Сестры Марч - Луиза Мэй Олкотт

Состоится очередное еженедельное собрание в Кухонном закутке. Предстоящее занятие посвящается обучению юных леди кулинарному искусству. Руководитель занятий – Ханна Браун. Приглашаются все желающие.

В следующий вторник назначен сбор членов Общества подметальщиков. Собрание проводится на верхнем этаже. Всем членам общества явиться в соответствующей одежде, с вениками через плечо.

Миссис Бет Баунсер показывает новую коллекцию кукольных платьев. Демонстрация моделей состоится на следующей неделе. Присутствующие узнают о новейших направлениях французской моды. Заявки на билеты принимаются.

В Сарай-театре поставлена новая пьеса. Спектакль дается в течение двух недель. Спешите увидеть! Ничего подобного на американской сцене еще не было. «Греческий раб, или Константин-мститель» – так называется эта захватывающая драма.

НАМЕКИ

Если бы С. П. так не увлекался изведением мыла, он, наверное, ни разу не опоздал бы к завтраку. О. С. просят не свистеть на улице. Т. Т., не забывайте, пожалуйста, про салфетку Эми. А вы, Н. У, не огорчайтесь, что на вашем платье нет девяти вытачек.

ОТЧЕТ ОБ УСПЕХАХ ЗА МИНУВШУЮ НЕДЕЛЮ

Мег – хорошо.

Джо – плохо.

Бет – очень хорошо.

Эми – средне.

Когда председатель дочитал газету до конца (заметим, что газета создавалась силами сестер Марч), зал заседаний огласили аплодисменты. Потом с места поднялся мистер Снодграсс и сказал, что у него есть предложение.

– Глубокоуважаемый председатель, досточтимые джентльмены, я предлагаю принять в наш клуб нового члена. Считаю, что он вполне достоин такой чести. Он будет весьма признателен нам за это и, уверен, сделает все для дальнейшего процветания нашего клуба, а также внесет весомый вклад в развитие нашей газеты. Ручаюсь, что он всегда будет весел и интересен. Словом, джентльмены, я предлагаю принять в члены «П. К.» мистера Теодора Лоренса. При приеме предлагаю присвоить ему звание почетного члена. Давайте примем его!

Внезапная перемена стиля, явственно ощутимая в заключительной фразе монолога мистера Снодграсса, очень позабавила остальных. Однако никто не позволил себе даже улыбнуться, и, когда мистер Снодграсс занял свое место, на лицах присутствующих царило выражение сосредоточенности.

– Ставим этот вопрос на голосование, – сказал председатель. – Тот, кто голосует за это предложение, должен сказать «да».

Мистер Снодграсс отозвался громким возгласом, вслед за которым, ко всеобщему удивлению, раздался голос робкой Бет:

– Кто против, должен сказать «нет».

Бет и Эми проголосовали против, после чего поднялся мистер Уинкль и в присущей ему изысканной манере добавил:

– Мальчишки нам не нужны. Они всегда только прыгают и надсмехаются. Это женский клуб, и мы хотим соблюдать порядок.

– Боюсь, как бы он не стал смеяться над нашей газетой! Ведь он нас потом задразнит, – сказал мистер Пиквик, теребя локон на лбу, что свидетельствовало о его нерешительности.

Тут снова вскочил мистер Снодграсс.

– Сэр, – решительно заявил он. – Слово джентльмена. Лори не сделает ничего подобного. Он сам любит писать. Если от него и можно чего-нибудь ожидать, так только того, что он придаст нашим публикациям отточенность и остроту. Как вы не поймете?! Это как раз тот человек, который нам нужен. Мы можем доставить ему так мало радостей, а он, напротив, доставляет нам их все время. По-моему, единственное, что нам остается, это предоставить ему место в нашем клубе и получше встретить, если он соблаговолит прийти на наше заседание.

Расчетливое упоминание о радостях, которые им доставляет Лори, заставило всех задуматься.

– Даже если мы чего-то и опасаемся, считаю, все равно следует его принять, – с решительным видом вскочил мистер Тапмен. – Пусть приходит. И его дедушка тоже. Если захочет.

Бурная поддержка Бет растрогала Джо, и она вскочила, чтобы пожать сестре руку.

– Тогда давайте переголосуем. Прежде чем кричать «да» или «нет», вспомните, что речь идет о Лори! – крикнул мистер Снодграсс, и голос его дрожал от волнения.

– Да! Да! Да! Да! – один за другим раздались четыре голоса.

– Молодцы! Теперь мне остается взять на себя смелость и представить вам нового члена нашего клуба.

С этими словами Джо распахнула дверь чулана, за которой оказался Лори. Он сидел на мешке с тряпьем и едва удерживался от смеха. Все члены клуба, за исключением Джо, были изрядно смущены таким поворотом событий.

– Это просто предательство! Как ты могла, Джо! – хором закричали сестры.

А Джо как ни в чем не бывало взяла Лори за руку и, подведя к столу, придвинула еще один стул, выдала ему повязку с эмблемой, и мгновение спустя Лори уже сидел рядом с остальными.

– Их хладнокровие меня просто поражает, – произнес мистер Пиквик.

Он попытался нахмуриться, но не справился со своими чувствами и одарил Лори приветливейшей из улыбок.

Новичок сразу же повел себя так, что все поняли, с какой утонченной и самобытной личностью имеют дело.

– Глубокоуважаемый председатель, досточтимые леди и джентльмены, – с почтительным поклоном начал он, и голос его заворожил собрание. – Разрешите представиться вам в качестве Сэмюела Уэллера, покорного слуги вашего клуба.

– Молодчина! – крикнула Джо и, схватив предмет, который когда-то был рукоятью сковородки, но за древностью последней отвалился и теперь служил чем-то вроде председательского молотка, застучала по столу.

– Мой верный друг и высокий покровитель, – взмахнув рукой, продолжал Лори, – который только что дал мне такую лестную характеристику, совершенно не виноват в том, что вы имели честь назвать коварной уловкой. Все, что произошло, придумал я сам, и мне потом долго пришлось уговаривать Джо, чтобы она исполнила этот план.

– Да что уж там! Нечего все сваливать на себя. Ведь спрятаться в чулане предложила вам я, – перебил мистер Снодграсс, от души радуясь эффекту, который произвела их шутка на окружающих.

– Не обращайте на нее внимания. Она сама не знает, что говорит. Повторяю: я единственный виновен перед вами, грех этой шутки всецело лежит на мне, – в свою очередь перебил мистера Снодграсса новый член клуба и совсем по-уэллеровски пожал руку мистеру Пиквику. – Но, даю слово джентльмена, больше никогда не позволю себе поступить подобным образом. Отныне я всецело посвящаю себя интересам бессмертного Пиквикского клуба.

– Слушайте! Слушайте! – кричала Джо.

– Продолжайте! Продолжайте! – в свою очередь поощряли мистера Уэллера мистер Уинкль и мистер Тапмен.

Мистер Пиквик ничего не говорил, но его благосклонная улыбка была красноречивее всяких слов.

– Мне осталось добавить, что в знак благодарности за честь, которую вы мне оказали, а также желая укрепить дружбу между двумя пограничными государствами, я установил в живой изгороди почтовое отделение. Оно располагается в нижнем углу сада. Это превосходное строение снабжено надежной дверью с замком, в нем вполне достаточно места, чтобы разместить современную и удобную почту. Раньше помещение служило скворцу, но я заделал вход и снял крышу, так что теперь туда можно будет опускать почту. А так как у обеих сторон будут ключи, то и вынимать почту тоже сможет каждый. Экономя драгоценное время, посылки, письма, рукописи, книги и свертки можно пересылать с помощью учрежденного мною почтового отделения. Затем, уважаемый мистер Пиквик, мне остается только вручить вам ключ от почты, и я удаляюсь на свое место.