Что-то не так в городе Идеал - Хелена Дагган

– Это она! – закричала незнакомка, указывая на Вайолет. – Это она!

Из той двери выскочила другая женщина – похоже, ровесница матери Вайолет, – схватила девочку за волосы и резко потянула назад.

– Что это за наглость! – завопила вторая женщина. – Думаешь, нам не солоно приходится, так ещё Дозорных на нас натравливать!

– Отпустите меня! – крикнула Вайолет, вырываясь из цепких рук женщины. – Я ничего плохого не сделала!

– Пока нет, пигалица, но ты пытаешься! Вместе с твоим дружком! Оставьте нас в покое! Нам не нужны неприятности!

– Она ничего вам не сделала! – крикнул Мальчик, оттягивая Вайолет в сторону и вставая между ней и её противницей.

– Они болтают о бунте в лавке у Уилла Арчера! Когда ничейники рыскают по улицам при свете дня, это вызывает подозрение у Дозорных. Здесь только о вас и говорят, это вы во всём виноваты. Ты об этом знаешь, эй ты? – прошипела женщина, приблизив лицо к лицу Мальчика.

Мальчик быстро потянул Вайолет за руку, и они побежали к дому Уильяма Арчера. Миновав несколько переулков, они, не стуча, распахнули дверь знакомой развалюхи.

Жара ошеломила Вайолет, затем она почувствовала запах пота. Комната была набита людьми, им с Мальчиком пришлось пробираться через толпу.

Кого-то из этих людей Вайолет уже видела на улицах Ничейной земли, другие были ей совершенно незнакомы. Некоторые выглядели счастливыми, но большинство хмурились и что-то бурчали. Уильям стоял перед аудиторией на старой шаткой табуретке.

– А как быть с Дозорными? Нас в Ничейной земле слишком мало, нам с ними не справиться, – выкрикнул один из мужчин.

– У нас будет достаточно людей, когда мы исцелим идеальных горожан, – заявил Уильям. – И тогда мы вступим в бой. Я хочу наконец дать волю кулакам, господа… и дамы, разумеется.

– Мы с ними никогда не сладим, – возразил другой мужчина.

– Сладим, если нам хоть немного повезёт, – стоял на своём Уильям. – Когда до наших друзей и родных в Идеале дойдёт, что мы ещё живы, они к нам присоединятся. Вот увидите.

– И как они узнают о нашем существовании? Уильям, разве не в этом наша главная проблема? Мне казалось, ты давно прекратил нести околесицу. Ничего хорошего мы не добьёмся. Мы должны оставаться здесь, в Ничейной земле, и пора бы уже кое-кому с этим смириться!

– Фредерик, тебе ли с твоей фантазией мириться с поражением? – воскликнул Уильям, пристально глядя в глаза собеседнику. – Они снова нас увидят, это я обещаю.

– Уильям, ты даёшь обещание, которое не в силах исполнить!

Вайолет вдруг выступила вперёд.

– Он исполнит.

– Вайолет! – вскрикнул Уильям и спрыгнул с табуретки. – Хвала небесам, ты в порядке. А Мальчик? Он с тобой?

– Он здесь, – сказала Вайолет, указывая на своего спутника.

– Как всё прошло? – взволнованно прошептал Уильям.

Вайолет вытянула из-под ремня пустую склянку и протянула ему. Сжав стеклянный сосуд в ладонях, Уильям прижал его к груди и глубоко вздохнул.

– Наши близкие нас увидят! – провозгласил он, запрыгнул обратно на табуретку и продемонстрировал собранию склянку в вытянутой руке. – Об этом позаботились двое моих юных друзей!

Собравшиеся зашептались. Уильям помолчал, дожидаясь тишины, после чего приступил к объяснениям:

– «Чай Арчеров» ослепляет наших близких. Я разработал противоядие – снадобье, отменяющее действие чая. Мои смелые друзья не далее как сегодня утром доставили мой препарат на фабрику, чтобы он попал на чайные листья. Как мне сообщали, гордость и радость моих братьев – тот факт, что свежий чай доставляется ежедневно во все дома и на все рабочие места. Благодаря этому же факту уже завтра наши близкие снова смогут нас увидеть, если мы пройдём по улицам города, который был когда-то нашим! Впрочем, они не будут нас узнавать, поэтому нужно осуществить вторую часть плана: на помощь нам придёт Рефантазиатор. Если мы справимся, Идеал падёт!

В дальней части комнаты раздался смех.

– Что-что?

– Ре-фан-та-зи-а-тор, – без тени улыбки повторил Уильям.

Потом он объяснил, как созданные его братьями очки с розовым напылением похищают воображение людей, каким образом ИР-технология обеспечивает, чтобы жители города видели лишь то, что нужно Арчерам, и как Рефантазиатор исправит положение.

– Почему наши близкие не сопротивляются, почему не сомневаются ни в чём, почему мирятся с нашим исчезновением, с режимом в Идеале? Ничто не кажется им из ряда вон выходящим, они потеряли способность воображать иную жизнь. Они утратили независимое мышление, – завершил Уильям своё выступление.

Кто-то в дальних рядах расхохотался.

– Что ж, Уильям, я рад, что ты ответил на наши вопросы. Теперь я знаю наверняка, что ты не в своём уме. Я выхожу из игры, – прокричал рыжебородый мужчина и принялся прокладывать себе путь к двери, расталкивая соседей.

– Тебя, Сэм, тоже считают сумасшедшим. Было время, когда никто не мог помешать тебе заниматься тем, что ты любишь. Помнишь, как тебя называли мечтателем? Потому ты и попал сюда, в Ничейную землю! Мы все оказались здесь по одной и той же причине. Когда-то мы все были мечтателями. Разве мы не можем снова мечтать вместе?

– Уильям, я вырос, и тебе уже пора. Смирись с тем, что ты здесь, и живи дальше. Строй здесь свою жизнь. Это место – всё, что у тебя теперь есть!

Люди начали расходиться; некоторые молча покидали комнату.

– А почему сейчас, Уильям? – подал голос ещё один мужчина. – Я ведь вначале поддерживал тебя, а потом ты пропал, и мы все сдались. С чего вдруг ты опять решил сопротивляться? Почему выбрался из своего логова?

Уильям повернулся к говорившему.

– Всё из-за Макулы, Меррилл. Она в руках у моих братьев. Я сдался тогда, потому что мне было не за что воевать. Я считал, что Макула умерла. А потом благодаря Вайолет и Мальчику я узнал, что она жива. Вот поэтому я вернулся.

Люди продолжали расходиться.

– Послушайте, ведь мы оказались в Ничейной земле только потому, что мы иные! – повысил голос Уильям; он обращался к уходящим. – Что произошло с вашим воображением? Где ваш боевой настрой? Вы ведёте себя в точности как идеальные! На нас лежит ответственность за наших близких в Идеале. Мы, изгои, должны указать им путь, пробудить их ото сна. Если мы хотя бы не попытаемся, значит, мы так же беспомощны, как и они, вот только нам не послужит извинением неведение!

– Опомнись, Арчер! – закричала одна женщина. – Будь взрослым наконец! Ничейная земля – наша судьба, какой смысл бороться? Я помню бунты, схватки, кровь. И я не хочу, чтобы всё это началось заново. Если ты натравишь на нас Дозорных, будешь отвечать передо мной лично! – и она вышла.

В комнате оставалось совсем немного людей. Уильям сошёл с табуретки.