Планета сокровищ - Елена Григоренко

– Что-то такое я и предполагал, – пробормотал Немо и перевел рычаг в положение деактивации.

«Наберите код отключения!» – потребовала система.

– Теперь твой выход, – Немо достал из рюкзака кодировщик и подключил его к установке.

Мини-экран засветился, сотни цифр замелькали перед глазами.

«Четыре минуты до прыжка», – разнеслось по кораблю.

– Ну давай же, давай, – шептал Немо.

Кодировщик выдал первую цифру.

«Одно совпадение из ста тридцати», – сообщила система.

– Из ста тридцати? – У Немо перехватило дыхание.

Кодировщик продолжал работу. Вторая, третья, четвертая… Цифры посыпались одна за другой.

– Девяносто первое совпадение из ста тридцати!

Девяносто второе, девяносто третье… Вдруг станция загудела.

«Минута до прыжка, – безжалостно объявил компьютер. – Обратный отсчет начался. Шестьдесят, пятьдесят девять…»

Немо понял, что опоздал. Он бросил кодировщик и вытащил кирку…

– Стой! Остановись! – истошно завопил Греноух. Он свесился в проем, Луна и Ай Туки еле удерживали его, не давая вывалиться.

– Я не успеваю, – прокричал в ответ Немо.

– Это же голубой кристалл! – взвыл профессор.

– Что? – Немо ничего не понимал.

– «Сердце Дракона» – голубой кристалл! – Греноух замахал руками. – Если такой запустить в двигатель, корабль будет летать вечно. Корабли с голубыми кристаллами способны к невероятным космическим прыжкам. Кристаллы возрождают угасающие планеты. Жители отдадут все, лишь бы не потерять свой дом. Завладеть кристаллом – завладеть Вселенной!

Кокон пульсировал над головой Немо, завораживал переливами. Капитан опустил руки.

– Мы будем богаты всю оставшуюся жизнь! – надрывался Греноух.

– То есть очень недолго, – Немо пришел в себя, размахнулся и всадил кирку в голубое сердце.

Еще. И еще. Кокон трещал, но не поддавался.

«Пятнадцать, четырнадцать…» – компьютер отсчитывал секунды до прыжка.

Удар за ударом! Немо бил, не переставая.

«Восемь, семь, шесть…»

Он уже не чувствовал рук.

«Пять, четыре…»

– Не-е-ет! – закричал Немо и из последних сил ударил еще раз.

Огромный осколок отлетел в сторону, и голубая жидкость фонтаном забила наружу.

Пол завибрировал. Стало темно. Немо зажмурился.

«Сердце Дракона деактивировано», – объявила система. – Задание отменено.

Немо выронил кирку и осел на платформу под потухшим мертвым кристаллом.

* * *

– Больше ста! Ты понимаешь? – Луна не могла усидеть на месте. Она вертелась в кресле и, не переставая, жестикулировала.

– Сто сорок пять, – уточнил Немо, запуская автопилот «Наутилуса».

– Да! Сто сорок пять кораблей спаслись из плена! Благодаря тебе.

– Я был не один.

– Конечно, – Луна засмеялась. – Больше всех помог Греноух.

– Его тоже можно понять. Кристаллы – большая редкость. Я ведь и сам засомневался на мгновение…

– Эту тайну мы унесем с собой в могилу. Не будем портить героическую сагу. А мне таки жаль немного, что ты грохнул Дракона.

– Гм… – Немо покачал головой: – Не вполне.

– В каком смысле?

– Ну… Ты сказала: «Вот это корабль!», «Чума», сказала «вот бы мне такой». Я запомнил.

Он протянул ей браслет с голубой мини-панелью.

– Это же… не кристаллы? – Она моргнула.

– Увы, – усмехнулся Немо. – Космический прыжок с ним не совершишь. Придется ждать, пока Венька подрастет. Это просто имитация. Напоминание о том, что было. О выборе.

– Это сувенир на память? – Луна покрутила браслет.

– Это пульт управления, – ответил Немо. – Собрал, пока вы с рудонцами будили народ. По нему мы сможем отследить невидимого для всех Дракона, когда суматоха уляжется. Найдем родителей и вернемся сюда, – он вдруг покраснел. – Если захочешь.

Она подняла на него огромные изумрудные глаза, молча встала с кресла, подошла и поцеловала в щеку.

– Я… э-э-э… – Немо забыл, что хотел сказать.

– Ты – повелитель Дракона, – прошептала Луна. – Ты и его приручил.

Она тут же смутилась и отпрянула.

Чмок. Чмок. Чмок. Чмок.

– Ой! – Луна схватилась за щеки. – Веня, ты?

Космовёнок взвизгнул, сделал в воздухе кульбит и умчался в ее каюту.

– Не смей лопать мой рудонский шоколад! – Луна бросилась за ним и застыла на пороге. – Чу-у-ма!

– Я тебе там, – вспомнил Немо, – картину нарисовал.

Над кроватью, расправив на холсте серебряные крылья, парил гигантский дракон. Луне показалось, что он улыбается.