Однако внизу от их резвого настроения не осталось и следа. Одновременно, словно сиамские близнецы, они взглянули через стеклянную дверь и увидели картину, от которой у них, по меткому выражению Бим-Бома, челюсть упала ниже уровня Цельсия.

В холле ресторана, увлеченно о чем-то разговаривая, стояли три персоны. Три ЗНАКОМЫЕ им персоны! Первой была Мурашка, а ее собеседники намозолили ребятам глаза еще вчера. Да-да, это были Бутяков и Грибков-Майский. Они что-то весомо, с расстановочкой, втолковывали Ольге Васильевне, а та лишь кивала в ответ.

У Лешки появилось нехорошее предчувствие. Он оттащил Вовку в сторону, чтобы не стоять в прямой видимости от этих типов, и горячо зашептал ему на ухо:

— Слушай, Вовка, по-моему, они нас вычислили! Они поняли, что мы охотимся за саблей, и сейчас хотят нам помешать! Наверное, рассказывают Мурашке, что мы без спросу в городе были!

— Да откуда они нас знают? — решительно не согласился Вовка. — Могли нас видеть один раз в аэропорту, и меня этот Грибок-Апрельский в библиотеке мог засечь, но в городе-то мы были достаточно осторожны.