Кошачье заклинание - Сергей Георгиев

Потирая ушибленный бок, Виктор Бубенцов поднялся с мокрого тротуара и внимательно, но осторожно, медленно ворочая шеей, огляделся по сторонам.

Никого! Никто из знакомых ребят не видел, как он ни с того ни с сего шлепнулся на совершенно ровном месте! И то хорошо, если забыть хотя бы на мгновение, что он все ж таки кувыркнулся непонятным образом.

Витька охлопал брюки, щелчками сбил с них последние ошметки прилипшего снега и направился к своему дому.

Но странное ощущение с каждым следующим шагом все больше и больше переполняло обыкновенного третьеклассника Витьку Бубенцова: это было ощущение легкости, почти полной невесомости собственного тела!

Незнакомое ощущение возникло непонятно откуда, но было оно удивительно приятным, радостным и счастливым. Через минуту Витька уже бежал, почти не касаясь ногами земли. И как жаль, что путь до подъезда оказался таким коротким!

Одним гигантским прыжком взлетел Виктор по лестнице к себе на второй этаж. И ничуть не запыхался он от бега и от этого чудесного прыжка!

Лихая, просто хулиганская мысль, каких степенный и солидный третьеклассник никогда раньше и даже позволить себе не мог, затрепыхалась в голове:

«Вот если бы так, сильно толкнувшись, выпрыгнуть из окна, то он, Витька Бубенцов, полетел бы! Непременно полетел бы по воздуху совсем как птица! И летел бы далеко-далеко… пока ему самому не надоело бы лететь! Над полями и лесами, в дальние-дальние заморские страны! И еще дальше…»

Он открыл дверь своим ключом, и скрежет замка вернул Витькины мысли в привычную колею:

«Что же там оставила мама в холодильнике? Наверное, бутерброды с колбасой, которые так полезно заедать гороховым супчиком! А в буфете под салфеткой лежат-дожидаются два ма-аленьких кекса с изюмом…»

Но вот что было невероятно: эти родные, всегда такие приятные мысли на этот раз думались как-то тяжело, с натугой. Витька даже замер в темном коридоре, прислушиваясь к себе.

И вдруг помимо собственной воли с отвращением представил огромную груду толстых, жирных, нахальных бутербродов, которые по-тараканьи расползались из тарелки по столу, пища и толкаясь, окружали со всех сторон его, Витьку Бубенцова!

Витька замотал головой, прогоняя неприятное видение, и несколько раз даже подпрыгнул на месте!

— Два кекса! — жалобно пробормотал он, но даже произнесенное вслух почти магическое заклинание не подействовало.

Ему по-прежнему хотелось бежать куда-то, прыгать и скакать, швырять камнями, гонять в футбол, раскачиваться на тропической лиане… Да много чего необычного хотелось Витьке Бубенцову, а вот привычного волчьего АППЕТИТА, он, как ни странно, совершенно не чувствовал!

— Ладно, — немного поразмыслив, снова вслух сам себе сказал Витька. — Ну, не хочет человек есть — случается же иногда такое? Наверняка! Даже интересно испытать, как это! А в сэкономленное время можно заняться и чем-нибудь другим. Уроки, например, выучить.

Надо заметить, что Виктор Бубенцов, к сожалению, никогда не был примерным учеником, на которого хочется равняться, вытягивая шею от усердия. И про уроки он сказал просто так, больше ничего с ходу не придумалось.

Витька даже присвистнул от своей находчивости в сложных и непредвиденных ситуациях. Освободившись от шапки и пальто и зафутболив под вешалку ботинки, он порхающей походкой двинулся к себе в комнату, как вдруг…

Витькин взгляд мельком, совершенно случайно упал на зеркало большого маминого трюмо.

— А-а-а! — закричал Витька в ужасе.

Мальчишка кричал так, что стекла в окнах мелко задрожали, а штукатурка па потолке мгновенно покрылась сеткой мелких, едва сметных трещинок.

— А-а-а!

Виктор отшатнулся от зеркала и закрылся руками, словно стараясь спастись от острой сабли македонского или монголо-татарского воина. Но никакого воина, конечно же, в коридоре не было и быть не могло. Во всех же других случаях закрывайся руками или не закрывайся, — это не поможет! Можно даже прятать голову в песок, тоже без толку!