Чудеса - Джесс Редман

Вундер пошатываясь поднялся на ноги и повернулся, чтобы посмотреть на дерево. Он с трудом мог поверить в то, что оно всё ещё было там. Это было невозможно. Это было иррационально.

Но оно было там.

И он знал, что именно должен был сказать.

– Мы это сделали, – сказал он Фэйт.

Фэйт уставилась на него, раскрыв рот. Она плотно закуталась в мантию. А затем посмотрела наверх, на нежные белые бутоны Портального дерева, и вниз, на его чёрную древесину и бугристые и узловатые корни, выглядывающие над поверхностью.

– Мы это сделали, – выдохнула она.

– Прости, что не подождал тебя, – сказал Вундер.

Фэйт покачала головой, медленно, не отрывая взгляда от дерева.

– Я не знала, что произойдёт, – сказала она. – Я знала, что что-то случится. Но не знала что.

– Ты была права насчёт Милагрос, – сказал ей Вундер. – Ты была права насчёт чудес.

Он подошёл к ветке, склонившейся над землёй ниже других. Встав на цыпочки, сумел сорвать один из белых бутонов. Тот казался тёплым в ладошках, хотя солнца ещё не было видно.

– Это для тебя, – сказал Вундер, протягивая бутон подруге.

– Вунди. Слушай, – сказала Фэйт. – Это мило. Но я не разделяю твоих чувств.

Вундер рассмеялся.

– Для тебя и твоего дедушки. Как его звали? Прости, что ни разу не спросил.

– Янг-Хо, – сказала ему Фэйт. – Ли Янг-Хо.

– Для тебя и Ли Янг-Хо, – сказал Вундер.

Фэйт взяла цветок. Она перебрала кончиками пальцев все лепестки, один за другим, а затем наклонилась и вдохнула его аромат. Когда она снова подняла взгляд, то больше не выглядела растерянной и напуганной.

Впервые за время их знакомства она выглядела умиротворённой.

– Что там произошло? – спросила она, указывая на яму, из которой выбрался Вундер.

– Я не знаю, как это объяснить, – сказал Вундер. – Но она была там. Она не ушла навсегда. Она… она всё ещё здесь. Со мной.

Фэйт прижала к себе бутон, словно обнимая его, и улыбнулась.

– Я так и знала, – сказала она. – Я знала, что он не ушёл навсегда. Но раньше я не могла этого почувствовать. А теперь могу.

Они умолкли, наблюдая за тем, как белые бутоны танцуют на ветру, как лучи рассветного солнца проникают сквозь тонкие лепестки, высвечивая их прожилки и тёмные промежутки между ними.

А затем они услышали шаги.

Кто-то поднимался на холм.

Глава 46

Это был не просто «кто-то». Их было много: женщины, мужчины и дети Бранч-Хилла. Они сжимали в руках письма. Их глаза были широко раскрыты. И у них были вопросы к Фэйт и Вундеру.

– В письме было написано, чтобы мы пришли сюда, – сказал кто-то.

– Что здесь вообще происходит?

– Кто их послал?

– Вундер! Вундер!

У подножия холма стоял служитель утешения. Он был в своей белой мантии, и теперь, в ярких лучах солнца, она казалась ярко-белой, такой же, как цветы Портального дерева.

– Вундер, – воскликнул он, – это дерево! Откуда взялось это дерево? Это ты сделал?

Вопросы прекратились. Все смотрели на Вундера молча, в ожидании.

И снова Вундер точно знал, что нужно сказать.

– Нет, – сказал он. – Это был не я. Это было чудо.

Это слово прокатилось по толпе. Чудо… чудо… чудо. Это было чудо, увидеть которое они пришли.

И теперь возникли новые вопросы.

– В каком смысле чудо?

– Почему на кладбище?

– Что это значит?

Вундер посмотрел через всё кладбище на Портал-Хаус. Он задавался вопросом, где же ведьма. Это был её момент. Все были здесь благодаря ей. Трепет и благоговение, которые он почувствовал, выбравшись из дерева, меркли из-за замешательства его соседей. Он не ожидал, что ему придётся самому всё объяснять.

Но он был не один.

– Все! Слушайте! – Фэйт встала перед деревом, перед толпой. Она заколола чёлку, а мантия, развевавшаяся на ветру, делала её, по мнению Вундера, похожей на чёрную птицу, которая вот-вот взлетит. – Мы здесь, чтобы увидеть чудо Портального дерева. Мы здесь, чтобы побыть друг с другом. Мы здесь, чтобы побыть с усопшими. И так далее!

Вундер кивнул. Присутствие Фэйт и её слова придали ему храбрости.

– Все мы, здесь присутствующие, – сказал он, – сталкивались в жизни с чудесами – с чудесами, о которых мы порой забываем. Это дерево здесь для того, чтобы напомнить нам о них. А ещё оно здесь для того, чтобы показать нам чудеса воспоминаний и любви. Для того, чтобы соединить нас друг с другом и с теми, кого мы потеряли.

– Как? – воскликнул служитель.

– Подойдите и возьмите цветок, – сказала Фэйт. – Вы сами это почувствуете.

Тот не шелохнулся. Сперва никто не шелохнулся. Выбирая бутон, Вундер обдумывал слова ведьмы: В счастливые времена легко протянуть друг другу руки. Чудо было прямо перед ними, такое яркое… И рядом с ними были их друзья, соседи и любимые, каждый из них – лучик света. Но Вундер знал, что грусть и одиночество способны затмить даже самый яркий свет.

Затем вперёд вышла Мария Лазарь. Она держала Джейлу на бедре, хотя та была уже большой, и крепко прижимала её к себе одной рукой. Свободную руку она протянула Вундеру.

И Вундер вложил в неё цветок.

– Это для Эйвери, – сказал он.

– Спасибо, Вундер, – ответила Мария. – Спасибо тебе за всё.

Затем она с мужем и детьми направилась к могиле, увенчанной белой птицей в полёте. Они вместе подошли к могиле той, кого любили, кого всё ещё любили, кого потеряли. Той, кто ждала, что её найдут. Они направились туда, чтобы немного побыть с ней.

А затем все двинулись вперёд.

Они, жители Бранч-Хилла, приходили всё утро, их становилось всё больше, больше и больше. Евгения Симоне. Марго Арвид. Джозеф Рамос с матерью. Сьюзан Холт с падчерицами. Нэш Мёрфи с дядей. Далия Айкен с братом, сестрой, родителями и собакой. Все те люди, с которыми были связаны Вундер и Фэйт, все те люди, которых ведьма позвала на холм.

Сперва вновь пришедшие стояли и глядели на дерево, ошеломлённые его размерами и красотой. Затем Вундер и Фэйт рассказывали им о Портальном дереве, вручали им цветок, и они испытывали его – чудесное ощущение того, что из их собственных сердец вылетала птица – и понимали, что они не одни, и понимали, что те, кого они любили, живые и усопшие, были с ними.

Некоторые уходили с холма, а затем возвращались, неся урны с прахом, фамильные реликвии или фотографии в рамках. Их близкие не были похоронены на кладбище Бранч-Хилла, но они почему-то тоже чувствовали там их присутствие.

А другие возвращались с атрибутами для празднования, ритуалов и обрядов: