Код Ореста - Мария Энгстранд

Я села на ствол дерева, спиной к ручью, лицом к могильному камню. Солнце согревало мне затылок и спину. Внезапно меня разморило. Я закрыла глаза, ощущая под ладонями шершавый, нагретый солнцем ствол. Ручеек тихо журчал у меня за спиной.

Ни о чём конкретном я не думала, так что даже не знаю, как долго так просидела.

Но внезапно солнце перестало меня согревать. Волоски у меня на руках встали дыбом. Я почувствовала присутствие другого человека!

Когда я открыла глаза, Орест сидел на дереве рядом со мной. Я вздрогнула и, скорее всего, свалилась бы в ручей, если бы Орест резким движением не схватил меня за руку.

– Что ты здесь делаешь? – заорала я и оттолкнула его руку, вскочив со ствола. Сердце у меня билось так отчаянно, что казалось, это заметно сквозь свитер.

– У меня к тебе тот же вопрос. А ты что здесь делаешь? – крикнул он в ответ.

– Ничего, – буркнула я и отвернулась.

Мы помолчали, понимая, что надо начать с начала – всё пошло наперекосяк.

Я покосилась на Ореста. Солнечный свет, просачивающийся сквозь листву, освещал его лицо. Теперь он не выглядел как Орест-ботаник с портфелем и в свитере с катышками. Он казался совсем другим. С глазами черными как ночь, горевшими на белом лице, Ореста было не отличить от эльфа – как и его маму.

Мне вспомнились слова из письма Акселя: «…ее удивительно светлая фигура». Может быть, в поисках своей Сильвии Аксель прошел по той же тропинке, что и я?

– Я просто вышла прогуляться, – ответила я. – Мы с Санной нашли это место на ориентировании.

Сама не знаю, как мне это удалось, но мой голос прозвучал почти буднично.

– Но ведь здесь нет контрольного пункта? – удивился Орест.

«Вот именно, я заметила, – подумала я. – В соревнованиях на местности я никогда не блистала».

– Почему ты не хочешь со мной разговаривать? – спросил Орест. Тонкие намеки – не его тема.

– А почему ты меня преследуешь? – спросила я.

– В смысле? – спросил он. – Что ты имеешь в виду?

Он шагнул ко мне, и я невольно попятилась.

– Ты преследуешь меня, – вырвалось у меня. – И еще я видела, как ты тайно бродишь вокруг нашего дома поздно вечером, и…

Мой взгляд упал на его руку – этого невозможно было избежать. Орест схватился за левую руку ладонью правой руки, словно знак жег его под рубашкой.

– Я знаю, кто ты! – выкрикнула я, отступая назад.

Вы себе представить не можете, как рассвирепел Орест. Он словно вырос у меня на глазах. И не только он увеличился – всё вокруг стало больше: звук ручейка, ветви яблони, и даже сам камень словно поднялся мне навстречу из земли.

– Ты ни-че-го не знаешь! – прорычал Орест.

Тут я развернулась и кинулась прочь.

Убежать от Ореста – невозможно. Но я всё же побежала. Рванула изо всех сил.

Когда я пришла домой, папа еще не вернулся. Мама, разумеется, всё еще сидела в своей Японии. А виолончель молча стояла у стены, отвернувшись от меня. Я осталась совершенно одна, а в кухне было так пусто, что я спряталась в своей комнате и закрыла дверь.

Мне сразу же бросилось в глаза, что ящики моего стола выдвинуты. Странно: я уверена, что утром, уходя, я их тщательно закрыла. Я попыталась задвинуть один из них, но он не поддавался. Что-то мешало. Я вытащила его и пошарила рукой в куче, что находилась внутри. Пальцы мои коснулись чего-то твердого и шершавого. Я сжала в ладони серую каменную пирамидку.

Никогда раньше я не видела этого предмета.

Это могло означать только одно: кто-то побывал здесь…

Кто-то побывал здесь! А значит…

Я бегом кинулась вниз по лестнице в подвал и распахнула дверь, которая не открывалась с тех пор, как уехала мама. На пороге я остановилась. На роутерах и серверах горели в режиме ожидания красные диодные лампочки, компьютеры ровно гудели. Всё было как обычно. Пульсирующее электрическое спокойствие.

Но в следующую секунду я увидела ее, частично скрытую запутанными проводами под шкафчиком, в котором находился сервер. Серая каменная пирамидка – чуть больше той, которую я обнаружила у себя в столе и по-прежнему сжимала в руке.

В тот момент, когда я протянула руку, чтобы взять вторую пирамидку, до меня донесся голос:

– Малин! Мали-и-ин!

Я точно знала, что заперла входную дверь.