Пони Милочка и самое лучшее лето - Эви Грин

Седла!

Девочка вздохнула. Ну конечно, как она могла забыть…

Опустив голову, Мэй увидела, что неподалеку сидит Феликс и смотрит на них, сощурив свои ярко-зелёные, как два изумруда, глаза.

– Как думаешь, можно кататься без седла?

Феликс ничего не ответил, и Мэй вздохнула.

– Ну ладно, попробуем без седла… Пошли, Милочка!

Милочка не сдвинулась с места.

– Ну что ты стоишь?.. Пошли!

Пони по-прежнему стояла и только хвостом обмахивалась, отгоняя назойливых насекомых. Она не очень понимала, чего от неё хочет Мэй.

Что значит – пошли? А куда? Вокруг во-о-он какое пространство. Куда идти-то?..

– Как там… Тпру!

Милочка фыркнула, услышав незнакомое слово. И как оно поможет ей определиться, куда идти?

– А, вспомнила! Но! – и Мэй осторожно ударила лошадку пятками по бокам. Совсем не больно, конечно.

И Милочка сразу поняла, что идти надо вперёд. И пошла.

– А-а-ай! – вскрикнула Мэй, чуть не грохнувшись на землю, но удержалась, схватившись за лошадкину гриву. – Молодец, Милочка! Только ч-чут-ть п-пом-медл-леннее…

И почему Минни так нравится кататься на Эпл? Мэй думала, на лошадке мягко и удобно, как на сиденье папиного фургона. А оказалось, что совсем даже не мягко! И всё под попой перекатывается… очень странно!

– Стой! Как там… Тпру!

Ещё один тычок в бока Милочки – и пони остановилась, а Мэй достала из сумки кусочек сахару и протянула его лошадке.

Тёплый и приятный язык забрал сахар с ладошки Мэй.

– Вкусно? – улыбнулась девочка. – Ты молодчина, Милочка! А теперь давай попробуем пойти чуть побыстрее? Но!

…Так они катались ещё некоторое время, пока у Мэй совсем не заболела попа, или, как называл это место папа, «нижняя голова». И Милочка тоже устала, а ещё она начала странно себя чувствовать. У неё заболел живот, страшно хотелось попить воды, клонило в сон…

Заметив, что творится с Милочкой, Феликс стремглав помчался обратно на ферму.

Сегодня её обитатели встали поздно. У мистера Пирса был выходной, а они с миссис Пирс в такие дни всегда спали до последнего.

Как бы много ни спал Феликс, он каждый раз убеждался, что больших сонь, чем люди, на свете не бывает. Особенно в те дни, которые мистер Пирс называл «выходными».

Однако Минни уже встала. Она ходила по двору, носила воду в сарай, кормила цыплят. И Феликс бросился к ней, обеспокоенно мурча. Сел прямо на ноги и слегка выпустил когти.

– Ой! – взвизгнула Минни. – Фелька, ты чего дерёшься?

– Мур-рм! – громко сказал кот, подпрыгнул и метнулся прочь, пролез под воротами и побежал в поле. Конечно, он знал – будь на месте Минни мистер или миссис Пирс, они бы вряд ли обратили внимание на выходку Феликса. Но хорошо, что есть Минни…

– Мэй! Стой! – закричала девочка, увидев сестру и сразу поняв, почему беспокоился умный старый кот. – Подожди меня!

Мэй услышала, остановилась, и Минни, подбежав к ней, спросила:

– Давно катаешься?

Она запыхалась от быстрого бега, утреннее солнце слепило глаза, прохладный воздух холодил щёки.

– Не помню… – пробормотала Мэй, погладив Милочку по гриве. – А что?

– Что? Ещё спрашиваешь? Ты завтракала?

– Ну…

– А почему без седла?

– Я…

– А Милочку кормила?

– Да! – обрадовалась Мэй. – Вот! – и она сунула под нос сестре почти пустую сумочку с сахаром.

Минни молчала несколько секунд.

– Мэй… – простонала она, хлопнув себя по лбу. – Глупышка… Я понимаю, тебе очень хотелось покататься… Но почему без меня?

Малышка смутилась.

– Ну… я как-то… и вот…

– Понятно, – вздохнула Минни. – И ладно ещё, седло забыла… Ты лучше скажи, сколько сахару скормила Милочке? Я помню, на кухне стоял целый пакет… Весь пакет?

– Да, – кивнула Мэй. – Но он ведь сладкий, ей нравится! И я видела, как ты давала сахар Эпл!

– Но не целый же пакет за одно утро, Мэй! Пакет – это на неделю. И то на неделю большой лошадке, такой, как Эпл, а Милочка у тебя совсем не большая лошадка.

– Ой, – испугалась Мэй, – и что же теперь будет? У Милочки заболит животик?

Услышав это, пони очень расстроилась. Ведь у неё уже болел живот, правда, не очень сильно… Ещё сильнее заболит?!

Лошадка недовольно всхрапнула, у Мэй на глаза навернулись слёзы, а Минни вновь вздохнула.

– Сестрёнка, обещай мне, что теперь ты будешь учиться кататься только под моим присмотром. Вот когда научишься, тогда катайся, где хочешь… И не волнуйся, всё в порядке будет с Милочкой. Ей просто нужно покушать нормально, выпить водички. Давай, слезай с неё, пусть отдохнёт.

Мэй с большим трудом соскочила на землю, а когда попыталась пойти за Минни, обнаружила, что не может свести ноги вместе. И ковыляет, как какой-то… пингвин!

– Минни… а теперь всегда так будет?

Сестра, обернувшись, хихикнула.

– Конечно. Это случается с непослушными девочками!

Увидев, как вытянулось от огорчения лицо Мэй, Минни поспешила добавить:

– Не волнуйся, если будешь слушаться, в ближайшие несколько часов всё пройдёт. Но если не будешь… – и она пригрозила Мэй пальцем.

А Феликс медленно шёл за девочками, мурчал и фыркал. Пройдёт ещё несколько лет, и Мэй перестанет верить в подобные глупости, которыми её иногда пугает Минни. Интересно, что старшая сестра тогда будет делать?

История четвёртая. О том, что слу чается, когда маленькие девочки не слушаются

С того дня Минни начала учить Мэй кататься на Милочке, и очень скоро малышка стала ездить на своей пони так хорошо, что мистер и миссис Пирс только диву давались. Девочка очень полюбила их с Милочкой прогулки и не пропускала ни дня – каждое утро седлала пони и отправлялась в поле. Иногда к ним присоединялись и Минни с Эпл, но редко – по утрам у старшей девочки часто были разные домашние дела, она старалась помогать маме с папой по хозяйству как можно больше.

А Милочка постепенно обживалась на ферме. Она очень подружилась со всеми обитателями сарая, но особенно с Феликсом, которого пони просто боготворила за его мудрость, и со старым псом Джеком. Джек иногда сопровождал их с Мэй во время утренних прогулок, бежал рядом и порой даже грозно лаял. Правда, непонятно, на кого – на бабочек, может? Или на мух?