Музыкальные мифы. Книга 4 - Владимир Викторович Кирюшин

Осторожно, наблюдая, чтобы его никто не заметил, МалМин прошел в тронный зал, отодвинул тяжелый золотой трон и, открыв ключом замок, приподнял деревянную панель, прикрывавшую ход в подземелье.

Затхлый запах сырости и плесени ударил в лицо. МалМин зажег свечу и осторожно стал спускаться. Гнилые ступеньки скрипели под ногами, но все же выдерживали его тяжесть.

Наконец, очутившись в тесном проходе, МалМин осторожно стал продвигаться вперед. Шел минут пять и вот услышал чьи-то глухие голоса:

— Как ты думаешь, много народа придет на казнь? — спрашивал низкий голос.

— А кто ж его знает? Сгонят наверное всех подряд, чтобы напугать.

— Так ведь и мать может придти. Каково ей будет? Не выдержит. Старая она у меня, умереть может.

— А ты думаешь «этим» жалко кого-нибудь. Все одинаковы. Только на словах говорят, что счастье народа — их главная цель. А на деле? Безжалостны, как один. Подумаешь, еще одна старуха умрет? Ведь не из их числа.

— Да. А все-таки обидно умирать, — сказал молодой голос.

— Я еще ничего не видел. Все работал, работал...

— Да брось ты убиваться. Всем погано: и тем, кто видел и тем, кто не видел...

МалМин, слушая эти разговоры, подошел ближе и увидел, что отгороженные друг от друга толстыми решетками, в подземелье сидели пять узников.

Он вышел из-за поворота и услышал, как молодой ЧЕТВЕРТ сказал:

— Слушайте. Что это? Или мне кажется? Я вижу какой-то огонь.

— Да брось ты. Ерунда все это. У тебя галлюцинации. Никого там быть не может. Наши стражники в другой стороне находятся.

— Да нет же, не ошибся я. Точно вижу.

Тут и остальные, видимо, заметили свечу, которой МалМин освещал себе путь.

— А ведь он прав. Идет кто-то. Может палач?

— Нет, я не палач, — произнес Принц. — Я просто пришел поговорить с вами.

И он, открыв металлическую решетку, предстал перед узниками.

— Ха! Смотрите-ка, — крикнул Длинный. — Этот тот тип, который сидел сегодня у БольМино к следил за нашими пытками!.. Что тебе здесь надо?

— Я хочу помочь вам.

— Помочь умереть?

— Да нет же.

— Так что ты можешь сделать? Освободить нас?.. Стены подземелья крепкие. Отсюда не убежишь.

— И из этих стен есть выход. Но сначала я хочу узнать, чего вы добивались, когда хотели поджечь дворец?

Все засмеялись...

— Мы? Мы хотели, чтобы таких, как ты больше не осталось на земле. Чтобы людям вздохнуть можно было спокойно.

— Но причем же здесь мы?

— Как это при чем? Ты, например, кто?

— Я? Я Принц МалМин.

— А... Так это ты самый добренький? Ну, так вот, «добренький», слушай. Вы все забрали в свои руки: и хлеб, и мясо, и молоко. Вы живете в красивых дворцах, ездите в богатых экипажах. У вас много одежды и золота. У нас же нет ничего, кроме ваших обещаний. И нам терять нечего. Вот поэтому многие решили: хватит терпеть, хватит хвалить старых ПОЛВИНОВ. Пора их скинуть. И когда мы сделаем это, то сами выберем доброго царя, который будет думать не только о себе, но и обо всех, целью которого будет общее счастье, а не благополучение горстки выживших из ума стариков. Ты понял теперь, что мы хотим?

— Ну и глупо, — отвечал МалМин. — Ничего не изменится.

Отец тоже хочет, чтобы всем жилось хорошо. Он старается, но от этого ничего не меняется. Он тоже добрый царь... Вы же сами когда-то говорили: беда в том, что в воинственной стране ЛОКРИИ есть король Мал-с’УмКвинт. Он дружит со страшным волшебником ФОРТИССИМОМ. Этот волшебник подарил королю золотые стрелы, не знающие промаха и поэтому его войско непобедимо. Вот он и приказывает другим королям, заставляет их служить Богу Зла ДИССОНАНСУ, заставляет отбирать ваших детей, собирать огромные налоги... Если бы его уничтожить, тогда бы бы толк. А так?.. Все впустую, что бы вы ни сделали с нашими ПОЛВИНАМИ.

— Слушайте, а Принц не так глуп, как кажется. Он дело говорит, — проворчал Длинный. — Действительно, прежде всего, надо добраться до Мал-с’УмКвинта... Да теперь уже поздно. Завтра нас казнят.

— Нет, не поздно! — воскликнул МалМин. — Я могу вас выпустить! Но я должен быть уверен, что вы ничего не сделаете без добрых целей, что от ваших действий не пострадают безвинные, например, мой отец.

— Принц, Вы еще молоды и не все понимаете, — сказал Длинный. — Ваш отец тоже не невинная овечка. Все дело в том, что не сопротивляясь злу, потворствуя ему, он стал его соучастником. Но мы даем слово, что не тронем его.

— Может, вы и правы, — задумчиво произнес МалМин и отпер ключом решетки, за которыми находились узники.

...Уже через полчаса все шестеро выбрались из дворца.

— Подождите меня здесь, — сказал МалМин новым друзьям, когда они отошли от дворца на безопасное расстояние. — Я забыл вернуть ключ... Не бойтесь, — сказал он, увидев встревоженные взгляды, — вас пока не должны хватиться — смена караула только через час. А я быстро. Положу и тут же вернусь.

...Минут через пятнадцать спрятавшиеся ЧЕТВЕРТЫ услыхали цоканье копыт.

— Неужели напали на наш след? — спросил Вихрастый. — Или Принц нас предал?

— Не говори глупости. Зачем тогда он нас освобождал. Наверное, какой-то проезжий.

На всякий случай они спрятались в кустах и затаились.

На дороге показалась повозка, запряженная парой умеренно бегущих МОДЕРАТО.

— Друзья! Где вы? Это я, МалМин. Не бойтесь, я один.

— Ну вот. А ты говорил, — проворчал, поднимаясь с земли, Длинный. — Принц — хороший парень.

И ЧЕТВЕРТЫ вышли на дорогу.

— Вот вам повозка, пользуйтесь ей, как хотите. А я пойду домой.

— Спасибо, Принц, Вы действительно добрый человек. Мы никогда этого не забудем и расскажем наши товарищам.

— Друзья! — обратился Длинный к ЧЕТВЕРТАМ, — садитесь! Эта повозка нам очень кстати. В городе оставаться нельзя.

— Принц, — обратился он к МалМину, — не ищите нас. Когда мы узнаем что-либо о Мал-с’УмКвинте, мы сами дадим о себе знать... Если же Вам станут известны какие-то новости, напишите записку и положите вон под этот камень...

И он указал на огромный камень, лежащий у дороги.

— Ну, прощайте!

Длинный пожал МалМину руку. Остальные ЧЕТВЕРТЫ последовали