День огня - Катя Брандис

Разозлённый гризли кружился на месте на четырёх лапах. Он попытался задеть Брэндона, выкинув вперёд лапу, но ещё не слишком уверенно чувствовал себя в зверином обличье, и потому у него ничего не вышло. Ещё когда он разворачивался, Брэндон снова пихнул его на землю и пару раз мощно припечатал копытом.

Мы понимали, что это замечательное представление не может длиться долго. Отец Берты убегал, но в бой вступили два других гризли – Гудфэллоу и незнакомая нам самка-оборотень.

Мы с Тикаани решительно набросились на женщину-медведя, и на нас тут же полился поток полных ненависти мыслей. Придерживаясь проверенной тактики, Тикаани пыталась вцепиться гризли в задние лапы, а я атаковал спереди, пригнувшись и прижав уши к голове. Я знал, что мне ни в коем случае нельзя попасть под прямой удар этих мощных лап – медведь запросто отправит меня в нокаут. Медведица, судя по всему, выросла в зверином обличье: она была меньше по размеру, чем Мак-Нелли, но боролась гораздо более умело. Победить у нас точно не получится, мы можем лишь отвлекать её и не подпускать к школьникам.

«Да валите уже отсюда!» – хотелось мне крикнуть им. И, словно услышав меня, подростки наконец-то побежали вниз по склону. Но было видно, что некоторым движение даётся с трудом. Ученики посильнее и учителя помогали раненым, но всё равно двигались все очень медленно.

Я быстро глянул, как там мои друзья. Однорогий бизон Брэндон, стоя перед Гудфэллоу, угрожающе наклонил голову и бил копытом. Надеюсь, при атаке ему не помешают деревья – бизоны же привыкли к пустынным прериям.

– Ну всё, хватит! – зарычал Гудфэллоу и огромной меховой горой ринулся на Брэндона. Бизон побежал ему навстречу. Я краем глаза наблюдал за ними, одновременно удерживая в страхе моего противника. Я надеялся, что меховая гора, столкнувшись с бизоном, шлёпнется на землю, описав в воздухе дугу. Но я надеялся напрасно. Гризли ловко увернулся от столкновения, а Брэндон очень сильно разогнался и, конечно, не смог сразу остановиться – он воткнулся своим единственным рогом в сосну, на которой сидела Холли, занятая верёвкой. Дерево сильно закачалось, и на бизона полился дождь из шишек и рухнула жалобно причитающая красная белка.

Пока мой лучший друг пытался высвободить рог, гризли нанёс ему мощный удар в бок, содрав мех и сильно расцарапав кожу. Брэндон охнул от боли. Теперь двое из нас ранены.

Холли решительно взобралась обратно на ту же сосну и вновь принялась за верёвку. Брэндону, к счастью, удалось высвободить рог и развернуться – как раз вовремя: Гудфеллоу снова приготовился к нападению.

От рыси и от одного гризли мы избавились, двух других отвлекли от детей, но это не значит, что школьники могли беспрепятственно убежать. К нам уже спешил лось, который до этого охранял внешний периметр: он хотел перехватить школьников и загнать их обратно в зону смерти. И ни я, ни Тикаани не могли ему помешать – мы должны были удерживать гризли!

– Вам отсюда не выбраться, человеческое отродье! Даже и не мечтайте! – гремел лось. Я в первый раз услышал его мысленный голос – низкий и тягучий – и с ужасом увидел, что рогатая громадина движется прямо на Марлона, который из-за ранений передвигался медленнее других. Услышав шум позади себя, он попытался ускорить шаг, но споткнулся и, обессиленный, упал на землю – всего в двух шагах от сообщника Миллинга, обладателя огромных копыт, способных размозжить всё что угодно! Марлон выругался – если бы его сейчас слышали Анна и Дональд, то тут же лишили бы карманных денег.

«Прячься за дерево! Там он тебя не достанет!» – хотел крикнуть я. Но я был в обличье пумы, и от страха и волнения у меня не получалось превратить пасть в рот.

Лось как раз проходил мимо сосны, на которой сидела Холли. В воздухе что-то прошуршало – лассо! Верёвка скользнула по крупу лося, потом вниз по ногам и зацепилась за копыто.

Холли торжествующе пискнула и закрепила другой конец веревки за ствол дерева. Лассо тут же натянулось. Лось хотел было направиться дальше, но одна нога повисла в воздухе, а на трёх далеко не уйдёшь. Он растерянно подвигал ногой взад-вперёд, раздражённо оглянулся и попытался сбросить лассо. Сосна снова закачалась, но на этот раз Холли вовремя сообразила покрепче вцепиться в ветку. Подражая ковбоям, она кинула второе лассо. При первой попытке верёвка упала на землю, потом запуталась в ветвях, но в третий раз наконец попала куда надо – к лосю на рога. Схватив другой конец зубами, Холли принялась крутиться вокруг толстой ветки, чтобы закрепить верёвку. И успела вовремя! Лось мотнул головой, чтобы высвободить рога, и что-то недовольно буркнул – благодаря урокам звериных языков я разобрал что-то вроде «вот зараза!» – но ситуацию исправить не смог: он остался в ловушке.

Холли воспользовалась моментом и, прыгнув ему на рога, схватила за ухо и принялась визжать в него во всю силу своих маленьких лёгких. Испугавшись и разозлившись, лось начал бодаться, круша деревья вокруг себя.

– Даёшь родео! – ликовала Холли, не обращая внимания на то, что лось швыряет её из стороны в сторону: школьники его больше не интересовали.

С округлившимися от ужаса глазами Марлон посмотрел на рогатого колосса и пополз дальше, попытался встать, снова споткнулся о выступающий корень и опять упал, с трудом подавив крик. Ему явно было очень больно. Только этого не хватало – кажется, он ещё и связки порвал.

И тут кое-что произошло. Во-первых, до нас донёсся сильный запах дыма. Во-вторых, мистер Гудфэллоу как ни в чём не бывало заявил: «А, огонь разожгли», превратился в осу и улетел. И в-третьих, я зря опять отвлёкся, хотя Тикаани и крикнула мне: «Осторожно!» Гризли мощным ударом сбил меня с ног. Я влетел в дерево и потерял сознание.

Неожиданная помощь

Очнувшись, я обнаружил себя лежащей на земле пумой. Я хотел было застонать, но получилось лишь жалкое мяуканье. Арктическая волчица с полуночно-синими глазами с тревогой смотрела на меня:

– Караг, ты можешь идти? Нужно уходить – огонь подбирается всё ближе.

– Что со школьниками? – спросил я.

– Большинство убежали, правда, я не знаю, успели ли они выбраться из зоны смерти, – доложила Тикаани и нежно облизала мне морду. Поцелуи всё-таки приятнее. – Одна девочка отбилась от группы и побежала в другую сторону, но мы её нашли.

А это кто? Поблизости, обхватив себя руками, стояла темнокожая девочка Сунита и смотрела на нас в упор широко распахнутыми от ужаса глазами. А её брату, видимо, удалось убежать. Зато мой брат Марлон был ещё здесь. Он сидел на поваленном дереве, скривившись от боли, и ощупывал опухшую лодыжку. Рядом стояла Тень – снова в человеческом облике – и успокаивала подростков.