Спящая во льдах - Евгений Гаглоев

Гордецкий улыбнулся:

– Я думал об этом. И могу предложить вам еще кое-что. Сейчас мой человек работает в небезызвестной вам школе…

Кривоносов удивленно приподнял брови.

– Да-да, – кивнул бывший управляющий. – В той самой школе, где учится мальчишка-оборотень. Очень скоро я буду знать о нем все. Имя, фамилию, адрес, всю его родословную. А затем, если вам будет это интересно, могу передать эту информацию вам.

Кривоносов возбужденно заерзал в кресле.

– Не скрою, меня очень интересует этот щенок! – сказал он. – Заполучить его – моя заветная мечта.

– Я смогу доставить мальчишку в секретные лаборатории корпорации, мы запрем его в клетку, и ни одна живая душа, а в особенности эта Иоланда, не узнает о том, что он в наших руках. Так что скажете, Эдуард Владленович?

– Что ж, это действительно стоит кресла управляющего! – с улыбкой сказал Кривоносов. – Решено! Действуйте, Гордецкий, и я верну вам вашу должность. Только держите язык за зубами.

Я не хочу, чтобы Ашер раньше времени узнал о нашем договоре. Иоланде также лучше пока ничего не говорить. Она оберегает мальчишку так, словно он ей родной.

– Естественно, – согласился Гордецкий. – Я свяжусь с вами, как только что-то прояснится.

Экран видеофона погас. Эдуард Владленович нервно растер вспотевшие ладони.

– Ну, Гордецкий, – тихо проговорил он. – Не думал, что ты еще хоть на что-то способен…

На столе замигала кнопка селектора.

– Да, Анжелика, – ответил президент.

– Гости уже здесь, Эдуард Владленович, – сообщила секретарша.

– Так пусть же входят поскорей! И Анжелика, душечка, сделай нам кофе.

– Хорошо, Эдуард Владленович.

Двери зала медленно распахнулись. В помещение вошли двое: древний старик и за ним – молодой мужчина в черном. Старик ступал с горделиво поднятой головой и надменным выражением лица. На нем был расстегнутый темно-коричневый плащ до пола, под которым виднелся дорогой костюм. На носу сидели очки-пенсне с круглыми темными стеклами. Его спутник в черном держался позади. На голове молодого человека красовался сдвинутый набок котелок, на шее висел странный черный медальон в виде перевернутой пятиконечной звезды.

– Здравствуйте, профессор Штерн! – Кривоносов вышел из-за стола и пожал старику руку. – Рад вас видеть. Особенно после того, что вам довелось пережить.

– Я тоже рад вас видеть, Эдуард, – сухо проскрежетал старик. – Вы практически не изменились за прошедшие годы…

– Ну что вы, профессор, – отмахнулся Кривоносов. – Шестнадцать лет прошло! Я уже не тот, что прежде…

– Намного хуже, я полагаю? – ядовито улыбнулся старик. – Кстати, вы ведь не знакомы с моим юным помощником? – Он повернулся к своему спутнику. – Его зовут Тень.

Тень приветливо улыбнулся и приподнял котелок. Но от его улыбки по спине президента почему-то побежали мурашки. Тень шагнул вглубь зала, с любопытством оглядываясь по сторонам, а затем плюхнулся в кресло, в котором только что сидел сам Кривоносов. Мало того, он еще и задрал длинные ноги на стол. Эдуард всмотрелся в медальон – явно какой-то оккультный символ.

– Один из четырех ваших телохранителей-метаморфов? – поинтересовался он у профессора. – Тех, что работали вместе с вами в то время?

– Верно. Но мои телохранители – не обычные метаморфы. Тень создан с помощью древней языческой магии, которую я познал у великих магистров «Черного Ковена». Так что метаморф он лишь наполовину.

Тем временем Тень сдвинул котелок на глаза и вроде как задремал.

– А что он может? – шепотом спросил Кривоносов, с опаской поглядывая на молодчика, который нравился ему все меньше и меньше.

Профессор Штерн посмотрел на Тень почти с обожанием:

– Отличный боец, способный преломлять пространство и передвигаться по теням. Лучший в своем роде… Я выбрал именно его, чтобы он сопровождал меня в поездке, потому что остальные трое… оказались не так расторопны. Но ближе к делу!

Профессор подошел к окну и сел на мягкий, обитый кожей диван. Кривоносов опустился рядом.

– Расскажите мне о том, что произошло здесь за время моего отсутствия, Эдуард. О самых последних событиях. До меня доходило много странных слухов. И теперь я хочу знать, что правда, а что вымысел.

– Я сообщал вам практически обо всем, что тут творилось. О Ядвиге Савицкой, о ее побеге из «Геликона», о ее мести трем предателям. О том, как она пыталась убить меня.

– Окончательно спятила! – сказал старик. – Но я всегда знал, что она не в себе. Потому и держал на коротком поводке.

– Она знала о вашей дочери и о нашем договоре. О том, что вы спрятали Ингу от преследователей, погрузив ее в анабиоз, и оставили мне ключ от тайника.

– Естественно, – кивнул старик. – Ведь если бы я умер, что стало бы с моей бедной девочкой? Я полагал, что могу доверять только вам. И, как видите, угадал. Я вернулся в город, как только вы сообщили мне, что ключ украден.

– Да. Эта женщина… Оболдина. Она пыталась купить его у меня, а когда я отказался, устроила нападение на мой дом.

– Но кто она такая?! – вскипел старик. – Я никогда о ней не слышал!

– Я так и не смог этого узнать, – развел руками Кривоносов. – Она погибла во время пожара на теплоходе. Но вдруг у нее остались сообщники? Поэтому я и позвонил вам.

– Вы правильно все сделали. Кто-нибудь еще знает, что я жив?

– Нет. Только я. Я скрывал все даже от членов правления корпорации.

– А Иоланда? Она все еще ищет меня?

– Она тщательно это скрывает, но я вижу, какая злоба загорается в ее глазах, едва она слышит вашу фамилию.

Профессор усмехнулся:

– Проклятая чернокнижница! Ну ничего! Она еще получит по заслугам!

Двери зала бесшумно открылись. Вошла Анжелика Вельд. Она поставила на столик поднос с тремя чашками кофе.

– Как ваша дочь? – поинтересовался Кривоносов. – Она уже пришла в себя?

– Почти. Ее тело медленно отвыкает от того холода, в котором она покоилась последние шестнадцать лет. Поэтому пока я вынужден держать ее в специальной морозильной камере. Но она быстро адаптируется.

– Очень рад это слышать.

– А как ваши исследования? – поинтересовался старик. – Наши заказчики терпеливы, но они часто спрашивают о вас.

– Мы возобновили работу по созданию мутантов, но движется она очень медленно. Иоланда помогает нам в создании сверхлюдей, но, к сожалению, все образцы были уничтожены Савицкой…

– Дайте мне разобраться со своими проблемами, Эдуард Владленович, и я помогу вам во всем. За прошедшие годы я сильно продвинулся в своих изысканиях. По правде сказать, в данный момент для меня нет ничего невозможного.