Загадка ловких мошенников - Анна Устинова

— Вот так всегда, — возмущался на ходу Женька. — Стараешься, бегаешь, а они без тебя спокойно уходят.

Он поглядел на тающее мороженое. «Надо начинать есть, — решил он. — Иначе все равно пропадет». С мороженым дело пошло веселей. Съев половину шоколадного рожка, мальчик ощутил некоторый прилив бодрости. Нещадно капая на джинсы, кроссовки и лестницу шоколадной жижей, он бегом устремился дальше.

Вот и восьмой этаж. Женька в растерянности остановился: «В какую квартиру звонить? От тети Любы они, наверное, уже ушли. Значит, по идее, сидят у Машки. А если все-таки у тети Любы? Вдруг туда же и Василенко прибыл? А я так ничего и не узнаю».

И Женька решительно позвонил в тети Любину дверь. Но оттуда уже явно все ушли. За дверью было совершенно тихо. Мальчик метнулся к двери Моей Длины. На звонок открыла Антонина Васильевна.

— А они все у Олега, — объяснила она. — С самого утра. Как же тебя не предупредили?

— Меня предупредили. Я просто перепутал, — жуя мороженое, отозвался Женька.

— Ой! — поглядела на две оставшиеся порции Антонина Васильевна. — Я бы сейчас тоже с удовольствием.

— Берите! — протянул ей одну порцию Женька. — Все равно тает.

Бабушка Школьниковой с благодарностью приняла угощение.

— Вот спасибо тебе большое! Но Женька уже несся вниз…

Олег и Моя Длина не успели даже выпустить из рук деньги. Спастись бегством было невозможно. Николай загораживал выход.

— Так-так, — свирепо уставился он на ребят. — Дочка Зиночки. С близким другом. Вам что, родители мало денег дают? На личные расходы, наверное, не хватает?

— М-мы не дденьги. М-мы к-компакт-д-диск искали, — заикаясь, пролепетала Моя Длина.

— Вижу-вижу, — с издевкой произнес Николай. — Значит, решили из этой вот сумочки по пачечке компакт-дисков взять. Решили, что раз у Любочки с Николаем денег много, они не заметят.

— Мы случайно, — начал Олег, лихорадочно пытаясь сообразить, как выйти из положения.

— За случайно бьют отчаянно, — несколько перефразировал Николай пословицу из времен его далекого детства.

Вырвав из рук остолбеневших ребят пачки долларов, он кинул деньги обратно в сумку и закрыл «молнию». Олег метнулся к двери, но Николай сбил его с ног.

— Бежать не советую.

Николай сказал это очень тихо, но так угрожающе, что у ребят по спинам забегали мурашки.

— Сейчас вы тихо пойдете впереди меня на кухню, — начал командовать жених тети Любы. — И советую не дурить. А то вдруг я еще разозлюсь.

Мальчику и девочке ничего не оставалось, как подчиниться. На кухне Николай извлек из ящика веревку.

— Мне сейчас ненадолго надо уехать, — объяснил он. — А вы посидите тут. Приеду, тогда разберемся.

— Учтите, я скажу матери, — попыталась ему пригрозить Моя Длина.

— Мне тоже ей будет о чем рассказать, — хмыкнул Николай. — Между прочим, я вас застукал на месте преступления.

— Ты бы уж о преступлениях помалкивал! — вдруг разъярилась Моя Длина.

— Что-что? — уставился на нее Николай. — Кажется, это вы забрались в чужую квартиру и хотели украсть мои деньги!

Моя Длина уже открыла рот, чтобы ответить, что фальшивых денег ей не нужно. Но Олег ткнул ее в спину. Слова замерли на языке у девочки.

— Ты, кажется, детка, еще мне что-то хотела сказать? — с издевкой осведомился Николай.

— С матерью моей тебе разбираться придется, — свирепо заявила Школьникова.

— Разберемся и с матерью, и с вами, — пообещал Николай. — Мало не покажется. Я бы прямо сейчас не прочь. Да вот, жаль, дела. Ехать надо.

С этими словами он приказал Олегу связать Машку. Затем самолично связал Олега. А потом еще проверил, надежно ли связана девочка.

— А если тетя Люба раньше вас вернется? — спросила Моя Длина.

— Об этом можешь не беспокоиться, — отвечал Николай. — Ее до одиннадцати вечера дома не будет. А вот я — другое дело. Часа через полтора-два ждите.

Он удалился в спальню, затем, пройдя в переднюю, покинул квартиру.

— Кажется, он эту сумку с собой забрал, — дошло до Олега.

— Скотина. — процедила сквозь зубы Моя Длина. — И эти наши хороши. Их на стреме поставили. Как они умудрились его проворонить?

— Ума не приложу, — отозвался Олег.

— Может, их кто-то отвлек? — спросила Моя Длина.

— Всех троих? — не верилось Олегу.

— По-моему, я поняла, — прошептала Школьникова. — Николай, наверное, все это время у кого-то был в доме. Поэтому ребята ничего и не увидели. Он просто вышел из какой-нибудь квартиры и сюда возвратился.

— Сейчас это не так уж важно, — покачал головой Олег. — Главное — как нам отсюда выбраться. Вот если бы удалось позвонить Василенко.

— Попробую до ножа какого-нибудь допрыгнуть, — отозвалась Моя Длина.

Николай привязал их к стульям. Вскоре они убедились, что попытки тщетны. Добраться до ящика было довольно трудно. А открыть его тем более.

— Если он сумку увез, все пропало, — в полном отчаянии произнес Олег. — Мы теперь никогда ничего не докажем.

— Зато он нам устроит красивую жизнь, — подхватила Моя Длина.

— Хорошо, он еще не догадался, зачем мы сюда залезли, — сказал Олег. — Иначе бы мы отсюда живыми не вышли. А так Николай просто решил, будто мы его обокрасть хотим.

— Тогда он, по идее, не должен поднимать шума, — сообразила Моя Длина.

— Полагаю, что да, — кивнул Олег. — Он вернется и скажет родителям, что мы деньги стянуть у него хотели. Но, мол, так как у него ничего не пропало, он в милицию заявлять не станет. Нам предстоит жуткий скандал. А о деньгах Николая никто даже и не задумается. Или второй вариант, — продолжал мальчик. — Николай нам даст обещание, что все останется в тайне. А за это потребует от нас каких-нибудь услуг.

— Ну и пускай, — оживилась Моя Длина. — Тогда мы сможем напасть на след его сообщников.

— А ведь верно, — понял Олег, что игра еще не окончена. — Тогда, Машка, давай, как только он вернется, начнем дружно канючить. Мол, все, что угодно, но только не говорите родителям.

— Договорились, — поддержала идею Моя Длина. — Я ему тут такую истерику закачу! Только ты, Олег, не пугайся.

— Как-нибудь постараюсь, — усмехнулся мальчик…

Когда Женька, дожевывая на ходу последний рожок, подбежал к дому Олега, возле подъезда уже стояли майор Василенко и Темыч. Последний, размахивая перед носом Владимира Ивановича кассетой и фальшивой стодолларовой купюрой, что-то бурно ему объяснял.

— Значит, ушли! — с обидою выпалил Женька. — Без меня!

— Во-первых, ты сам исчез, — проворчал в ответ Темыч. — Остальные в доме. А потом, тебя только за смертью посылать, а не за мороженым.