Тришка на Севере - Михаил Самарский

Вы поняли? Оказывается, Дядя – это фамилия семьи. Честно признаюсь, я сначала не поверил своим ушам. Неужели у людей бывают такие фамилии? Я вдруг представил, как мальчика называют в детском саду – Дядя Женя. Представляете? С его именем очень даже неплохо считается, а вот, например, с женским, согласитесь, будет не очень. А вот если бы у неё была фамилия Тётя, было бы гораздо созвучней.

– Я думаю, наша фамилия произошла от прозвища какого-то нашего далёкого предка, – сказал Сергей. – До Петра Первого на Руси фамилии имели только бояре да князья, а простолюдинов называли исключительно по прозвищам. А Пётр решил, что не пристало так жить русским людям, и издал указ, которым обязал всех взять себе фамилии по именам отцов или по прозвищам. Например, был купец по имени Святослав, проживавший в имении Белое. Впоследствии он стал Святославом Белым, а его потомкам уже досталась другая фамилия – Беловы. Или, например, донской казак Трофим по прозвищу Малявка стал Трофимом Малявка, а его потомки стали Малявкиными. А прародителем Александра Сергеевича Пушкина был боярин Григорий по прозвищу Пушка.

Надо же, я никогда не думал над этим вопросом. Мне кажется, вам было бы интересно узнать, откуда идут корни вашего рода. А ты, дорогой читатель, никогда не задумывался, от чего произошла твоя фамилия?

За столом шёл задушевный разговор, все пребывали в хорошем настроении – и это сближало. Я приподнял голову и заметил в дверях гостиной белоснежного зверька. Сначала я подумал, будто это собака, – так он был на неё похож. Но, когда я присмотрелся, понял: это не мой сородич. Вы же знаете, я мирный пёс и никогда не проявлял агрессии. Опустив голову на лапы, я спокойно лежал, помалкивал, а сам наблюдал за странным питомцем семьи Дядей. Увидев меня, зверёк насторожился, прижался к полу, будто приготовился к нападению.

– Снежок, иди к нам, – ласково позвала его Тамара Степановна.

Белоснежный комок деловито подошёл к хозяйке, сел рядом с ней и начал громко кричать. Он издавал непонятные звуки, отдалённо напоминающие лай, но больше похожие на плач ребёнка. Тамара Степановна кинула на пол кусочек мяса, который зверёк сразу же проглотил.

– Это у вас песец, что ли? – удивился Макаров.

– Да, – подтвердила она. – Мы его прошлой зимой в тундре у росомахи отбили. Он был совсем крохой, к тому же не мог ходить. Нельзя было его там оставлять одного, погиб бы. Вот мы и привезли его домой.

– Вы не боитесь? – спросил Борисович. – Это же всё-таки дикий зверь, а у вас ребёнок.

– Саша, я тоже сначала опасался. Особенно когда он стал подрастать, – сказал Алексей Иванович. – А потом мы поняли: если к нему по-доброму относиться, он будет платить той же монетой. Он просто не любит, когда его злят и обижают.

Снежок с осторожностью посматривал на меня, его явно разбирало любопытство, что же за зверь такой приехал к нему в гости. Он подошёл ближе, вытянув укороченную мордочку и навострив закруглённые ушки, и принялся меня обнюхивать. Я сделал вид, что не замечаю этого. Снежок, видимо, понял, что я не агрессивное животное, и подошёл ещё ближе.

– Он на Трисона не кинется? – поинтересовался Макаров.

– Нет, что вы. Он может напасть только на какого-нибудь мелкого грызуна, – успокоила Тамара Степановна. – А таких крупных животных он сам боится и переживает, как бы на него не кинулись.

– А как вы с ним гуляете? – полюбопытствовал Андрей Максимович.

– Как с обыкновенной собакой, на поводке. Кстати, он очень миролюбивый по отношению к другим животным. На улице ведёт себя абсолютно спокойно. Своим поведением он чем-то напоминает лису, хотя относится к семейству псовых. Когда выходим на прогулку, он начинает смешно нырять в сугроб головой в поисках добычи.

– А чем же вы его кормите? – снова спросил подопечный.

– Ой, вы знаете, он совсем неприхотливый в еде, что дадим, то и ест: мясо, свежую рыбу, правда, любит и растительную пищу. Обожает ягоды всякие – морошку, чернику, а особенно ему нравится морская капуста. А ещё мы его приучили есть морковку и яблоки. Судя по тому, как он их уплетает, они ему пришлись по вкусу.

– Жизнь прожил, а совсем ничего не знал о песцах, – улыбнулся Максимыч.

– Андрюха, тебе простительно, ты столичный житель, – поддержал Макаров. – А вот я северянин, а тоже многое сегодня впервые услышал.

Снежок тем временем совсем осмелел и присел рядом со мной.

– Ты кто такой? – спросил он.

Я думаю, чего это он? Вроде гуляет на улице, наверняка встречается с моими собратьями, зачем тогда задаёт глупые вопросы?

– Собака, – ответил я.

– Вижу, что не волк, – ухмыльнулся он, прищурив раскосые глаза. – Я имел в виду, как называется твоя порода? Я таких, как ты, здесь не встречал.

– Лабрадор, – поделился я.

– Впервые слышу, – произнёс он. – Ты не устал лежать?

Если бы ты знал, дружок, сколько мне пришлось поработать перед тем, как приехать к вам в гости, ты бы так не говорил.

– Я не просто так лежу, – заметил я. – Я должен всегда быть рядом со своим подопечным.

– Это ещё кто такой? – спросил он. – Твой хозяин, что ли? А зачем его сторожить, он же никуда не денется?

– Он слепой, а я его поводырь. Помогаю ему передвигаться по улице, ходить в различные учреждения. Какой же он хозяин, мы с ним друзья, – разъяснил я.

Всё время, пока взрослые ужинали, Женька, сидя перед телевизором, с открытым ртом смотрел мульт-фильм. Когда заиграла известная мелодия рекламного ролика, он увидел, что мы со Снежком нашли общий язык и лежим рядом. Женька бросил пульт на диван, что-то схватил со стола и плюхнулся между нами на пол. В обеих ладошках у него были зажаты дольки яблок, одну из которых он сунул в пасть Снежку, другую – мне. Песец с удовольствием проглотил лакомство, чего нельзя сказать обо мне. Что я только не ел, мне даже приходилось питаться бананами. До сих пор вспоминаю, и мурашки бегут по коже, словно блох нахватался. Когда я жил на острове, обезьяна Чанга меня ими частенько потчевала. Наверняка вы помните ту историю. Увидев, что я не стал есть яблоко, а положил его рядом с собой, Женька спросил:

– Трисон, тебе не нравится?

Если честно, не очень. А что в них хорошего? Кислятина, от которой челюсти сводит.

Женька подскочил на ноги, словно мячик, и снова побежал к столу. Увлечённые беседой, взрослые не обращали на него внимания. Через пару секунд он вернулся с куском колбасы. Учуяв приятный запах, я невольно сглотнул слюну.

– А вот это должно понравиться! – улыбнулся он, протягивая. – Снежок такое не ест. Он же хищник, а они не любят колбасу.

Какие заботливые дети на Чукотке. То Герасим меня подкармливал, теперь вот Женька. Я решил, что будет неправильно отказываться от угощения, поэтому аккуратно взял с ладони пятачок и проглотил, как таблетку, даже толком не ощутив вкуса. Чтобы распробовать продукт, нужно как минимум килограмм такой колбаски умять. С одного кусочка ничего не поймёшь.