Танец в темноте - Софи Клеверли

– Я знаю, – хитро улыбнулась Ариадна. – Да только я в свое время записала эти имена! – Она вытащила из кармана помятый бумажный листок и разгладила его. – Прокралась в свою прежнюю спальню и нашла, – пояснила Ариадна. – А теперь смотрите.

На листке было написано:

Алиса Джефферсон, Элизабет Фитцджеральд, Айда Смит, Кэти Морвен, Талия Яхалум, Бронвин Джонс, Эммелина Эйдель.

Перед нами появилось настоящее имя нашей мамы. Точнее, не появилось, а было здесь с самого начала.

Глава двадцать шестая. Скарлет

– Я это знала! – крикнула я. – Я знала, что раньше где-то уже видела это имя!

При этом я так сильно взмахнула руками, что едва не свалила с полки бутылку с моющим средством.

Знаете, было очень странно видеть настоящее имя нашей мамы рядом с именем ее погибшей подруги, которое мама позднее присвоила.

– Поверить не могу, – сказала Айви. – То есть не то что я не могу поверить, будто наша мама была одной из Шепчущих, – не могу поверить, что мы и раньше видели ее имя и не могли догадаться!

– Это еще не все, – сказала Ариадна. – Перед уроком истории мне в голову пришла еще одна мысль. Мисс Джонс в то время была еще совсем маленькой и мало что могла запомнить. Но в школе уже тогда преподавал кое-кто из наших учителей. Вот их бы расспросить!

Я моментально поняла, кого именно Ариадна имеет в виду.

– Верно! Мадам Лавлейс! – воскликнула я. – Она может помнить Айду и Сару.

Мадам Лавлейс была в нашей школе одной из старейших преподавательниц. Старенькая, седая, в очках с толстыми линзами. И всегда осыпанная меловой пылью. Не знаю только, была ли эта пыль еще одним видимым проявлением старости – или просто мадам Лавлейс так и не научилась за всю свою жизнь аккуратно стирать мел с доски.

– Не знаю точно, сколько лет преподает здесь мадам Лавлейс, – сказала Айви, – но думаю, что достаточно давно. Мы должны поговорить с ней.

Разумеется, расспрашивать мадам Лавлейс о Шепчущих было бесполезно. Мистер Бартоломью сумел запугать своих сотрудниц до конца жизни. Но мы-то собираемся поговорить с ней всего лишь о ее бывших ученицах. Что тут такого?

– Ты еще раз подтвердила, что ты гений, Ариадна, – сказала я и шлепнула ее по спине, она просияла. – А теперь пойдемте искать мадам Лавлейс. Прямо сейчас.

Я решительно шагнула к двери подсобки, наступила ногой на щетку и получила ее ручкой по лбу.

– Смотри под ноги, Скарлет, – улыбнувшись, сказала Айви.

* * *

К счастью, найти мадам Лавлейс оказалось несложно, она дремала за своим столом в кабинете истории.

– Мисс? – окликнула я, легонько ткнув пальцем в ее покрытое меловой пылью плечо.

– Мм? – Она выпрямилась, облизнула губы и медленно разлепила тяжелые веки.

– Вы спали, мисс, – сказала я.

– Вовсе нет, – величественно возразила мадам Лавлейс. – Просто давала отдых своим глазам. Ну, что вам нужно?

Я хотела настоять на своем, сказать, что она не просто спала, но еще и похрапывала, но Айви опередила меня:

– Мы хотели спросить вас кое о чем.

– Это связано с историей! – поспешила добавить Ариадна. – Некоторым образом…

Этот выкрик привлек внимание нашей древней исторички. Похлопав ладонью по столу, она отыскала свои очки с толстыми линзами, нацепила их на нос и сказала:

– Ну, спрашивайте.

– Мы хотели спросить: вы уже преподавали в нашей школе двадцать лет назад? – робко улыбнулась Айви.

– О да! – гордо ответила мадам Лавлейс, прикоснувшись к груди высохшей, покрытой старческими коричневыми пятнами рукой. – Сорок лет в строю. За это время я обучила не одну сотню девочек…

– Среди них были две сестры, вы их не вспомните, случайно? – продолжила Айви. – Их звали Айда Джейн Смит и Сара Луиза Смит.

Мадам Лавлейс прищурила глаза за стеклами очков, словно пытаясь пробиться взглядом сквозь толщу времени.

– Знакомые имена, очень знакомые, – пробормотала она.

– Те девочки внешне были очень похожи на нас, – сказала я, попеременно указывая пальцем то на себя, то на Айви. – Правда, близнецами они не были. Одна сестра была старше, другая младше.

– О! Это были ваши родственницы? – спросила мадам Лавлейс.

Я кивнула, однако вдаваться в подробности не спешила.

Историчка задумчиво потерла меловое пятно на своем рукаве и сказала:

– Так-так-так… Значит, одна была старше…

– Ага, – подтвердили мы хором.

– И они обе носили жемчужное ожерелье, – добавила Ариадна.

– Да, я их помню! – воскликнула мадам Лавлейс, порывшись еще немного в своих воспоминаниях. – Прелестные девочки. Правда, младшая была ужасной непоседой, но с очень добрым сердцем.

Я поймала брошенный на меня взгляд Айви и поспешно отвела глаза. Ну что ж, мне есть в кого быть… непоседой!

– А старшая была очень вежливой, любезной – а уж как она шила, как она шила! Мне бы так уметь, – улыбнулась мадам Лавлейс и опустила глаза на свое некрасивое скучное платье. – Я помню… – Она ненадолго задумалась. – Да, я помню, мы ставили с их классом небольшую пьесу о древних римлянах. Все остальные просто заворачивались в обычную простыню, она же сшила себе настоящую тогу, да еще с золотым подбоем.

У меня стало тепло на сердце, когда я услышала такое о нашей тете. Хотя, если честно, все это мы должны были узнать от своих родственников, а не от старой учительницы истории в Руквудской школе.

– А еще что-нибудь о них можете вспомнить, мисс? – спросила я. – Что стало потом с этими сестрами?

Мадам Лавлейс отрицательно покачала головой, затем закашлялась, а перестав кашлять, неожиданно заговорила опять:

– Та старшая девочка… Сара, да? – Я поспешно закивала головой. – Она хотела стать портнихой. Стала или нет, не знаю. Младшая… О ней я ничего не знаю. А может быть, что-то и знала, но забыла.

Согревавший мое сердце огонек если и не угас совсем, то стал гораздо слабее. Уже не первый раз мы, можно сказать, вплотную подбирались к разгадке жизни нашей мамы и всегда останавливались в каком-то шаге от этого, словно наткнувшись на невидимую стену. Казалось, что наша мама сама не хотела, чтобы мы узнали о ней что-нибудь.

Айви, должно быть, тоже поняла, что ничего больше мы от нашей древней исторички не добьемся, и сказала:

– Спасибо, что уделили нам внимание и время, мисс.

– Не стоит благодарности, – ответила мадам Лавлейс. – А теперь, с вашего позволения, я дам своим глазам еще немного отдохнуть…

Мы вышли в коридор и прикрыли за собой дверь класса.

– Только время зря потратили, – с горечью заметила