#любовь, или Куда уплывают облака - Михаил Самарский

– А ты тут при чем? – удивленно спросил Семен.

– Да я-то как раз и ни при чем, – ответила бабушка, – он ведь не обо мне спрашивал, а о тебе, мол, дружите вы или нет, как часто видитесь и так далее.

– А ты что?

– Сказала, что понятия не имею, к нам в гости не ходит, а что там на улице, не знаю.

– Ну и правильно, – кивнул Семка.

– А что он натворил? – спросила Лидия Михайловна.

– Не знаю, – ответил Семен и, заметив недоверчивый взгляд бабули, добавил: – Честное слово, ба! Ты что, мне не веришь?

– Да верю-верю, – улыбнулась старушка. – Не ершись ты.

– А почему ты у участкового не спросила?

– Спросила, конечно, да ответа так и не дождалась. Буркнул что-то, рукой махнул и ушел недовольный.

– Да он вечно недовольный, – подтвердил Семен. – Во всех врагов видит. Ходит, рычит на всех.

– Что поделаешь, – вздохнула старушка. – Работа у него такая, собачья. Вот и рычит…

– Не согласен, – перебил Семен. – На соседней улице участковый вместе с пацанами в футбол играет, в волейбол, в баскет, зимой – в хоккей. Вот такой мужик, – Семен показал большой палец. – И к пацанам уважительно относится. Даже когда жалоб ему напишут жильцы, он выслушает, подумает, если есть возможность, всегда поможет.

– Люди все разные, Семушка, – сказала Лидия Михайловна. – И участковые – не исключение.

– Понятно, что разные, – согласился внук, – но, если ты с людьми работаешь, сам прежде всего будь человеком. Ладно, пойду заниматься.

Семен удалился к себе в комнату. Нашел учебник, полистал и задумался:

«Интересно, как мои друзья отнесутся к такой идее? Наверное, будут посмеиваться, подкалывать, шуточки разные отпускать в мой адрес – типа, за ум взялся, в отличники метишь и так далее. Ну и ладно! Первое время поглумятся, потом привыкнут. Я ведь ни с кем не собираюсь рвать отношения, как дружили, так и будем дружить. Просто реже придется видеться, а с другой стороны, мы ведь не собираемся всю жизнь тусоваться вместе. Все равно после школы разбежимся. Вон наши одиннадцатиклассники сдали ЕГЭ и разъехались по всей стране. Никого днем с огнем не найдешь. Даже Федька и тот куда-то поступил – то ли в колледж какой-то, то ли в училище. А с другой стороны, над Жориком ведь не смеются. Пусть он и не отличник, но учится без троек. А вообще, дураки мы. Обзываем тех, кто хорошо учится, «ботанами» всякими. Вместо того чтобы брать с них пример. Образование ведь никому не помешает. Рано или поздно придет время заводить семью, обеспечивать ее, зарабатывать, кормить детей, обувать их, одевать. И что? Чем заниматься? Всю жизнь грузчиком работать? Так и они сейчас все больше с техникой работают. Рыжий говорит, что сейчас даже в автошколу без среднего образования не принимают. Может, наврал? А удивляться нечему, все может быть. Так что пусть смеются, а я решил и – точка!»

* * *

Контрольную на следующий день Семен с горем пополам, но написал. Через несколько дней учительница не без удивления объявила, что Щетинин получил «тройку». А удивилась она не случайно, поскольку в последнее время Семен сдавал просто чистый тетрадный лист или писал на нем крупными буквами фразу «Пифагоровы штаны на все стороны равны!» и пририсовывал снизу смешную рожицу.

– Щетинин, к сожалению, на «четверку» у тебя не получилось, но я заметила, что ты старался.

– Ничего страшного, – буркнул Семен, – меня пока и «тройбан» устраивает.

– Нет-нет, Семен, – возразила учительница, – у тебя все получится, просто нужно взяться за… – она, видимо, хотела сказать «за ум», но, уловив взгляд ученика, добавила: – …за математику.

Учительница истории та и вовсе во время урока едва не упала в обморок, увидев, как Семен Щетинин поднял руку и вызвался отвечать у доски.

– Ты что, Ще… Семен, хочешь пойти к доске? – вытаращив глаза, спросила она.

– Да, – ухмыльнулся ученик, – вы же сами спросили, «кто хочет пойти к доске?».

– Ну да, ну да, – взволнованно ответила «историчка», – хорошо, давай… иди… к доске…

Класс замер, все подумали, что Сема сейчас что-то отмочит невероятное. Но когда Щетинин начал отвечать, одноклассники поняли, что «урок Петросяна» отменяется. Учащийся ответил четко, все строго по учебнику. В тот день в дневнике у Семена впервые за пять последних лет появилась «пятерка», а рядом с ней не только подпись учителя, но и приписка: «Молодец!»

* * *

Бабушка с этого дня окончательно поверила, что ее внук взялся за учебу серьезно. Вечером в тот же день состоялся разговор с внуком.

– Семушка, – начала бабуля, – я хочу тебя попросить: ты давай прекращай с этими вагонами. Не ходи туда больше. Это ведь тоже отражается на учебе.

– Да не волнуйся, ба, – возразил внук, – я же не каждый день туда хожу.

– Вижу, – согласилась бабуля, – но и через день тоже много. – Бросай ты это дело, всех денег не заработаешь.

– Да зачем мне все? – ухмыльнулся Семен. – Жить-то на что-то надо?

– Ой, – махнула бабушка рукой, – я тебя умоляю. Проживем, ты не переживай.

– Не смеши, ба, – ответил Семен. – На твою пенсию?

– Почему на пенсию? Ты знаешь, не хотела тебе говорить, но я ведь тоже подрабатываю!

– Где? – новость ошарашила подростка. – Где это ты подрабатываешь?

– В доме напротив! – бабушка кивнула в сторону окна.

– И что ты там делаешь? – раскрыл рот внук.

– В подъезде убираюсь, – ответила Лидия Михайловна. – А в одной квартире стираю и глажу. Работа не тяжелая, – словно оправдываясь, говорила бабушка, – а платят хорошо. Так что бросай ты свои вагоны. Хватит, наелись яблок досыта.

– Бабуль, – нахмурился Семен, – а почему ты мне раньше не сказала о подработке? Сама все время говоришь, что мы свои, что нужно говорить правду, и все такое. А сама партизанишь. Почему?

– А я тебя разве обманула? – покачала головой женщина. – Ты что такое говоришь?

– Хорошо, не обманула, – согласился Сема, – но ведь не сказала, скрыла!

– А это уже другой разговор! Я думала, будешь ругаться. Ты же знаешь, молодежь стесняется, когда их родители… – Лидия Михайловна перекрестилась, – делают такую работу…

– Ты же меня знаешь, сама учила, никакой работы не нужно стесняться, но не тебе с высшим образованием уборщицей работать. Ты чего?

– А при чем тут образование? – рассмеялась Лидия Михайловна. – Ты знаешь, в девяностые профессора на рынке селедкой торговали. А я знаю одного, так он и по сей день на рынке фруктами торгует. Говорит, понравилось, и уходить не хочет. Вот так!

– Ладно, проехали! – недовольно махнул рукой Семен. – Давай так: я буду на базу ходить в пятницу вечером и в субботу.

– Это другое дело. Поддерживаю! – воскликнула бабуля. – А в учебные дни учись. Хорошо?