Джо Варвар и Чвокая Шмарь - Пол Стюарт

— Да, они действительно хороши, — неуверенно подтвердил Джо.

— О да! — подхватил Норберт. — Слишком хороши, чтобы просто валяться где попало. Тебе нужно поместить их так, чтобы они были всем видны, — это принесет тебе несомненную пользу, — посоветовал он драконихе, — Их можно поставить на полку или на подоконник… — Он огляделся и нахмурился. — Видишь ли, если тебя интересует мое мнение, то я скажу честно: здесь необходима хорошая уборка!

— Ты так думаешь? — спросила Марго.

— Определенно! — подтвердил Норберт. — Уборка мне, например, всегда здорово помогает. Видишь ли, гораздо легче жить, если соблюдаешь на кухне определенный порядок. Я каждую кастрюлю всегда вешаю иа определенный крючок, а сковородки держу над дверью в кладовку.

— НАД дверью? — удивился Джо.

— Ну да, там они всегда под рукой, и очень удобно порой хлопнуть сковородкой по башке какого-нибудь особенно нахального эльфа, — пояснил Норберт. — Но в данном случае я бы предложил устроить нечто вроде стеллажей…

— Да? Твоя идея мне очень нравится! — воскликнула Марго.

— Я рад. — Норберт театрально поклонился. — А пока можно было бы просто сложить в кучу хотя бы все старые ржавые вещи. И отдельно — все острые, а в том углу… — он мельком глянул на щипцы для сахара, самозабвенно отбивающие чечетку на крышке кастрюли, — можно было бы устроить склад «особо шумных» вещей.

— Но не СЛИШКОМ шумных, я надеюсь? — сказала Марго, нервно дергая хвостом и опасливо косясь в сторону отряда ложек, проходившего с песней мимо.

— Ну а здесь, — продолжал Норберт, останавливаясь в центре пещеры, — нужно выставить самые красивые и ценные вещи!

— Ах, мой милый Норберт! — проворковала Марго. — Да у тебя душа настоящего художника!

А бал в замке Рогатого Барона закончился самым неожиданным образом — после пережитого потрясения, вызванного внезапным появлением дракона и его столь же внезапным исчезновением, всем вдруг расхотелось веселиться.

— Ну и денек! — вздохнул Бенсон.

— Да уж! — подхватил помощник садовника, вытаскивая щепки из своей густой шевелюры.

— И какой бес вселился в эту посуду, вот что интересно! — воскликнул Бенсон. — Да еще и дракон откуда-то взялся!

— Последнего дракона я видел лет десять назад, Это была Гретхен, сказал помощник садовника.

— Нет, ты посмотри, что проклятый ящер успел натворить в саду! — возмущенно воскликнул Бенсон.

И действительно, угощение на столах превратилось в месиво, осколки сосудов с благовониями лежали рядом с озерцами разлитых красок для лица, и только весь турнепс, за исключением тех корнеплодов, которые были раздавлены или втоптаны в землю, исчез — его рассовали по карманам тролли, разбегаясь из замка после столь скоропостижного конца празднества. Там, где был устроен Блинчатый Уголок, сновало бесчисленное множество маленьких пушистых зверьков, которые поспешно удирали сквозь пробоину в стене. А посреди разоренного двора носился, возмущенно визжа, здоровенный розовый смердун, тщетно пытаясь отыскать свой навеки утраченный хвост.

Рогатый Барон пробрался меж разгромленными столами и шатрами, бормоча себе под нос:

— Полнейшее фиаско! Какой позор! И все, все погибло, разрушено! Гости разбежались! У Ингрид истерика! — Он стряхнул со лба капельки пота. — Ну что ж, хуже быть, видимо, просто не может!

— Норберт! — нетерпеливо окликнул людоеда Рэндальф, ибо тот с головой погрузился в работу, наводя порядок в пещере драконихи Марго. — Нам ведь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пора!

— Нет, не спеши, толстячок! Я ведь рассчитывала на твою помощь: ты обещал утихомирить эту наглую посуду, — напомнила Рэндальфу Марго, приподнимая голову и внимательно глядя на волшебника своими горящими желтыми глазами.

— Да, разумеется! Сейчас же ею и займусь, — пробормотал перепуганный Рэндальф и тут же угодил ногой в Ночной Горшок Тринна. — О, проклятье! — взвыл он.

— Проклятье? — переспросила Вероника. — Это такая новая форма заклинаний?

— Заткнись, Вероника! — огрызнулся Рэндальф, с грохотом прохромал в угол пещеры, где и уселся, дуясь на весь свет.

— Ты сел слишком близко от меня, о, пахнущий ночным горшком! — злобно заметила арфа.

— А теперь, — радостно воскликнула Марго, — давайте займемся уборкой! Ты, Джо, будешь складывать в одну кучу всякие острые предметы.

— То есть мечи, копья и заколдованные кинжалы? — с восхищением уточнил Джо.

— Да, да, все в таком роде, — подтвердила Марго, — А ты, агрессивная птичка, можешь заняться ржавым старьем.

— Благодарю покорно! — насмешливо пискнула Вероника и улетела прочь.

— Ну а мы с тобой, Норберт, построим настоящую башню из прелестных блестящих вещиц!

— Да, построим башню! — Норберт даже в ладоши захлопал. — Я так люблю блестящие вещи!

Как раз в этот момент в зажигательном танце мимо них пронеслись все ножи — от элегантных ножичков для масла до тяжелых мясницких ножей, — вызванивая какой-то дергающийся противный мотивчик! И голос разъяренной драконихи прозвучал поистине оглушительно:

— Рэндальф! Дорогой! Они по-прежнему дико шумят! Учти: Марго начинает уже немножечко злиться!

В дальнем углу послышалось недовольное ворчанье — Рэндальф тщетно пытался высвободить ногу из ночного горшка.

— Чуточку терпения, мадам! Чары действительно очень сильны и требуют осторожного… ПРОКЛЯТИЕ! — Ночной горшок будто прилип к его ступне.

— Все пробуешь новое заклятие-проклятие? — нежным голоском проворковала Вероника.

— Заткнись, Be… — И у Рэндальфа буквально челюсть отвисла: прямо перед собой на выступе стены он увидел старую и весьма потрепанную жизнью птичью клетку, в которой с наслаждением прыгала Вероника!

— Прелестная, правда? — продолжала ворковать она. — Настоящая клетка!.. — Она вздохнула. — И со специальной перекладинкой, на которой можно качаться! И с маленьким колокольчиком! И еще — ты только посмотри, Рэндальф! — зеркальце! О таком я и мечтать не смела! — Вероника нежно улыбнулась собственному отражению. — Как приятно порой увидеть милое, дружелюбное лицо…

— Вероника! — резко оборвал ее Рэндальф. — Клетки существуют для канареек! Вспомни, кто ты такая! Ты ближайшая подруга волшебника, и твое место — на полях моей остроконечной шляпы!

— Но на полях твоей шляпы нет зеркальца, — возразила Вероника. — И колокольчика тоже нет! И качелей!

— Вероника! — заорал Рэндальф. — Немедленно ко мне! На шляпу!

— А я так люблю качаться на качелях… — упрямо, точно не слыша его, продолжала Вероника.

— ВЕРОНИКА!

— Так! Теперь еще и ты шум поднимаешь, жалкий шарлатан? — взревела дракониха, действительно начиная сердиться. — Боюсь, тебе не понравится, когда Марго окончательно выйдет из себя!