Minecraft: Утерянные дневники - Мер Лафферти

Пока они проверяли свое оборудование и собирались в дорогу, Элисон вспоминала истории, которые ей рассказывала бабушка Дия. Ее мучил вопрос, сколько же из сюжетов, вроде «а потом мои овцы потерялись, и мне пришлось столько пройти, чтобы найти их» на самом деле были о Нижнем мире. Только хитро замаскированными. Глаза снова защипало от слез: так сильно Элисон хотелось, чтобы бабушка вновь была рядом с ней.

– И где мы будем это строить? – спросил Макс. – Прямо снаружи?

– Мы построим там, где найдем источник лавы, – ответил Николас. – Сюда обсидиан тащить мы не будем, в этом нет смысла. Будем надеяться, что в процессе нам удастся избежать нападения.

Фрейя резко тряхнула головой, проверяя тетиву на своем луке.

– В Нижнем мире невозможно избежать нападения. Ты сражаешься, либо избегаешь битвы, либо прячешься, пока не умираешь с голоду. Я обычно предпочитаю первое.

Элисон отдала Фрейе последнюю стрелу.

– Я буду очень рада, когда вернусь домой. – Элисон размышляла о том, как изменится их жизнь, когда Николас попытается примириться с семьей, а Макс будет усердно изучать зачаровывание со своим дядей. Внезапно Элисон почувствовала укол ревности, ведь с возвращением дяди у Макса появится новый партнер для приключений, а еще исполнится его желание и Николас возвратится в семью, в то время как она так и останется одна.

Элисон покачала головой. Завидовать тому, что у Макса вернулся любимый дядя, она не собиралась. К тому же, Элисон будет помогать Фрейе обустроиться там, где та захочет поселиться.

– Когда мы вернемся в Верхний мир, что ты планируешь делать? – спросила Элисон у Фрейи, которая сидела с рюкзаком на полу, прислонившись к стене, и гладила Кусаку.

– Что ты имеешь в виду?

– У тебя нет ни дома, ни семьи, так ведь? Ты что-то планировала? – Элисон затихла, а когда Фрейя ничего не ответила, продолжила. – Ты можешь жить со мной. Правда, места у меня не так уж и много, а еще дом нужно подлатать, но компания бы мне не помешала. Думаю, Макс какое-то время будет занят вместе с Николасом. Я считаю, его семья должна сама решить, как им быть дальше. Им нужно разрешить кое-какие разногласия.

Фрейя все еще ничего не говорила. Элисон подняла голову, чтобы посмотреть, что не так. Фрейя зарылась лицом в мех Кусаки, и волчица низко завыла.

– Фрейя?

– Меня кое-что беспокоит по поводу возвращения в Верхний мир. Может быть, мне лучше просто остаться здесь, – заговорила Фрейя.

– Но ведь для этого нет причин.

– Нет, есть. Пока я здесь, то всегда занята выживанием и спасением моей жизни, и мне не приходится сталкиваться с одиночеством. Если исчезнут мобы, постоянные нападения которых меня занимают, то мне придется столкнуться с реальностью. С тем, что вся моя семья погибла.

Элисон почувствовала, как в груди зарождаются жалость и очень знакомая боль, и положила руку на плечо подруги.

– Я знаю, о чем ты говоришь. Но ты больше не одинока. У тебя есть мы, – сказала Элисон.

Фрейя подняла голову, отрываясь от меха. Она выглядела такой ранимой и грустной, и Элисон только сейчас поняла, как же ей было одиноко.

Фрейя глубоко вздохнула и кивнула.

– Ладно. Я буду жить с тобой. Тебе ведь нужен защитник от криперов. Кажется, в твоем районе их много развелось.

Ну вот, это прежняя Фрейя. Элисон широко улыбнулась и начала думать, что еще она сможет положить в свой почти полный рюкзак. Было много вещей, которые нужно забрать домой.

Элисон бросила взгляд в другой конец комнаты на Макса и Николаса. Они склонились над книгами и тихо что-то обсуждали, а между ними лежал лук. Элисон проверила свое снаряжение, чтобы убедиться в безопасности ее лука – как же хорошо, что она уже убрала его в рюкзак.

Стол зачаровывания зашипел, и Николас тяжело вздохнул.

– Не трогай, – скомандовал он и палкой смахнул лук со стола.

Элисон вздохнула и вновь понадеялась, что они смогут добраться до дома.

* * *

– Не хочу, чтобы ты сражался, – сказал Николас, листая книгу по зачаровыванию.

– Что? До сих пор я прекрасно справлялся! – возмутился Макс. С тех пор, как они воссоединились, дядя с удвоенной силой строил из себя родителя. Макс раньше удивлялся тому, что его дядя и мама – брат и сестра, но теперь он ясно видел сходство.